Объятия со странностями.

Лето, середина августа. В Бейкон-Хиллс невыносимо жарко, настолько, что невозможно выйти на улицу после 11-ти утра, вплоть до 6-ти вечера. Жарко даже ночами, спят под одеялом только мазохисты, ведь духота стоит круглые сутки. За последние три месяца много чего изменилось. Например, Скотт неожиданно для всех, нашёл девушку. Для него это целый подвиг, ведь после Эллисон он вообще отказывался с кем либо знакомиться. Говорил, что все будут напоминать ему ее, но, видимо, Кира стала исключением. Стайлзу она нравилась в целом, добрая, спокойно реагирует на стрессовые ситуации, что немало важно в их то городе. Отзывчивая, бросается на помощь чуть что. Хорошая девушка, одним словом. Буквально до позапрошлого месяца Стайлз чувствовал себя каким-то... лишним, что ли. Все заняты, наслаждаются летом в компании с девушками, а он только и делает, что дома сидит. Уже даже его отец стал волноваться, мол, не заболел ли. В доме Айкена, как всем уже известно, он познакомился поближе с одной из временных пациенток, которой месяцем позже предложил встречаться. Она ему очень нравилась. Храбрая, бросается в драку за него. Она так то оборотень, в отличие от самого Стайлза. Да, немного странная, на своей волне, так сказать. Ненавидит математику и все, что с ней связано, и даже не смотря на её низкую успеваемость по урокам в целом, она очень даже умная, всегда находила выходы из ситуаций, из которых, казалось бы, выхода нет. Подстать Стайлзу. У Малии безумно красивые глаза. «Обычные», скажут другие, ведь они карие. А ведь у парня ноги подкашиваются, когда он смотрит и находит в них полное доверие и любовь. Еще у нее есть особенность, которая сначала показалась парню странной, но позже, он стал обожать её за это ещё сильней. Каждую ночь, не считая полнолуние, она приходит к тому через окно, залезает на кровать и обнимает его. Когда это случилось впервые, Стилински чуть на тот свет не отправился от неожиданности. -Ну ты прикинь! Я чуть не умер на месте!-эмоционально говорил тот Скотту, когда рассказывал ему про первый такой случай. -Ну представь! Ты спишь, и вдруг ощущаешь, что кто-то лезет к тебе под одеяло и притягивает к себе... так ещё и без предупреждения! Как будто все так и надо!-парень прибывал в шоке от этой выходки. Правда, буквально со следующего раза он уже не возражал и позволил так делать. Ну, Малия была и рада. Теперь же Стайлз каждый вечер засыпает с мыслью о том, что проснётся уже не один, с тёплой рукой, обвивающей его сзади. Обычно, Малия уходила до того, как просыпался отец парня. Так же, через окно. А то странно бы вышло, не так ли? Заходит отец в комнату, разбудить сына, а он на кровати не один. Да, он был в курсе того, что у его сына есть девушка, но все же, это было бы ужасно неловко. Почему-то именно этим утром девушка не ушла тогда, когда должна была. -Стайлз! Ну-ка подъём! Время уже десять вообще-то, - кричал с кухни Ноа Стилински, отец парня. Что? Кто кричит? Почему бы не дать поспать... время десять. Десять? О господи, она проспала. А если сейчас отец войдёт в комнату? Стайлз вообще ухом не повёл, спит и спит. А вот Малия спать дальше явно не может. Быстро выпутавшись из лёгкой простынки, что накрывала её во время сна, та уже хотела вскочить и через окно убежать к себе, но помешала ей это сделать чужая рука, что быстро, без задней мысли, обняла со спины. «Черт», выругалась вслух девушка. -Стайлз. А ну отпусти, твой отец тебя звал, мне пора, - обеспокоенно говорила тому она. Парень лишь сонно зевнул и еле как открыл глаза. -Что? Отец? - сквозь зевок попытался сказать он. -Погоди. - он уже говорил чётче и менее сонно. -Раз он меня звал.. Который час? -Десять, он сказал... -Что? Ты все еще у меня? Почему не ушла как обычно? - все больше беспокоился он. -Проспала... Не проснулась, почем.. - ее перебил звук резко открывающейся двери. -Стайлз! Ну сколько можно повторять? - увидев сначала сына, а позже рядом сидящую Малию на его кровати, и оба шумно дышали и испуганно смотрели на него, мужчина моментально замолчал. Около десяти секунд они играли в молчанку, Стилински успел только рот открыть. -Здрасьте.. - с растерянной улыбкой проговорила девушка. Мужчина часто заморгал. У него было сто и один вопрос в голове, но ни один он не решался озвучить. -Пап, пап. Я все объясню, правда. Знаю, это странно выглядит, но всему есть объяснение. - сбивчиво пытался тараторить Стайлз. Все ещё недоверчиво посмотрев на девушку, шериф наконец вымолвил: -И тебе привет, Малия. Ладно, давайте так: знать не хочу, что здесь было. Я не лезу в ваши дела, а вы сейчас же встаете. Идет? - незаинтересованно отозвался тот. Оба кивнули в унисон и поспешно закопошились в кровати. Ноа лишь снова растерянно моргнул и вышел из комнаты сына. -Ну, во всяком случае не пришлось объясняться. - оптимистично кивнул парень. -Что он там себе надумал, знать не хочу. Но в следующий раз, если такое повторится, он, наверное, все таки будет задавать вопросы. - Стайлз пожал плечами в согласие своему же убеждению и принялся расправлять простынь на постели. -Прости.. - с виноватой улыбкой, Малия опустила глаза в пол. -Да ладно тебе, ничего страшного не произошло же, - парень мягко улыбнулся в ответ. -К тому же, возможно тебе не прийдётся убегать по утрам, он привыкнет со временем, - продолжая улыбаться, говорил он. Как же она очаровательно смотрела на него. Хотелось все бросить и просто расцеловать её лицо, хотелось мягко потрепать её каштановые волосы, хотелось взять за руку и аккуратно погладить, хотелось все и сразу. Как-то странно и как будто не вовремя пришло осознание, что он любит её всю, от головы по пят. Спустя секунд пятнадцать парень понял, что засмотрелся. Тряхнув головой, дабы сбросить лишние мысли, он вернулся к уборке постели. Чем занимались подростки весь день, Ноа не знал, однако, прийдя домой уже ночью, когда на часах было около двух часов, мужчина аккуратно заглянул к сыну в комнату. На кровати, так же в обнимку, лежали два чуда, которых потревожить отец не смел. Малия, не изменяя своим «странностям», сама обнимала парня. Ну не любит она, когда обнимают ее. Придержав дверь, дабы та не хлопнула, Стилински вышел на кухню самым счастливым отцом в мире. И уверен он был в этом на все сто.