Часть 1
16 июля 2025 г., 12:00
Дождь барабанил по крышам с такой силой, словно желал проломить их и пробраться в теплые и сухие помещения. Вполне обычная погода для туманного Альбиона девятнадцатого века. Минимум солнца и максимум дождей и туманов.
Эрик Слингби едва заметно поморщился, шагая по одной из улочек неблагополучного района, сверяясь со списком, который сумел раздобыть лишь каким-то чудом. Нет, девчонки из Секретариата и так на него всего заглядывались и порой готовы были штабелями ложиться. Но как же тяжело оказалось быть обольстительным и при этом незаметно снимать копии с нужных ему списков!
— Лишь бы не зря… — жнец едва слышно выдохнул и потянулся к карману длинного черного пальто, собираясь достать любимые сигареты и зажигалку.
Курить хотелось зверски. Он вообще в последнее время слишком много курил, что было явлением не совсем привычным. Приходилось часто отлучаться из своего кабинета, чтобы не раздражать и без того измученного жуткой болезнью друга.
В общем-то, именно друг, его единственный лучший друг, Алан Хамфриз и являлся причиной бессонных ночей и бесконечного нервного напряжения. Как правило, жнецы не болеют. Это вовсе не значит, что они не подвержены болезням, просто их тела намного сильнее и выносливее, чем у обычных людей.
Вот только перед Шипом Смерти никто не способен устоять. И избавиться от него, насколько известно, практически невозможно. В какой-то степени Шип можно назвать проклятой душой, которая попадает в тело собирающего ее жнеца и обращается в тысячи шипов. Медленно и неумолимо они разрастаются в теле несчастного, пока не достигают сердца и не пронзают его.
Жуткая участь без шансов на выживание. Таких жнецов просто оставляют в покое, позволяя умереть своей мучительной смертью. Цинично. Безжалостно. Равнодушно.
Вот только Эрик Слингби всегда плевал на эти правила с высокой колокольни. Он, увидев первый приступ Алана, сразу же перешёл к активным действиям и перелопатил в прямом смысле всю кажущуюся бесконечной библиотеку жнецов. И нашел то, что искал.
Нужна 1000 невинных душ для извлечения Шипа Смерти.
Сработает ли это? Получится ли скрывать такое чудовищное преступление от вечно бдящего Уильяма Ти Спирса и, в первую очередь, от самого Алана? Невозможно. Чистое безумие.
Но безумие вполне осуществимое. В его блокноте уже отмечено более 580 душ. Осталось чуть меньше половины до того момента, когда можно будет действительно вырвать друга из лап самой Смерти, чьими слугами они являются по сей день.
— Сэр, подождите! Мы же вас так давно ждём! — раздался неподалеку чей-то незнакомый голос.
— Вы меня с кем-то спутали, — процедил сквозь зубы Эрик и собрался уже скрыться за ближайшим поворотом, но тут его весьма настойчиво взяли за руку и повели в сторону какого-то полузаброшенного склада.
— Мы вас давно уже ждём. Товар готов и ждёт вас, сэр! — между тем продолжал тараторить незнакомец, ведя его за собой и едва ли не сияя от излишнего энтузиазма.
— Вы кто вообще такой? — жнец давно уже не сталкивался с такой наглостью, но в то же время это было… весьма любопытно. Любопытно понять, за кого же его в итоге приняли.
— Меня зовут Роджер Смоллет. Как и обещал, я все подготовил. Скотланд-Ярд не сможет подкопаться, поскольку официально все выглядит, как новый работный дом, — залебезил человек.
Только сейчас Эрик сумел его как следует рассмотреть. Лысый, среднего роста мужчина с косыми глазами и носом картошкой. И за кого он принял самого жнеца? Тут явно что-то связанное с криминалом, раз этот придурок заговорил о Скотланд-Ярде. Впрочем, это ожидаемо. Район здесь весьма и весьма опасный… для людей.
Они оказались в складском помещении, где находилось около сотни людей. Потухшие взгляды, кандалы, жалкие лохмотья, что едва прикрывают тела. От осознания того, ЗА КОГО его приняли, привело Эрика в самое настоящее бещенство. Желто-зеленые глаза загорелись так ярко, словно вместо жнеца здесь стоял взбесившийся демон.
«Эта тварь приняла меня за торговца людьми!»
Жнец сжал руки в кулаки так, что заскрипела ткань перчаток. Тут не нужно было быть провидцем или иметь на руках книги душ, чтобы определить, что большинству несчастных осталось совсем недолго, а других до смерти замучают новые хозяева.
— Вот, сэр. Как и говорил, все в полном порядке. Вот сумма за товар… — между тем произнес Роджер Смоллет и развернулся к Эрику, протягивая чек. Лучше бы он этого не делал.
— Сумма? Ты, идиот, всерьез решил, что я торгую людьми? Впрочем, ты мне действительно помог. Век не забуду… А потом забуду. Обязательно, — жнец сверкнул желто-зелеными глазами и в одно мгновение выхватил свою Косу Смерти.
Роджер Смоллет не успел и глазом моргнуть, как в следующее мгновение его кинолента жизни прервалась раз и навсегда. Тело мешком повалилось под ноги Эрику, а тот, не задерживаясь, стал скашивать души одну за другой.
Они все равно обречены. На страдания. На смерть. На ужасы рабства. Он делает хорошее дело не только для друга, но и для них… Для этих несчастных и измученных людей, у которых не осталось даже своей воли.
Через несколько минут на складе находились только множество мёртвых тел. В принципе, привычная картина для этого района города. Оставалось собрать лишь последнюю душу, что ещё находилась здесь. Эрик чувствовал ее след прямо за ближайшими ящиками.
Но все же кое-что его зацепило. Никто из этих людей даже не попытался сопротивляться. А ведь здесь были не только измученные женщины, но и вполне ещё молодые парни, которым от силы было от шестнадцати до двадцати лет. Но почему тогда кто-то из них вообще подумал прятаться? Заметил, что люди стали умирать пачками? Или же… заметил самого жнеца?
Эрик отодвинул ящики в сторону, крепко сжимая свою Косу Смерти в виде пилы в одной руке. Просто нанести удар, как и раньше. Просто сделать эту проклятую работу, чтобы Алан поскорее выздоровел и не страдал от жутких приступов.
Потому что неизвестно, сколько Алану осталось жить.
Из темного угла на Эрика смотрели большие голубые глаза полные слез и ужаса. Худенькое тело девчонки едва прикрывали обрывки некогда весьма милого платья. Волосы напоминали выгоревшую солому, а на бледном личике слишком ярко проступили веснушки.
Жнец остановился, пытаясь понять, как вообще в этом едва дышащем создании осталась хоть какая-то воля к жизни. Почему спряталась и сейчас дрожит, как промокший под дождем котёнок?
— Сэр… Пожалуйста… Не убивайте… — едва слышный шепот был сравним скорее с шелестом деревьев на ветру, а не с полноценной речью. Вот только у жнецов невероятно острый слух.
— Не буду… Ты откуда? И как тебя зовут? — он и сам не заметил, как убрал Косу Смерти за спину, чтобы не пугать девчонку.
— София… София Линкс… Я… Не знаю, откуда… У меня нет дома, я сирота… — прошептала девчонка и прижала колени поближе к себе, всё ещё мелко дрожа.
— Как тебя только угораздило? Ладно, пойдем. Для начала приведу тебя в порядок, а там посмотрю, что сделать можно… — Эрик тяжело вздохнул, снимая с себя пальто и укутывая в него девушку.
Она практически ничего не весила. Худенькая и бледная, явно евшая в последний раз разве что накануне днём. Эрик не понимал, почему вообще решил не заканчивать начатое. Дело ли во взгляде этой девочки? Или в том, как она теперь робко жалась к нему, мысленно прося о защите и спасении?
Как же это глупо. Иронично. Вот только… Эрик не смог равнодушно смотреть на нее. Вспомнился Алан. Тот их разговор во время первой практики, когда будущий друг, а тогда стажёр, говорил о цветах и одиночестве.
Все жнецы одиноки. Но каждому из них, пускай и тайно, хочется обрести того, кто согреет израненную искалеченную душу. Потому что даже бессмертные создания могут чувствовать, пускай о них этого и не скажешь на первый взгляд.
Эрик исчез на руках с Софией в яркой вспышке телепорта. Да, не по правилам приводить людей в Поднебесье, но он на них чихать хотел. Сейчас важнее было поставить девчонку на ноги, а дальше… Попросит о помощи Алана. Тот хотя бы отвлечется и не заметит столь частых отлучек друга.
Эрик давно не ощущал себя бездушной статуей, каковым считал себя когда-то. И если есть хотя бы малюсенький шанс все изменить и исправить, то он использует его. Для спасения друга. И… для спасения из бездны себя самого.
