Betrayal?

***

„Ложь – удел рабов, свободные люди должны говорить правду.“ Город, завуалированный в тени высоких зданий, казался безжизненным. Длинные улицы, по которым неслись автомобили, были полны суеты, но для Азура это всё лишь фоновый шум. Его мысли крутились вокруг Ту Тайма, парня, с которым он делил не только множество милых и позитивных моментов, но и тёмные секреты. Они оба были частью культа Спауна — организации, которая верила, что получит от Спауна такие способности, как возрождение. Однако для Азура это было нечто большее. Он искренне любил Ту Тайма, веря, что их связь была глубже, чем просто общая принадлежность к культу. Ту Тайм, напротив, были погружены в служение культу намного больше, чем Азур. Их преданность была абсолютной, и это не давало Азуру покоя. Каждый раз, когда они встречались, Ту Тайм говорили о высоких идеалах, о том, как их действия продвигают их к цели получить вторую, намного лучшую жизнь, о величии и предназначении культа. Но в этих словах Азур чувствовал лишь холод — то, что он был лишь средством, а не целью Ту Тайма. Даже состоя в культе, преданность Азура не шла ни в какое сравнение с тем, что испытывали Ту Тайм к Спауну. Его чувства были лишь песчинками в дюнах безразличия. Каждое утро Азур просыпался с надеждой, что сегодня всё изменится. Он хотел поговорить с Ту Таймом, открыть ему свои чувства, но страх отталкивал его, как холодный ветер. Он не хотел терять единственное, что у него было. Поэтому он оставался в тени, надеясь, что вскоре Ту Тайм увидит в нём больше, чем просто товарища по культу и «друга». Он вспоминал один и тот же сон без конца, как однажды, сидя на крыше заброшенного здания, Ту Тайм смотрели в небесную бездну, их голос был полон страсти, когда он говорил о будущем. – Мы станем частью чего-то великого, Азур! Ты просто не понимаешь, как это важно, — говорили они, не замечая, как в глазах Азура появлялись слезы. Тогда он проснулся в холодном поту и со слезами на глазах первый раз. Азур знал, что был только средством для достижения цели, ради которой Ту Тайм был готов на всё. Он пытался быть рядом, пытался понять, но каждый раз, когда он приближался, Ту Тайм отдалялся от него, погружаясь глубже в бездну культа. *** Очередная бессонная ночь. Луна светила особенно ярко, Азур сидел на краю своей постели, думая о Ту Тайме. В голове его крутились мысли о том, как они с культом собирались в заброшенной церкви, чтобы провести ритуал. Этот ритуал был важен для них, но Азур чувствовал, что его смысл ускользает от него. Опять же, он не был столь предан, как Ту Тайм, но чувствовал себя частью чего-то большего. Часть чего-то, что давало ему надежду. Ту Тайм всегда умели находить слова, которые успокаивали Азура. Их голос, мягкий, словно убаюкивающая мелодия, заставлял верить, что их связь была уникальной. Азур любил его, но в глубине души понимал, что между ними существовала преграда — культ, которому служили Ту Тайм, был для него чем-то гораздо большим, чем просто увлечением. *** — Мы должны серьёзно поговорить, — сказали Ту Тайм, их голос звучал так, будто от этого разговора зависело и впрямь что-то важное для них. Для их судьбы — О чём? — спросил Азур, ощущая, как в груди разгорается тревога. — О верности, — ответили Ту Тайм, и в их чёрных, как уголь, глазах блеснула искра, которую Азур раньше никогда не замечал. — О том, что мы должны сделать ради великого Спауна. В этот момент Азур окончательно утвердился в том, что для Ту Тайма он был лишь пешкой на шахматной доске, и теперь эта партия подходила к концу. Он открыл рот, чтобы возразить, но Ту Тайм его остановили. — Ты не понимаешь, Азур, — сказали они. — Ты не можешь быть частью этого, если не готов отдать всё. А ты всё ещё цепляешься за свои жалкие чувства. Сердце Азура разбилось на мелкие осколки. Он всегда знал, что Ту Тайм были преданы культу, но не думал, что это предательство коснётся его так сильно. Он смотрел в глаза Ту Тайма, пытаясь найти там хоть крупицу понимания, но только наткнулся на холодный огонь. — Я сделаю всё ради культа, — произнёс Ту Тайм, словно это было единственное, что имело значение. *** Несколько дней спустя, на окраине города, возле заброшенной деревенской церкви, Ту Тайм и Азур встретились с остальными членами культа. Азур наблюдал, как Ту Тайм взаимодействуют с другими, их бездонные, чёрные глаза сияли от восторга и преданности. Он чувствовал себя лишним, как будто был просто зрителем в жизни любимого человека. Его сердце сжималось при мысли о том, что Ту Тайм могли бы выбрать кого-то другого, кого-то, кто был бы более предан их любимому занятию. Их лица сияли от восторга, и Азур почувствовал, как его сердце разрывается на части. Он не мог поверить, что его любовь оказалась лишь погрешностью в расчетах Ту Тайма, которые уже давно выбрали свою сторону. Вскоре после ритуала Ту Тайм подошли к Азуру, его лицо светилось от счастья. «Ты ощущаешь это?» — спросили они, указывая на небо, полное звезд. «Великий Спаун рад!». Азур кивнул, но внутри него росла тревога от воспоминаний убийства безобидной кошки ради ритуала. По пути домой Азур встретил девушку по имени Луна, которая также состояла в культе, но была более скептична к его учениям. Она заметила, как Ту Тайм обращается к ней с особенно теплым вниманием, и у нее возникли сомнения по поводу его истинных чувств к Азуру. «Неужели ты не замечаешь? Он играет с тобой», — сказала она, и эти слова запали в душу Азура, как острый нож. Несмотря на свои страхи, Азур продолжал верить в Спауна Ту Тайма. Но вскоре он столкнулся с жестокой правдой. В одной из встреч культистов он увидел, как Ту Тайм обнимают другую девушку, в то время как его собственное сердце разрывалось от боли. Ту Тайм заметили его, но вместо объяснений лишь улыбнулись, как будто ничего не произошло. *** — Ты должен понять, — сказали Ту Тайм, когда Азур в отчаянии пытался вывести их на разговор. — Я выбрал путь, который лучше для нас обоих. Ты просто не способен это понять. — Я люблю тебя, — прошептал Азур, но его голос звучал как последний вздох в пустоте. — Как ты можешь так просто отказываться от всего? Ту Тайм посмотрели на него, и в их глазах мелькнуло что-то быстрое — сожаление, возможно, но быстро угасло, как и его человечность. Он шагнул вперед и, обняв Азура произнес: — Это нужно для нашего дела. Для Великого Спауна. Ты не понимаешь, но он сказал, что только так я могу получить желаемое... В тот момент, когда Азур осознал всю глубину предательства, он уже не знал, что делать. Он чувствовал, как земля уходит из-под ног, его надежды рассыпались, как стеклянные осколки. В ту же ночь Ту Тайм совершили то, что изменило всё. Они убили Азура. С холодным блеском в глазах они взяли кинжал, который был предназначен для ритуала, и одним единственным движением разорвали их связь навсегда. Прорвав плоть своего возлюбленного. Смерть Азура оказалась не просто предательством, а актом жертвенности ради великой цели, к которой стремились Ту Тайм. В их сердце не оставалось места для любви — только культ, только возможность второй, лучшей жизни. Они знали, что в этом мире не будет прощения, но они выбрали не думать о последствиях. Лишь тень Азура осталась с ними — тень, которая никогда не покинет их, сводя с ума. Ложь, что когда-то казалась светом, обернулась тьмой, поглотившей его душу. В этом мире, полном лжи и предательства, Азур остался единственным, кто знал правду — правду о любви, которая погубила их обоих. В этот миг Азур увидел всё: каждую ложь, каждую надежду, которую он так безрассудно хранил. Он хотел закричать, хотел сказать, что любил его, но вместо этого ощущал, как жизнь покидает его тело. Нож — это не просто орудие, это была кульминация всех их отношений, всех обманов. Ту Тайм смотрели, как его жертва медленно оседает на пол, и, похоже, не испытывали ни капли сожаления. Они были свободны — от Азура, от эмоций, от всего, что их сдерживало от второй жизни. — Прощай, Азур, — произнесли они тихо, как будто прощались с кем-то, кто никогда не существовал. Свет угасал, и Азур, умирая, понял одну простую истину: предательство — это не только действие, это выбор, который меняет всё. В этот момент всё завершилось: любовь, надежда, жизнь. Но для Ту Тайма это было лишь начало нового пути, полного жестокости и вины. Но пока что они были свободны, и это было самое важное. *** «Эти чувства из прошлого иногда к ним возвращаются. Вместе с тогдашним шумом дождя, тогдашним запахом железа...» Огни прошлого пылали долго. Слишком долго. Воспоминания встреч двух «возлюбленных» были лишь осколками, которые никто больше не может собрать. Места их прошлых встреч сгорели, оставляя лишь пепел и отчётливый запах горького безразличия, который был переплётен со сладким запахом любви, которая оказалась лишь пустым местом для первого. Тяжёлое дыхание, слабая улыбка на лице и злостный взгляд убийцы направлен на них. Очередная победа в раунде для Ту Тайма и очередное поражение для 1×4, который очевидно не был доволен таким исходом, но возмутиться не мог, ведь до него уже добрался Кулкид. Выжившие успели починить генераторы только благодаря Эллиоту, который следил за здоровьем союзников и вовремя кидал пиццу. Проходя мимо сгустка ненависти и красной нечести, чёрные глаза вдруг остановились на одной из компаний, в лице Мафиози, Ноли и ещё какого-то неизвестного маньяка. Хвост Ту Тайма дёрнулся, рассматривая нового убийцу, и не замечая больше ничего вокруг, они вдруг осеклись, убирая злорадную улыбку с лица. Этот чёрный монстр был им знаком. До жалости знаком. Холодный пот выступил у них на лбу. Они замерли, не в силах пошевелиться, словно их что-то держало, словно парализовало ядом. Воздух душил, словно удав, от которого невозможно скрыться. Ту Тайм чувствовали себя просто невыносимо, ощущая всю тяжесть страха и вины. Это существо так и не обратило на них внимание, общаясь как ни в чем не бывало и словно не чувствуя на себе проницательный взгляд чёрных глаз. Рука на плече вывела их из мыслей и тревоги, это были Шанс. Его взгляд сквозь чёрные линзы очков казался беспокойным. — Тайм, ты в порядке? – Решили уточнить Шанс, сжимая плечо чуть сильнее. — Да, конечно... Спасибо, Шанси. – Вновь слабо улыбнулись Ту Тайм, кладя свою руку поверх чужой, сжимая её в ответ. Конечно, они соврали своему любимому, но что ему ещё делать? Шанс потянули их за плечо, прижимая к себе. Ту Тайм слабо покраснели, но ничего не сказали, опуская глаза вниз и смотря на руку Шанса, которая переместилась с их плеча на талию, потянув слегка к себе, в сторону и подальше от остальных. Вот только Ту Тайм так и не пошевелились, тупо смотря в одну точку на полу. Их голова была забита кучей мыслей, связанных с тем до боли знакомым незнакомцем. Неужели это вина культа? Великий Спаун виноват, что бывший брюнета стал нечестью, поглощённой злостью? Шанс тихо вздохнули, явно осознавая, что сейчас до своего партнёра они не достучатся, так что просто стояли рядом, облокотившись о деревянную стенку здания. Оберегать сейчас Ту Тайма было бессмысленно, они должны были сами разобраться со своими тараканами в голове, а Шанс? Шанс будут рядом, помогая при необходимости. Громкий хлопок дверью привлек внимание многих, но в особенности черноволосого парня, который только сейчас понял, что Азур ушел. Исчез, словно тень вновь. Сам того не осознавая, Ту Тайм пошли за ним, идя в сторону только что закрытой двери, как мотылёк на огонь. Сердце бешено колотилось, ком стоял в горле, но рука уже была на дверной ручке, под сопровождение удаляющихся шагов. Страшно. Страшно было до жути, но кисть уже опустила ручку вниз, придавая нагрузку и открывая дверь. Азур стоял спиной к двери, потягиваясь, и казалось, что кого-то ждал. Кого-то, но уже явно не Ту Тайма. – Ноли, какого чёрта ты так долго? – хриплый, тихий голос раздался в тишине комнаты, прежде чем Азур повернулся в сторону двери, нахмуренно смотря на пришедшего. — О... Ой. Прости. – выдавили с трудом Ту Тайм, смотря на новый облик своего... Бывшего? Больно называть Азура таковым. Слишком больно вспоминать. — Прости, молю тебя... Я... Я был слишком глуп, они обманули меня, вынудили... Их голос дрожал. Глаза были опущены в пол, ладони сжаты в кулаки до побеления и так бледных костяшек. — Что? – прервал тираду Ту Тайма Азур, смотря на выжившего как на сумасшедшего. — Ты вообще кто? – слабо рыкнул тот, словно презирая человека перед собой. Ту Тайм удивлённо смотрят на него. Что? Вы, блять, шутите? Он просто взял и... И забыл? Всё, что между ними было? Все обещания... Данные именно им. Руки дрожали. Что уж говорить, их полностью и целиком трясло. Ту Тайм тяжело сглотнули. А Азур лгал. Он прекрасно помнил и любил их до сих пор. Столь манящие губы для Ту Тайма сейчас произносили горькую ложь. Слишком горькую. Теперь у них была другая жизнь. Другие партнёры и возлюбленные. Пора бы оставить всё в прошлом и забыть друг друга как страшный сон. Пора уже отойти от этой пропасти и больше не подходить к ней. Ни за что. Все, что от них осталось — в памяти острые осколки. *** Две комнаты, одна ситуация. Ту Тайм издали тихий вздох, когда чужой язык прошёлся по их плоти, сжимая серые волосы в руке. Закрыв глаза, парень сдерживал стоны, явно не желая издавать звуки. Шанс заглатывают глубже, вынуждая выдохнуть имя, но не их. Слава богу, они не услышали. Или Шанс просто сделали вид, что не услышали? Имя Азура сорвалось слишком осознанно. Азур, в отличие от Ту Тайма даже не скрывал от Ноли, что видит в нём замену. Замену бывшему. Каждый раз трахая его, он закрывал глаза, представляя под собой совершенно другую особь. В отражение своих нынешних партнёров они лишь искали замену друг другу, не в силах справиться с болью. Сидя в комнате одни, Ту Тайм так хотел обнять Азура как в прошлом, до того как совершил ту злосчастную ошибку. Но Азура больше не было для него, только для Ноли. – Прости меня, милый...