Чёрный Кубик

Мирандия дышала древностью. Горы, подобные спинам спящих драконов, упирались в небо на востоке. На западе шумели бескрайние леса Шедоувуд, хранящие тайны старше самой памяти. Между ними раскинулись долины, где люди жили в деревнях, вросших в землю, как корни старых дубов. Жизнь здесь текла размеренно, подчиняясь смене сезонов, шелесту листвы и журчанию ручьев. Мирной. До него. Его звали Ученый X. Имя, рожденное страхом и ненавистью. Он пришел из ниоткуда, точнее, из мрачных слухов, что ползли из Города Будущего – его цитадели, вздымающейся над руинами старой столицы. Он не покорял земли армиями – он перекраивал саму реальность. Его оружием были не мечи, а машины, пожирающие жизнь, и чудовища, сращенные из плоти и стали. И главным символом его безумия стал Чёрный Кубик. Артефакт размером с кулак, поглощающий свет и излучающий невообразимую мощь. Говорили, он может сдвигать горы, испепелять города, подчинять волю. Говорили, Ученый X стремится не к власти, а к пересозданию мира по своему безумному чертежу, и Кубик – ключ от врат нового, ужасного рассвета. Тень его амбиций медленно, но неотвратимо накрывала Мирандию. И вот эта тень коснулась маленькой деревушки Эмбервель, затерянной у подножия Лесов Шедоувуд. Деревни, где жили Лукас и Марк. **(Часть 1: Пепел и Клятва)** Утро в Эмбервеле было прозрачным и хрустальным. Солнце, только что перевалившее через гребни гор, заливало золотом соломенные крыши, заставляло сверкать росу на лугу за околицей. Воздух пах свежескошенной травой, дымком из печей и теплой землей. Лукас, высокий, широкоплечий парень с беспокойными карими глазами и мечом, привычно висевшим на бедре, выходил из кузницы своего отца. Он вытирал пот со лба, оставляя черные полосы сажи. Сегодня он помогал чинить плуг. – Эй, мыслитель! – крикнул он, увидев у ручья Марка. Тот сидел на большом валуне, в тени старого вяза, что рос на краю деревни. Марк был стройнее Лукаса, с острым, вдумчивым лицом и спокойными серыми глазами. В руках он вертел странный камень с прожилками, похожими на письмена. Лук и колчан аккуратно лежали рядом. – Нашел что-то интересное? – Лукас подошел, шлепнувшись на траву рядом. – Не знаю, – ответил Марк, не отрывая глаз от камня. – Похоже на окаменелость... но линии слишком правильные. Как будто... – Он замолчал, прислушиваясь. – Ты слышишь? Лукас нахмурился. Сначала было тихо. Потом до них донесся далекий, низкий гул, больше похожий на земной стон, чем на звук. Земля под ногами едва заметно дрогнула. В деревне забеспокоились куры, взлетели птицы с вяза. – Что это? – Лукас вскочил, рука инстинктивно легла на рукоять меча. Марк встал, его взгляд стал острым, сканирующим горизонт. – Оттуда. – Он указал на юг, за пределы долины, где дорога уходила в холмы. – И это не землетрясение. Это... механическое. Гул нарастал, превращаясь в рев. Теперь его слышала вся деревня. Люди выбегали из домов, испуганно озираясь. Староста Келдор, седой и коренастый, вышел на середину улицы, щурясь в сторону звука. И они появились. Сначала над гребнем холма показались неясные, угловатые силуэты, окутанные клубами пыли и черного дыма. Потом стало видно четче: это были не люди и не звери. Это были машины. Грубые, покрытые черной броней ходячие платформы на гусеницах или многоногих шасси. С них свисали пучки проводов, мерцали красные сенсоры. На спинах некоторых монстров сидели фигуры в одинаковых угловатых черных доспехах, лица скрыты под забралами с узкими прорезями. На броне – стилизованный знак: буква "Х", заключенная в круг, как мишень. – Легион Тени! – прошептал кто-то в толпе, и шепот ужаса прокатился по деревне. Слухи о жестоких рейдах людей Ученого X доходили и сюда, но казались далеким кошмаром. Теперь кошмар был здесь. – К оружию! Защищайся! – закричал Келдор, но его голос потонул в реве машин. Первым грянул луч света – не яркий, а мертвенно-бледный, холодный. Он ударил в крайнюю хижину – дом старухи Миры. Дерево и солома не вспыхнули – они... рассыпались. Буквально распались на серую пыль, оставив лишь дымящийся остов. Крик Миры оборвался так же внезапно, как и ее дом. – НЕТ! – заревел Лукас, выхватывая меч. Ярость, горячая и слепая, ударила ему в голову. Он бросился вперед, к приближающимся чудовищам. – Лукас, стой! – закричал Марк, хватая лук и накладывая стрелу. Но было уже поздно. Хаос поглотил Эмбервель. Лучи холодного света пронзали воздух, превращая дома в пепел и пыль. Автоматы, спрыгнувшие с платформ, двигались с жуткой, механической точностью, расстреливая всех, кто попадался на пути. Их оружие – странные трубки – испускали не пули, а сгустки энергии, оставлявшие на теле ужасные, обугленные раны. Солдаты Легиона Тени, следовавшие за машинами, добивали выживших холодным оружием или уводили в плен нескольких молодых крестьян, сопротивлявшихся – били прикладами, волокли к ожидавшим транспортерам. Лукас, как вихрь, рубил одного из солдат, пробившегося к колодцу. Меч со звоном ударил по броне, оставив глубокую вмятину, но не пробив. Солдат развернулся, его странное ружье взвыло. Лукас отпрыгнул в последний момент, луч опалил его рукав. Марк, укрывшись за колодцем, выпустил стрелу. Она со звоном отрикошетила от шлема другого солдата, но отвлекла его. – К кузнице! – крикнул отец Лукаса, могучий кузнец Борен. Он стоял в дверях своей мастерской, размахивая огромным кузнечным молотом, отгоняя автомата. – Там толще стены! Люди кинулись к кузнице – единственному каменному зданию в деревне. Марк подтянул Лукаса за рукав: – Двигайся! Бессмысленно драться здесь! Они побежали, пригибаясь под свистом лучей и сгустков энергии. Земля дрожала под тяжестью шагающих платформ. Воздух был пропитан гарью, пылью и сладковато-тошнотворным запахом горелой плоти. Крики смешивались с ревом машин и треском рушащихся строений. Они почти достигли кузницы, когда Марк увидел своего отца, Элиана. Тот пытался вытащить из-под обрушившейся балки соседского мальчишку. Элиан был ученым-самоучкой, собирал старые книги и артефакты, его называли чудаком. Сейчас он был просто отцом, пытающимся спасти ребенка. – Отец! – закричал Марк, меняя направление. – Марк, нет! – рявкнул Лукас, но Марк уже бежал. Он выпустил стрелу в солдата Легиона, целившегося в спину Элиана. Стрела впилась в стык брони на плече, солдат вскрикнул и упал. Марк подбежал, схватил балку вместе с отцом. Мальчишка выскользнул, кинулся прочь. – Быстро, отец! К кузнице! – Марк пытался поднять Элиана. Но тот вдруг замер, уставившись на что-то позади Марка. Его глаза расширились от ужаса. – Марк! Осторо...! Глухой удар. Не луч, не сгусток. Что-то тяжелое и тупое обрушилось на Элиана, сбив его с ног. Марк увидел автомата, опускающего свою массивную металлическую "руку" для второго удара. Он заслонил отца, поднял лук как дубинку... Сильный рывок отбросил его в сторону. Это был Лукас. Он врезался в автомата плечом, отшвырнув его на шаг, и рубанул мечом по "голове" механизма. Искры брызнули, автомат закачался. – Отца! – закричал Марк, вскакивая. Элиан лежал неподвижно. Его голова была неестественно вывернута. Кровь темным пятном растекалась по земле. Глаза, еще секунду назад полные жизни и ужаса, смотрели в небо, ничего не видя. Мир для Марка сузился до этой точки. Гул, крики, взрывы – все ушло. Остался только мертвый взгляд отца и всепоглощающая, ледяная пустота внутри. Он онемел. – МАРК! ДВИГАЙСЯ! – Рев Лукаса, полный отчаяния и ярости, вырвал его из ступора. Лукас схватил его за грудки и потащил прочь, к кузнице, оставляя тело Элиана на растерзание хаосу. Внутри кузницы было темно, пыльно и душно. Сбились человек двадцать – все, кто успел добежать. Женщины плакали, прижимая к себе детей. Мужчины стояли у узких окон, вооруженные вилами, топорами, всем, что попало под руку. Борен, с лицом, искаженным гневом и горем (его жена не успела добежать), завалил тяжелой наковальней дверь. Лицо Лукаса было в саже и крови, он тяжело дышал. Марк сидел на земле, прислонившись к холодной каменной стене, глядя в одну точку. Пустота внутри начала заполняться чем-то другим. Чем-то острым, колючим, невыносимо тяжелым. Ненавистью. Штурм кузницы не состоялся. Через щели они видели, как машины и солдаты методично добивали последних сопротивляющихся, сжигали уцелевшие дома, грузили пленников на платформы. Потом раздался чудовищный грохот. Не луч, а что-то вроде сфокусированной ударной волны. Стена кузницы треснула, часть крыши обрушилась внутрь, поднимая тучи пыли. Люди кричали. Когда пыль немного осела, они увидели, что Легион уходит. Так же методично, как и пришел. Оставив за собой дымящееся пепелище, усеянное обугленными останками домов и тел. И тишину. Зловещую, гнетущую тишину смерти. Они выбрались из полуразрушенной кузницы как призраки. Солнце, еще высокое в небе, освещало картину полного уничтожения. Того, что было Эмбервелем, больше не существовало. Только пепел, руины и мертвые. Лукас и Марк бродили среди пепла, не веря своим глазам. Лукас нашел тело своей матери у порога их сгоревшего дома. Марк вернулся туда, где погиб отец. Тело Элиана исчезло. Возможно, испарилось от прямого попадания луча позже. Остался только его старый кожаный ремень с пряжкой в виде звезды – подарок Марка на прошлое лето. Марк поднял его, сжимая в кулаке так, что костяшки побелели. Боль, ненависть и пустота боролись в нем, угрожая разорвать на части. У старого вяза, у ручья, где утром еще царил покой, они встретились снова. Лукас, его лицо было мокрым от слез ярости и бессилия, но глаза горели адским огнем. Марк, бледный как смерть, сжимал в руке пряжку отца. Его серые глаза, всегда такие спокойные и аналитические, были теперь как ледяные осколки. – Они... они просто так... – начал Лукас, голос сорвался. – За что?! – Не "просто так", – голос Марка звучал чужим, хриплым, но невероятно твердым. Он поднял глаза на Лукаса. – Это был он. Ученый X. Его Легион. Его машины. Его воля. – Он посмотрел на дымящиеся руины. – Это сила того, о чем говорили слухи. Сила... Чёрного Кубика. Лукас сжал кулаки. – Чёрный Кубик... – Он выпрямился во весь рост. – Тогда мы найдем эту штуку. Найдем и уничтожим. А его... этого X... – В его голосе зазвенела сталь. – Мы уничтожим его. Как он уничтожил нас. Марк медленно кивнул. Пустота заполнялась теперь одним – ледяной, неумолимой решимостью. Он посмотрел на пряжку в своей руке, потом на Лукаса. – Клянешься? – спросил он тихо, но так, что слова прозвучали громче любого крика. Лукас шагнул к нему, положил свою большую, сильную руку на плечо Марка. Его карие глаза встретились с серыми. В них горел один и тот же огонь – огонь мести и клятвы. – Клянусь. Клянусь на пепле нашего дома. На крови наших родителей. Мы найдем Чёрный Кубик. Мы уничтожим Ученого X. Или умрем. Они стояли так у ручья, под старым вязом, на фоне дымящихся руин всего, что они знали и любили. Два юноши, только что потерявшие мир. Два воина, давшие клятву в аду. Их дорога начиналась здесь, в пепле и боли. Дорога, ведущая прямиком в самое сердце тьмы Ученого X. – Спасибо, что вытащил меня тогда, – тихо сказал Марк, глядя на тело матери Лукаса вдалеке. – Спасибо, что выстрелил в того солдата, – ответил Лукас. – Теперь... теперь только вперед. Вместе. Они собрали скудные остатки пригодных вещей у полуразрушенной кузницы: немного еды, фляги с водой, точильный камень Лукаса, запас тетивы и стрел Марка. Последний раз окинули взглядом пепелище, ставшее могилой их прошлого. И повернулись спиной к долине, шагнув на пыльную дорогу, ведущую на юг. Навстречу неизвестности. Навстречу врагу. Навстречу своей клятве, выжженной в сердцах огнем Эмбервеля. Их приключение, начатое с надежды на спокойную жизнь, теперь продолжалось с одной лишь целью: месть и уничтожение. Путь "Чёрного Кубика" начался. ---