All That Glitters

У Драко ушло почти три недели на то, чтобы набраться смелости. Они с Гермионой были партнёрами. В некотором роде. Оба они работали в ОМСВМ — Отделе по международным связям волшебников и маглов — новом отделении Министерства магии, чьё создание инициировала Гермиона Грейнджер собственной персоной, как раз после Второй магической войны. Отделение занималось международными отношениями как волшебников, так и маглов. Из большого числа сотрудников МСВМ лишь одна она умело балансировала между двумя мирами, как настоящий политик. Все говорили, что из неё выйдет превосходный Министр магии. А ей было лишь 25. Драко был её правой рукой. После суда, обязательного тура с извинениями и множества встреч за чашечкой кофе между ними естественным образом зародилась дружба. Он был единственным, кто мог поспевать за ней, он помогал ей оставаться собранной и готовился с ней к встречам и брифингам. И хотя Драко и Гермиона работали вместе уже четыре года, оба начинали в международных отношениях. Пока Гермиона работала над предложениями и сбором средств для I.M.M.A. (с которыми Драко усердно проверял факты, играл в адвоката дьявола и заверял её в надежности документов), прежде чем возглавить ОМСВМ два с половиной года назад, лишь девять месяцев назад Драко заметил это. Какое-то покалывание, когда он её видел, обычно в сочетании с чувством тоски, которое он не мог объяснить. Оно росло и росло с течением месяцев, пока Драко с удивлением не понял, что это было. Притяжение. То, чего он уже давно не чувствовал. Его целитель подозревал, что дело было в давлении, абьюзе и мучениях, которые он испытывал в юношестве. В конце концов, способность испытывать симпатию к другому человеку вернулась, но она годами обходила его стороной. Итак, три недели назад, когда Министерство объявило тему Ежегодного министерского бала в массовом меморандуме (Ночь, созданная поражать), Драко решил, что он собирается пригласить главу департамента и держателя места в Визенгамоте Гермиону Грейнджер, которая владела Орденом Мерлина 1-й степени, местом в парламенте и орденом Британской империи. Драко был уверен, что были и другие регалии, которые шли до или после её имени, но он мог вспомнить лишь эти. Ему потребовалось три недели, чтобы набраться смелости постучать в её дверной проем, пока Грейнджер мерила шагами комнату, бормоча под нос свою предстоящую речь и подчёркивая моменты на бумаге. Её волосы были собраны в пучок, скреплённый палочкой, как обычно. Он умирал от желания увидеть, как они ниспадают на её плечи — редкое, но всегда заставлявшее его затаить дыхание явление. Услышав стук, она резко обернулась и, увидев его, расплылась в улыбке. Такой прекрасной, что хотелось в ней раствориться. Вместо этого он прочистил горло и начал: — Грейнджер, скоро Ежегодный министерский бал. Гермиона закатила глаза.— Я знаю. Выбрали такой неудачный день — накануне нашего отъезда на Нью-Йоркскую конференцию. Не то чтобы я ждала, что Кингсли будет подстраиваться под моё расписание, но можно было хотя бы принять это во внимание. Мы играем по его правилам. — Да, да, — Драко сменил позу, чтобы не выдать тремор рук. — Но я не об этом. Гермиона была в замешательстве. Драко видел её такой лишь дважды в своей жизни. — Я заговорил об этом, потому что, — Драко сделал глубокий вдох, — я бы очень хотел, чтобы мы пошли на бал вместе. Она остановилась. Драко почувствовал, как его сердце упало вниз, и молился, чтобы она этого не услышала. — Драко, я… — начала она, отложив перо и речь и взглянула на него. — У меня уже есть пара на бал, Драко. Перед глазами всё поплыло. Он почувствовал, как внутри закипает ярость при воспоминаниях о её бывшем. — Уизли? — спросил он сквозь сжатые зубы. Гермиона внимательно посмотрела на него, как будто размышляя, хочет ли она ответить или нет. В конце концов она решилась: — Да. — А, — сказал Драко, сделал вдох и закрылся от неё. — Не стоит переживать, Грейнджер. Увидимся там, ладно? — Конечно! — ответила она. — Я приберегу для тебя танец. Драко ушел, размышляя о способах разрушить жизнь Рональда Уизли. Они с Гермионой расстались много лет назад, Грейнджер сослалась на то, что Уизли просто «не тот самый». Неужели это попытка Уизли вернуть её сейчас, когда она была близка к тому, чтобы стать министром? Драко кипел от злости. Он позаботится о том, чтобы этот бал и танец, который Гермиона приберегла для него, был лучшим из всех. Он уведёт Гермиону прямо из-под носа Уизли. Драко рассмеялся над иронией кражи у мракоборца. Он может попасться, но по сути никаких последствий не будет. Бал через четыре дня. У Драко достаточно времени, чтобы найти новый смокинг. Смокинг, в котором был Драко, не сильно выделялся из прочих. Чёрные брюки, пальто, туфли, пояс, галстук-бабочка и жилет с белой рубашкой под ним. Изумруд и золото — необычное для него сочетание, которое связывало всё воедино: аксессуары в виде запонок, часов и серёжек. Проколы не были свежими, просто он редко о них вспоминал. На чёрном костюме красовался узор из тёмно-серых драконов. Волосы были уложены нарочно небрежно. Зачесанные назад, они волнами ложились на плечи. Всякий раз, когда он носил их так, он чувствовал, как взгляд Гермионы задерживается на нем. Он прибыл вовремя, потому что чувствовал, что Гермиона нарочно опоздает, ведь она бывала на таких мероприятиях. Он схватил джин с тоником и направился к Гарри Поттеру. — Глава мракоборцев! — Драко похлопал Гарри по плечу. — Рад тебя видеть. Полагаю, ты не получил мой запрос на доказательства, который я отправил на прошлой неделе? Он нужен нам сГрейнджер для дела, над которым мы работам. И, к сожалению, мы оба очень нетерпеливы и ответственны. Мне отправить запрос повторно с пометкой «срочно»? — Отвали, Малфой, — сказала Джинни Уизли-Поттер. — Это светское мероприятие, а не рабочее собрание. С момента их свадьбы — первого мероприятия, которое Драко и Гермиона посетили вместе — Джинни каким-то образом стала более невыносимой, но при этом более терпеливой. — Уизли, — начал Драко, разворачиваясь к ней. — Уизли-Поттер, — поправила она. — Я видела тебя и Гермиону на всех играх в моей майке, я знаю, что ты знаешь мою фамилию. — А где же печально известная часть Золотого трио под именем Рональд Уизли? Джинни сузила глаза и бросила на него беглый взгляд. — Рон на баре со своей девушкой Лавандой Браун. Всё в порядке, Малфой? Драко почувствовал, как замедлилось время. Он посмотрел на бар и увидел там Рональда Уизли — мракоборца, стоящего с помощницей юриста Лавандой Браун. Влюблённые голубки смеялись и улыбались. Драко вздрогнул. Если Гермиона была не с Роном Уизли, то с каким Уизли она была? Ответ не заставил себя долго ждать. Джинни тихонько присвистнула, когда Гермиона Грейнджер вошла в шёлковом зелёном платье, которое было зачаровано, чтобы струиться с каждым её движением. Её волосы были распущены, а на бедре, сквозь опасно высокий разрез, виднелась цепочка — золотая, как и остальные украшения. Драко так быстро отвернулся, чтобы предотвратить неприятную ситуацию в брюках, что почувствовал головокружение. Она сногсшибательна. Она — всё, чего он хочет. Рядом с ней был Чарли Уизли, одетый в серый костюм с зелёным галстуком. Драко хотел убить его к чёртовой матери. Он быстро подавил жажду к убийству, когда пара приблизилась. Гермиона смеялась, держась за Чарли. В его глазах, как показалось Драко, мерцала похоть. Джинни и Гарри радостно их поприветствовали, а Драко молча смотрел на Гермиону. Отвернувшись, он надеялся, что на лице не отображаются зависть и чувство предательства, которые он испытывал. — Уизли, — спокойно произнёс Драко, вновь становясь отстранённым. — Не знал, что ты работаешь в Министерстве. Чарли криво улыбнулся. — Технически нет, но я делал достаточно контрактной работы, чтобы получить приглашение. И хорошо, ведь у меня появился шанс пойти на бал с ней. Чарли поднял руку и покружил Гермиону. Её смех эхом зазвенел у Драко в голове, заглушая собственное сердцебиение. Глаза застилала красная пелена. Он хотел разбить каждый бокал в этом зале. Но вместо этого он улыбнулся Гермионе и спросил:— Ты ведь приберегла для меня танец? Она кивнула, но быстро разорвала зрительный контакт, когда Чарли протянул ей бокал шампанского. Он наклонился и что-то прошептал ей. Драко отвернулся, решив уделить время своему джин-тонику. Гермиона и Чарли кружились в танце, и он слишком тесно прижимался к ней. К Драко приблизилась Джинни, пока тот был занят своим напитком. — Ого, ты влюбился в неё что ли? Драко метнул в неё взгляд, хотя периферийным зрением всё ещё видел танцующих Грейнджер и Уизли и фыркнул: — Нет, ещё чего. Джинни изогнула бровь. Поттер обнял её за талию и начал сверлить Драко взглядом. Драко вздохнул, проводя рукой по лицу. — Ладно, влюбился. Разве это преступление? Джинни взвизгнула и бросилась обнимать Драко. Он же наблюдал за смеющейся парочкой на танцполе. Поттер усмехнулся. Бокал с джин-тоником внезапно опустел, а Драко отчаянно нуждался в выпивке. — Я так и знала! — воскликнула Джинни, а Поттер, закатив глаза, протянул ей галлеон. — Я знала, что ты влюблён в неё, просто скрываешь это. Драко не слушал её. Наклонившись в танце, Гермиона и Чарли соприкасались лбами. По венам заструилась ревность, кулаки сжались. Стакан, который он держал, разбился. Он этого не заметил. — Оу, — сказал Поттер, восстановил стакан и убрал лёд с пола при помощи магии. — Малфой, не обращай внимания. Драко резко развернулся к Поттеру. — Не обращать внимания? — спросил он сквозь сжатые зубы. — Грейнджер там танцует с ещё одним Уизли, хотя должна была танцевать со мной. От ревности я едва тебя слышу. Не говори мне не обращать на это внимания. Джинни прокашлялась, привлекая внимание Драко. — Скажу в её защиту, — у Драко дёрнулся глаз. — Ты пригласил её лишь пару дней назад. Если ты так сильно хотел пойти с ней, то почему не спросил раньше? Драко схватил бокал с шампанским с проплывающего мимо подноса. — Потому что, — начал он, проводя рукой по волосам. Как глупо было надеяться, что какая-то укладка привлечёт внимание Гермионы. — Потому что мне нужно было набраться смелости. Это же Гермиона — она идеальна. Умная, заботливая, пылкая. Как мог я, Драко Малфой, бывший Пожиратель смерти быть достоин её? Она как чёртово солнце, а я… повезло, что я могу хотя бы быть в её тени. Гарри и Джинни обменялись настолько раздражающим взглядом женатиков, что Драко захотелось сбежать. И он сделал это, но после того, как увидел, что грёбаный Чарли Уизли держит Грейнджер за бёдра и кружит в синхронном танце, наподобие тех, что он видел на Святочном балу на четвертом курсе.Драко выбежал в коридор и прислонился к стене. Конечно она пришла с другим. Конечно, она не думала, что он пригласит её. Конечно, этим другим оказался Уизли. Конечно, Драко влюбился в девушку, с которой у него никогда не было шансов. Тело Драко гудело от энергии и магии, которые кричали ему вырвать Гермиону из лап Чарли и сделать всё возможное, чтобы никому её не отдавать. Дракон, охраняющий золото. Но ведь она не его. И никогда не будет. От этих мыслей закружилась голова. Драко почувствовал, что дышать стало труднее и всё перед глазами поплыло. Он сполз по стене на подкосившихся коленях и уставился на зелёную плитку на стене напротив, пытаясь успокоиться. Дурацкая плитка напоминала о том, как прекрасна Грейнджер в своём платье. Он едва услышал стук приближающихся каблуков. — Вот ты где, — послышался нежный голос. — Я везде тебя ищу. Драко всё ещё пытался привести дыхание в норму, как услышал шорох ткани и почувствовал пальцы на подбородке. Его голову аккуратно повернули. Гермиона Грейнджер. Во всей своей красе. Драко забыл как дышать. — Ты в порядке, Драко? — спросила она беспокойно. Пальцы переместились с подбородка на челюсть, большой палец выводил узоры на щеке. — Боже, ты великолепна, — прошептал он, не сдержавшись. Глаза расширились, и он вздрогнул, осознав, что сказал. Гермиона лишь улыбнулась и зарылась пальцами ему в волосы, легонько их оттягивая. — Спасибо. — Её глаза сверкали. — Ты и сам великолепно выглядишь. Мы похожи, не заметил? Драко заметил, и от этого было больнее осознавать, что они пришли не вместе. Он не стал ничего говорить, а лишь кивнул и прильнул к её руке. — Я искала тебя. Хочу потанцевать. Драко изогнул бровь. — Странно, что ты ещё не устала. Гермиона улыбнулась и приблизилась, оказавшись в сантиметре от его губ. — У меня всегда найдутся силы на танец с тобой. Она пахла корицей, ванилью и эспрессо. И Драко внезапно понял, что именно так для него пахла Амортенция на шестом курсе. Он встал и протянул ей руку. Когда она обхватила его руку своими двумя, сердце Драко пропустило удар. «К чёрту Уизли» , подумал он. По пути в зал Драко набрался смелости и второй раз за неделю попросил сопровождать её на балу. — Так что, — он прочистил горло, — между тобой и Чарли Уизли что-то есть? Гермиона рассмеялась и облокотилась на Драко.— Нет. Он пригласил меня, чтобы заставить бывшую ревновать. А парень, с которым я хотела пойти не позвал меня, так что… я согласилась. Он хороший танцор, а я люблю танцевать. Драко чуть не споткнулся, но быстро встал на ноги, прежде чем они вошли в бальный зал. Мелодия только затихла, оркестр настраивался на что-то более медленное, и Драко с Гермионой заняли свои места на танцполе. — А кто его бывшая? — поинтересовался Драко. — Помнишь Флёр Делакур с Турнира Трёх Волшебников? — начала Гермиона, прижимаясь к Драко в танце. — Так вот, они недолго были помолвлены, а потом разошлись. Она начала встречаться с его братом Перси, в общем, очень некрасивая история, сам понимаешь. — Она замолчала, не зная, стоит ли продолжать. — Мы с Чарли… всегда были близки, но лишь в платоническом смысле. Но не для Флёр. Поэтому я стала самым подходящим вариантом, чтобы заставить её ревновать. Драко хмыкнул и сжал пальцы на её талии. — И как, сработало? Гермиона посмотрела в сторону бара и удивилась. Чарли и Флёр болтали и прижимались слишком тесно друг к другу, чтобы это можно было назвать чем-то платоническим. Драко улыбнулся, но не потому что был рад за Чарли, а потому что ревность наконец отступила. Но остальные весь вечер наблюдали за танцами Чарли и Гермионы. Надо было это исправить. Драко закружил её в танце, наслаждаясь тем, как её платье струится в такт движениям, а сама Гермиона смеётся. Всё для него. Когда он притянул её обратно к себе, она коснулась его шеи и зарылась пальцами в волосы. — Мне нравится, когда ты их так укладываешь. — Она покраснела. — И пирсинг нравится. — Мне тоже нравится твоя причёска, — ответил Драко, легонько потянув её за локон. Внезапно он вспомнил вторую причину, по которой Гермиона согласилась пойти на бал с Чарли, и ревность вновь заструилась по венам. — А с кем ты хотела пойти на бал? Он изо всех сил сохранял невозмутимый вид. Её взгляд стал тяжёлым. Пальцы глубже зарылись в волосы, усиливая хватку, и она приблизила его лицо к своему. Драко едва мог вздохнуть. Он старался не обращать внимания на то, как сильно ему это нравилось. И конечно он не мог не смотреть на губы Гермионы. — Разве не очевидно? — прошептала она. Драко слышал собственное сердцебиение. — Допустим, нет. Песня подходила к концу. Драко смутно осознал, что они находятся в середине танцпола, а все остальные пары сменили танцы на отдых и выпивку. Сейчас или никогда. Драко развернул Гермиону и резко наклонил её, как раз когда песня кончилась. Их губы были близко — одновременно слишком и недостаточно близко — стоит повернуть голову на пару миллиметров, и можно втянуть её в обжигающий поцелуй.Гермиона резко притянула его ближе и простонала ему в рот. Драко поднял её, не разрывая поцелуй. Руки — на талии, пальцы — на рёбрах. Дракон, охраняющий своё золото. Когда они разорвали поцелуй, Драко наконец услышал аплодисменты присутствующих. Он увидел свистящего Чарли Уизли и Джинни Уизли-Поттер, которая выглядела так, будто вот-вот упадет в обморок от счастья. Поттер подошел и похлопал Драко по спине, обняв Гермиону за плечи. Рон Уизли был прямо за ним, ухмыляясь так сильно, что казалось будто ему больно. — Ладно! — крикнул Гарри, и аплодисменты стихли. — Если вы делали ставку, соберитесь вокруг. У нас с Роном всё записано. Драко отстранился, слегка испугавшись. Гермиона выглядела потрясённой, наблюдая за Гарри и Роном — лучшими друзьями, которые помогали делать ставки на неё. Гарри и Рон рассмеялись, когда толпа сотрудников Министерства, включая Чарли Уизли, вышла вперёд за ставками. Одни волновались, другие бормотали себе под нос. — Я же говорил, Гермиона, — сказал Чарли, обнимая её за талию. — Я знал, что выиграю, как только ты пригласила меня на бал. Гермиона толкнула Чарли в грудь и что-то ему прошипела, но он лишь ухмыльнулся и направился к Гарри и Рону за выигрышем. Драко осмотрел Гермиону с ног до головы с дьявольской усмешкой. — Так вся эта история про Чарли была..? — начал он и обнял свою девушку за талию, прижимая её ближе и по-хозяйски кладя руку на бедро. — Правдой! В некоторой степени, — ответила Грейнджер, прижимаясь к нему. — Это я пригласила его на бал. И пока он заставлял ревновать Флёр, я заставляла ревновать тебя. Драко рассмеялся и приблизил губы к её уху. — Сработало. Но больше так не делай, — он почти прорычал. И почувствовал, как Гермиона вздрогнула. — Давай выпьем? Отпразднуем начало, я надеюсь, очень долгих, здоровых и счастливых отношений. Гермиона улыбнулась. — Конечно. Взявшись за руки, они направились к бару, где заказали два бокала самого изысканного шампанского. Когда она села на барный стул с шампанским в руке, внимание Драко привлекла золотая цепочка на её бедре. — Грейнджер, — сказал он, поперхнувшись. — Это... это змея? Гермиона сделала большой глоток шампанского и посмотрела на него сквозь опущенные ресницы с абсолютно слизеринской ухмылкой. Она осторожно сдвинула шёлковую ткань платья, обнажая больше кожи. Выше на её бедре, что уже сводило Драко с ума, рядом с золотым змеиным амулетом, прикрепленным к её бедренной цепочке, но спрятанным так, чтобы не заметить, если не знать, куда смотреть, лежали три золотых изумрудных амулета, образующих инициалы «ДЛМ». — Зови меня оптимисткой.— Мы уходим, — сказал Драко, допивая шампанское и резко поднимаясь. — Мы уходим, чёрт возьми. Боже, Грейнджер, если ты скажешь, что у тебя под платьем ещё и зелёное белье, я просто взорвусь. Гермиона рассмеялась, допивая шампанское, и зарылась пальцами в его волосы на затылке. Драко судорожно выдохнул, его глаза остекленели. Он представлял, как Гермиона дергает его за волосы в постели, надеясь, что так и будет. Она притянула Драко так близко, что он чувствовал касание её губ на ухе, когда она заговорила. — Под платьем ничего нет. Драко моментально их трансгрессировал.