Глупые чувства, тяжёлые слова

      Пожалуй, Вэй Усянь меньше всего ожидал этого. Он думал, что когда придёт в Нечистую Юдоль, его сразу же прогонят. Однако стража пропустила без всяких возражений, а молчаливый слуга спокойно проводил тёмного заклинателя прямо к кабинету главы ордена. Сердце заходилось в безумном танце от знакомых видов. Кто бы мог подумать, что даже спустя годы это место совершенно не измениться?       Вэй Усянь медленно зашёл внутрь после короткого стука и обнаружил Не Хуайсана сидящим за своим столом и внимательно читающим какую-то бумагу. На вошедшего он бросил лишь недовольный взгляд и вновь вернулся к своему "увлекательному" занятию. Невольно посетитель засмотрелся на статную фигуру, которая словно ни разу и её изменилась за тринадцать лет. Всё такие же роскошные одежды, идеально сочетающиеся друг с другом, изящный, как и его хозяин, веер под правой рукой. Тёмные волосы, которые словно отдавали золотом в свете закатного солнца, заплетены в пучок с помощью позолоченного украшения.       Казалось, они так находились вечность. Однако в душе поднялось возмущение. Надо же, столько всего произошло между ними, а этому человеку словно плевать!       — Хм... а что тут это у нас? — словно в знак протеста Вэй Усянь схватил чужой веер со стола и раскрыл его, внимательно разглядывая. Надо сказать, что работа была невероятная, явно сделанная этими прелестными руками, которые украшали даже следы от мозолей.       — Положи, — взгляд карих глаз, которые отдавали золотом, тут же сменился на гневный. Конечно, пока никого рядом нет, нет нужды играть этот спектакль. Вторженец лишь фыркнул на это: злиться тут должен был он, а Не Хуайсан — объясняться. За всё это время он даже не постарался встретиться, словно все их былые отношения, лишь одностороняя игра с печальным концом.       — Не то что? — продолжил свою линию Вэй Ин, свободной рукой отодвинув внушительную стопку документов и присев на освободившееся место на столе. — Выгонишь меня?       — ...       Они оба знали, что не выгонит. Иначе бы у тёмного заклинателя не был бы полный доступ к каждому уголку Нечестивой Юдоли. Иначе бы стража не подпустила его так близко. Иначе бы сабля главы ордена, обычно мирно покоящаяся в сторонке, без раздумий опустилась бы на его шею.       — Разве ты не ненавидишь меня? По-моему, уже весь заклинательский мир слышал, что ты прямо таки мечтаешь живьём закопать меня в землю, а потом, после долгих мук, поднять меня в виде ожившего мертвеца, — всё же решил сменить тактику поведения Не Хуайсан на более серьёзную. Вэй Ин на это тут же приподнял уголки губ, но не стал радоваться раньше времени. Вот в чём дело. Неужели наш главный эксперт в области слухов попался на эту удочку?       — Ненавижу? Хм... — он сделал максимально непонимающее выражение лица и поднял руку, постепенно показывая один палец за другим. — Даже не знаю, за что мне тебя ненавидеть? Может, за то, что вернул из небытия, даже не узнав моё мнение насчёт этого? Или же за то, что использовал меня в своих грязных планах, не поставив в известность? А, или за то, что игнорировал меня, будто мы друг другу никто?       С каждым словом лицо Не Хуайсана мрачнело. Посторонний наблюдатель этого и не заметил бы, однако Вэй Усянь назвать себя "посторонним" не мог.       — Ну ненавидь меня и дальше, зачем пришёл? — резко вскочил со своего места глава клана Не. Однако за мастерски слепленной маской гнева посетитель отчётливо видел чистое отчаяние.       Словно ожидая этого изначально, одним движением руки Вэй Ин притянул его к своему лицу и крепко прижался к губам. Они, как обычно, такие мягкие. С трудом удалось удержаться от того, чтобы провести языком по ним, пробуя на вкус. А Не Хуайсан, широко раскрыв глаза, застыл холодной статуей в замешательстве. Видя такую реакцию, тёмный заклинатель отстранил лицо, и тут же крепко охватил чужое тело руками, а затем легонько дунул в чужое ухо, с удовольствием наблюдая за едва покрасневшей кожей — единственным признаком лёгкого смущения или же гнева.       — Потому что превыше моей ненависти лишь моя любовь, — на грани слышимости прошептал в чужое ухо Вэй Усянь.       — Пхах, — в чужом голосе было слышно лишь отчаяние. — Спешу заметить, что я уже замужем. Так что прошу отодвинуться, а после покинуть территорию Нечистой Юдоли.       Вэй Ин отстранился лишь на пару сантиметров и пристально осмотрел лицо напротив. Эти глаза уже давно потеряли свой изначальный свет. Невольно в памяти всплыли их общие мгновения в Облачных Глубинах, когда они, ещё совсем молодые и неопытные, касались друг друга везде, где только можно, шептали друг другу обещания быть рядом вечность, и избегали всех, лишь бы урвать лишние мгновения единения.       — Да? А я думал, что именно я твой муж, — упрекнул он стоящего всё ещё непозволительно близко заклинателя. На это заявление чужие глаза словно полыхнули огнём.       — Ты погиб тринадцать лет назад, — сказал, словно отрезал.       Вэй Ин на это лишь фырнул и приложил руку к чужой груди. Даже сквозь кучу слоёв ткани он чувствовал, как бешено бьётся чужое сердце.       — Ты меня воскресил, — он невозмутимо ответил на это, в затем снова наклонился и прикоснулся своими губами к уголку чужих, — Не ожидал, что твоя любовь ко мне окажется настолько велика.       — А-Сянь... — выдохнул Не Хуайсан, а затем обречённо закрыл глаза. — Если так хочешь остаться, то разбери все эти бумаги до восхода солнца.       С этими словами глава ордена Не выскользнул из чужих рук и скрылся за дверью. Вэй Ин не смог сдержать улыбку, смотря ему вслед. Рука, держащая ранее веер, который незаметно умыкнули, сжалась в кулак.       — А-Сан, я тоже ради тебя переверну этот грёбанный мир.       И надеюсь, что после стольких лет одиночества когда-нибудь ты сможешь снова доверять остальным....