Шестой раунд

Первая глава. У медведя во бору. Я сама и не понимаю, как я скатилась. Меня помнили как: лучшего виолончелиста, не сидящая на месте одноклассница, Кочерга и много разных дурацких прозвищ. Никто и подумать не мог, что в конце концов я стану девочкой, что оставили ни с чем. Точнее, лишь с огромными долгами. Родители… уехали в командировку и больше не вернулись. Я не знаю где они, но знаю одно: самостоятельная жизнь у шестнадцатилетней девочки не удалась. Весна в этом году была довольно холодная, все до сих пор ходили в куртках. В апреле. Из-за неожиданных скачков температуры последних трех лет, некоторые предполагают конец света. Ну и пусть. Все равно, ничего хорошего в жизни Лизы уже не будет. Сегодня она скиталась в поисках какой-нибудь мелкой работы: перетащить коробки, подработать в магазине, раздать листочки. Гроши, но нужно же чем-то питаться. Моет голову она не каждый день, а раз в неделю. Её русые волосы стали темнее, а зеленые глаза грустнее и более пустыми. На ней была старая папина куртка и ушанка. Единственное, что осталось после них. Согревало хорошо. Тот размер, что она носила три года назад стал ей мал. Рост у девушки был выше среднего. Сейчас она сто семьдесят семь сантиметров. Сама она симпатичная, но со временем Елизавета перестала быть такой яркой как раньше, а уход за собой и модную одежду покупать тупо не на что. Работу она не нашла. Сегодня придется есть мало. Вернувшись домой, она съела кусок хлеба и попила дешевый чай. Хватит ли еды на следующий день? Лиза заглянула в холодильник. Она съела последнюю еду. Тяжело вздохнув, она тяжело упала на стул. Как же уже все задолбало. Она должна сидеть за партой и не о чем не заботиться. Учебу в частной школе не кому оплачивать, а поступить в другие школы, когда ты и так ничего не учила, невозможно. Хочется умереть. Вот прям щас она схватит нож и покончит со всеми муками! Холодный наточенный нож оказалась в руках, она поднесла его к горлу. «Это кто? Рамир и Артем!», «Когда Елена Ромуальдовна отвернулась, а ты пошла и нахулиганила!» Она вспомнила, насколько все таки ценна жизнь. Хоть родители и ушли, но у неё все же остались друзья, которые иногда ей помогают. Катя, Изобель, Костя и Алиса. Эти люди буквально спасали ей жизнь, давали ей надежду на светлое будущее. Надо подтвердить их желания на будущее. Лиза отложила нож второму и поняла, что нужно все-таки идти и искать работу. Может, устроиться дворником? Она вышла на улицу, где стало еще темнее и пошла по тихой улице. Людей здесь не было, кроме одного высокого блондинка в деловом костюме с портфелем. — Здравствуйте, — поздоровался тот. На его лице играла дружелюбная улыбка. Лиза не понимала, что происходит. Человек выглядел очень дружелюбно, но в руках чемодан. В новостях говорили, что в чемоданах на подобие такого обычно хранят бомбы. Было бы славно, она уже давно не хотела жить. — Здрасть, —небрежно бросила она, пытаясь хоть как-то закутаться в пуховик смотря на блондина исподлобья. Хуета какая. — Не хотели бы сыграть в летел лебедь? — все еще улыбаясь, произнес мужчина, ставя портфель на засыпанный снегом асфаль. Кочергина вскинула брови и скрестила руки на груди. — А что мне за это будет? — конечно она хотела убежать, скрыться, но этот парень, внезапно появившийся из неоткуда казался спасением. — Деньги: 500 рублей, если выиграешь, а если проиграешь — пощечина, — сейчас эта незначительная сумма казалась Лизе светом в конце тоннеля. Конечно она не позволит ее бить, но вряд ли она проиграет. Игра началась. Девушка засучила рукава, потому что в этом случае на холод было наплевать. Лиза не спросила имени этого светлого парня, лишь до коснулась своими ладонями до, на удивление, горячих ладоней зазывалы. И пошло поехало. Первая пятисотка ощущалась как трофей, а после пощечина, пощечина и так далее. Азарт возрастал до запретной шкалы, а после молчания незнакомца она поняла, что игра окончена. — Можно еще сыграть?—выпалила зеленоглазая морщась от невыносимого холода, который жег руки хуже огня и выворачивал и так плохо одетую Лизу наружу. — Можно, но не сейчас, держи, — сказал мужчина, протянув Кочергиной маленькую бумажку из плотного картона с ромбом посередке. Все, она подсела на игру. *** Сегодня вечером она сидела на кровати и смотрела на загадочную и манящую к себе карточку. С одной стороны ромб, а с другой номер телефона. Оплачивала интернет она кое-как, скоро он должен закончиться. И вот, она звонит по номеру и раздается мужской голос: — Желаете сыграть в игру? — спрашивает он. — Да, — уверенно отвечает девушка, сжимая руку в кулак. Она выглядела довольно жалко: избитые щеки, странно уверенное лицо для хрупкого тела и бедной квартиры. — ФИО и дата рождения? — Кочергина Елизавета Владимировна. Дата рождения: пятнадцатое февраля две тысячи восьмого года. — Хорошо. Завтра в восемь часов вечера приходите на улицу Ромена Ролана к строению номер два. — Я поняла, — и сбросила звонок. Теперь не остается ничего, кроме как ждать заветной поездки. Лиза устало положила голову на подушку, смотря на запылившийся шкаф. Глаза нашли книгу «Записи Гимназистки». Она читала её в те самые тринадцать лет, за несколько месяцев до того, когда родители покинули её. Она медленно встала, подошла к шкафу и взяла в руки эту книгу. Где-то была закладка, она так и не дочитала её от нервов. Но сейчас они больше не тревожат её. Она научилась жить без них. Тяжело и мучительно, но все же сама. Кочергина вернулась на кровать, продолжив читать с того места, где закончила три года назад. Сюжет был довольно интересным, но она вернулась к нему только сейчас. На её лице появилась небольшая улыбка. Ностальгия. По тем хорошим временам. Когда она была в Сочи, беззаботно купаясь в лучах солнца и заботе её мамы. Которая вскоре… кхм. Опять эти мысли. Почитать не получилось, вновь набежала эта тревога. Ощущение, как плохо и пусто ей было в эти темные первые дни, когда она осталась совсем одна. Для того, чтобы собраться она ударила себя по щеке. Не время расправляться, нужно хорошо выспаться. Лиза нажала на выключатель и комната погрузилась в темноту, освещаемую лишь горьким лунным светом. Заснула она быстро, но сон был таким странным. Будто все эти три года прокручивались в голове: то, как её брат не дал ей попасть в дед дом, взял опеку, а затем она переехала к себе домой и разорвала со всеми связи. Было неспокойно, но потом она почувствовала что-то мягкое под моей рукой. Это её кошка Мила, ходячий талисман и маленький мотиватор. Ее порода русская сибирская, она белая с серыми пятнами. Всегда успокаивала душу своей хозяйки даже в самый неспокойный момент. Сон продолжился, теперь она видела тот самый день, когда она порвала со своей подругой Алисой. Это было… по личным причинам, но больно. Очень больно. А затем темнота. Наконец-то спокойный сон. *** Лиза встала утром от неимоверного холода. Было 6 часов утра, поздно, ну да ладно. Мила как всегда лежала на подушке около ее головы. Тепло. —Залупа, —выругалась девушка и вскочив с кровати пошла в ванную. Наверное она пойдет в казино? Главное Милу не депнуть. После того, как она помыла длинные до копчика русые шелковистые волосы, она пошла краситься. Денег на косметику конечно не было, так что приходилось довольствоваться старой тушью и блеском для губ. Волосы она не посушила, а в честь «такого события» она надела старый синий потертый свитер и джинсы на 4 размера больше. Ушанка, куртка, папина сумка, Лиза вышла на охоту. Денег на метро не хватило, девушка поехала на автобусе зайцем. Но охота сегодня неудачная. Снова нет работы. Настроение на нуле. Не стоит растраиваться сейчас, совсем скоро наступит время, когда она поедет на эти «игры». Приехал черный микро автобус, она села на свободное сидение среди спящих людей. Лиза непонимающе оглянулась. Почему они заснули? Решили отдохнуть перед игрой? Нет, затем дым. Душащий, заставляющий потереть сознание. И затем… тьма. *** Играла классическая приятная музыка, ласкающая слух. Лиза очнулась в белой кровати под классическую музыку, ласкающая слух. Она спала на самой верхней койке, на четвертом этаже. Было высоко, сначала она растерялась, а потом слезла. Здесь было очень много людей и как она заметила — каждый пронумерован. Девушка опустила голову и заметила номер «077». Хм, две семерки! То есть, двойная удача! Девушка стала медленно и аккуратно спускаться с кровати по лестнице. На верху было табло: четыреста пятьдесят шесть участников. Ого, как много! В последнее время она редко видела такое большое скопление людей! Все шли к большой железной двери у противоположенной стены. Слишком много незнакомых людей, стало слегка тревожно. Она неловко шагнула вперед, взгляд был устремлен на людей у той двери. Все они в тёмно-синих костюмах: белая футболка с но к-ром на спине, поверх которой тёмно-синяя зипка с номером у груди. Также в костюм в ходили штаны, идентичного зипке цвета, ну и удобные белые кроссовки. Вдруг Лиза споткнулась о кого-то. Этот человек сидел на лестнице у кроватей и смотрел на людей издалека. Макушка показалась знакомой: каштановые волосы в высоком хвосте, знакомый силуэт. Неужели… Лиза шагнула вперед, смотря на человека с другой стороны. Это оказался номер «227», Алиса. Это её бывшая подруга. Глаза округлились. Да, логично было встретить её здесь, помня все проблемы с отцом и сестрами. Темные глаза Алисы медленно поднялись на русую, а затем последовала улыбка. — Привет! Я так давно тебя не видела! — Сказала она, а затем встала. Улыбка была искренняя. То, чего Лиза не видела так давно. Это не недовольное рыло взрослых людей, смотрящих на неё как на обузу и проблему под ногами, а взгляд, который действительно желал её видеть, несмотря на все трудности. Ничего не ответив, она просто шагнула вперед, чтобы обнять Алису. Только она открыла рот, чтобы что-то сказать, как потом… Голос. Женский, злой и разряженный. Одновременно приятный и противный. В центре стояла красивая блондинка с ярким утонченным макияжем. Её руки были сложены у груди, она нервно стучала острым розовым ногтем по своему локтю. Её номер был «108». — Что вы устроили?! — стервозно сказала она. — Где моя одежда?! Почему я, должна ходить в этом балахоне, сучки! Из за двери вышли солдаты. Из было пятеро: четверо были вооружены автоматами, на их лицах были черные маски с треугольниками, а посередине был обезоруженный солдат с маской ромба. — Я хотел бы от всего сердца поприветствовать всех вас, — начал ромб. — В течении шести дней, все вы примите участие в шести играх. Победившие во всех шести играх получат крупный денежный приз. — Ответьте мне на вопрос уроды! — надрывалась блондинка. — Эй, а почему мы должны верить Вам? — сказал широкий и высокий мужчина, выходя на середину. У него татарская внешность, темные короткие волосы и карие глаза. Его номер «121»— Вы привезли нас сюда, забрали у нас вещи и все, чтобы поиграть в обычные «игры»? — Извините, мы были вынуждены принять эти меры, чтобы сохранить свою конфиденциальность, — продолжил ромб. — А почему же вы прячете свои лица? Вам стыдно? А может, вы разыскиваемые преступники? — сказал кто-то безымянный из толпы. — Мы не раскрываем свою лица и ручную информацию о сотрудниках участникам игры. Это гарантирует конфиденциальность служащим здесь. Прошу понять нас. — Да ответьте мне уже! — разгневалась «108», она подошла к ним еще ближе и бросила зипку на пол. — Дайте мне мою одежду! — Извините, но это невозможно. Чтобы игры проходили гладко, вы должны быть в этой форме. Ваши принадлежности в безопасном месте, мы Вам вернем по окончанию игр. — Меня это не волнует, вы хоть знаете кто я?! — А как же телефон? — спросил тощий рыжий мужчина с Яриком и веснушчатыми щеками. Его номер «250». — Родные будут волноваться, что я ушел без предупреждения! У меня наверняка уже разрывается телефон от звонков! — Hey Sie, — сказал какой-то портовый немец-блондин с дерзкими коричневыми глазами, номер «277» — Почему вы оставили меня без необходимых мне принадлежностей? Я, как творческая личность, совсем помру здесь. — Что за чертовщина?! — спросила женщина шатенка под номером «255». — Почему я должна находится к одном помещении со всеми этими людьми? Вы пустите нас в душ? А кормить будете? Или будете морить голодом все шесть дней? — Шанель Оберлин, игрок сто восемь, — сказал ромб и поднял пульт вверх, включая табло. Там загорелось видео, как она играет в какую-то американскую игру с вербовщиком и получает пощечины. — Владелец клуба прогоревшего клуба для студентов, а также президентом сестринства«Каппа Каппа Тау». Кто-то распустил ужасные слухи про сестринство и клуб, поэтому он ушел в минус, а сестринство (особенно президент) в долгах. Долг: девятнадцать тысяч двести девяносто семь долларов. Шанель замерла и ужаснулась. Она любила прилюдные унижения, но ненавидела, когда унижают её саму. — Закир Рашидович, игрок «121», — на экране появился он. — Физрук, который решил открыть неудачный бизнес по изготовлению колючек для гольфа и хоккея. Их клюшки признали некачественными, а потом закрыли и дали огромный штраф. Долг: восемь тысяч девятьсот семьдесят долларов. Мужчина перекрыл рот рукой и опустил взгляд от стыда. Он всегда был примером для учеников. Вдруг, кто-то из них здесь и видит, как ему отвратительно дают пощечину? — Джонатан Лоран, игрок «434». Зависим от постоянной смены обстановки и путешествий, все деньги тратит туда как на казино. Взял множество кредитов ради своей зависимости отдыха. Долг: восемьдесят шесть тысяч девятьсот два доллара. Парень испуганно сделал шаг назад. Какой позор перед таким количеством людей! — Герман Шульц, номер «277», всегда хотел стать музыкантом, но его никуда не приняли. Захотел переехать в Америку и развить себя там. Правда, там он стал чужим нищебродом и у него совсем ничего не получилось. Долг: тридцать две тысячи восемьсот восемьдесят девять долларов. «277» раздраженно опустил голову и от злости пнул ступеньку. Проклятье. — Любовь Гусенко, номер «255». Проблемы в личной жизни, в особенности зла на больного мужа. Ради него пришла сюда, хоть и испытывает ненависть к нему. Долг: сто тридцать девять тысяч двести восемьдесят девять долларов. Все обернулись на нее, достаточно большой долг. Люба аж покраснела от злости, поставила руки в боки и посмотрела вниз. — Чего уставились?! Смотрите за собой! — пригрозила Люба пальцем, многие отвернулись, слушая новую речь ромба: — Все вы, находитесь в экстренной ситуации и не можете выплатить свои долги. Когда мы встретились впервые, никто из вас нам не верил. Но как вы помните, мы выполнили уговор. После этого вы поверили и согласились учавствовать в играх добровольно. Я дам вам последний шанс сделать выбор. Решайте: хотите ли вы вернутся к прежней убогой жизни или попытаться построить новую? Прости прочитать правила и подписать заявление о согласии. Если вы хотите отказаться от участия: сообщите нам сейчас. Потолок открылся, наверху выдвинулась прозрачная копилка в виде свиньи. Каждый поднял голову, наблюдая за невероятным происходящим. — Скажите, а какая сумма приза? — спросил азиат, невысокого роста. У него короткие густые волосы в прическе «чокобой», а также довольно смазливая и приятная внешность. Его номер «361». — Сумма приза: четыреста пятьдесят шесть тысяч долларов. — А мы сможем потом остановить игру? — спросил кто-то из толпы, затем получив мгновенный ответ. — Да, после каждой игры будет проводиться голосование, продолжить ли игру. Если большинство пожелает прекратить игру, она будет остановлена. И вы сможете уйти с накормленными до этого момента деньгами. Гул людей. Каждый восхищенно выражал свое мнение. Это же прекрасно! Но вдруг эта радость прервалась невысокой азиаткой с черными длинными волосами. Её номер «360». Она пробиралась между людьми, расталкивая их, чтобы подобраться к номеру «361». — Эй, Бён Тэ! — сказала она, подходя к нему и давая ему мощный подзатыльник. — Какого черта ты здесь делаешь? — Ну, ну, Джи Ён! Перестань меня бить! — он схватился за затылок и заныл от боли. — Это больше касается тебя! Я то из бедной семьи! Каким боком ты здесь! В тебя же все нормально? — Эм…, — она отвела взгляд и убрала руки за спину. Отец снова выгнал её за поведение«не леди» и решил наследства. Даже если Бён Тэ снова застать жить в танцевальной комнате его отца, то она далеко не уедет. ЕЙ нужно доучится и иметь свои собственные деньги! Но она не готова говорить это вслух при таком количестве людей. — Подумай башкой, тупица. Бён Тэ потер подбородок и поднял глаза наверх, задумываясь. Да, он понял причину. А также понял то, что она не хочет говорить об этом вслух. Лиза смотрела на эту забавную пару, а потом на задумавшуюся Алису. Она явно сейчас перерабатывала внезапную информацию и пыталась запомнить имена некоторых безумных участников. — Для того, чтобы вы продолжили игру, вы должны подписать заявление о согласии на участие. Номер «108», Шанель Оберлин, раздраженно вздохнула и посмотрела влево от себя, чтобы увидеть номера «121», «250» и «424». Первый, это вышеупомянутый Закир, второй высокий молодой парень с коричневыми взъерошенными волосами, голубыми глазами и широкими плечами пловца. Его лицо выглядело как-то знакомо. А последний, самый высокий из них и самый старший. У него короткие коричнево-седые волосы под «ёжика», очки, щетина под носом и на подбородке. Шанель Оберлин просто обожала мужчин. Не смотря на всю свою злость и грубость, она могла постелиться под каждого красивого идиот. И среди их трех, её выбор пал на номера «250». Самый молодой из них. Хотя, это будет сложно после такого позора. Она быстро подошла к нему, заполучив его недоумевающий взгляд. Раньше она была до отвратительного богата. Все, что ей нужно — это оставаться самой популярной и красивой девушкой в университете, быть президентом женского клуба и иметь классного бойфренда. Всё это у Шанель было. — Здравствуйте, — поздоровалась она, улыбнувшись. — Я Вас где-то видела, не подскажите свое имя? — Здравствуйте, — он неуверенно почесал свой затылок. Видно, что ему не особо хотелось иметь дело с кем-либо. — Мое имя Кевин Лоу. — А Вы случайно не… тот Английский пловец, что будет учавствовать в чемпионате Европе по плаванью баттерфляем пятьдесят метров? — она резко оживилась. — Вы выиграли все региональные конкурсы и теперь едите туда. Но… как Вы сюда попали? — Это…, — он неловко улыбнулся. — Не то, чем я хочу делится с человеком, что вижу впервые, извините. Лиза смотрела на этих мужчин с расширенными и наполненными страхом глазами. Ведь среди них, под номером «424» был её отец. Нет. Нет. Нет. Нет. Это не может быть правдой. Начальник отца, подруга матери, все ей писали о том, что её родители мертвы! Так почему он сейчас находится здесь, на дне рядом с ней?! Лиза схватилась за голову, дышать стало тяжело. Алиса, заметив это и её отца замерла. — Не может быть, он же…, — недоговорив, она взяла свою подругу за руку. — Ты должна… поговорить с ним. Я буду рядом, — Алиса два раза сжала руку Лизы, поглаживая костяшки тонких «голодных» пальцев своим большим. — Д-Да, я понимаю…, — Лиза сжала её руку в ответ и сделала неуверенный шаг вперед. Ноги будто отказывались идти туда, будто навстречу к смерти. Но взглянув еще раз на Алису, она продолжила идти, стараясь выглядеть уверенно. Номер «424», Кочергин Владимир Валерьевич. Его глаза увеличились, смотря на приближающуюся к нему фигуру. Черты лица все те же, только более взрослые. Увидев её, он тут же бросился заключить её в объятия, ей стало еще тревожней. — Л-Лиза! — его голос надорвался. — Я думал, что больше никогда не увижу тебя! Мы с мамой.., — он стал задыхаться от волнения, страха и радости. — попали в аварию на самолете в другом конце страны. Мы никак не могли к тебе вернутся. Ни денег, ни паспорта, ни телефона. Мне очень жаль, правда. Твоя мама… после крушения я больше не видел её. Извини, я ужасный отец, бедная моя девочка, — на глазах такого сильного мужчины проступили слезы, он сжал её спину сильнее, будто боясь снова её потерять и положил голову на её плечо, вдыхая её новый запах. Тело четыреста двадцать четвертого панически затряслось, было видно, что он действительно сожалел и как тяжелая вина сжигала его изнутри. Он слегка отодвинул голову, чтобы посмотреть на свою дочь сквозь белену горьких слез Лизе все еще было необычно и страшно. Она не верила, что это он. Им надо держаться подальше друг от друга. Она понимала, что он не виноват, но все эти три года она слишком много намучилась, чтобы простить свою тяжелую судьбу и всех вокруг. Она больше не та наивная папина виолончелистка и непоседа, она новый сломанный, под напором жизни, человек, который пошел в эту игру. Лиза не обняла его в ответ и осталась стоять так, замерзла. — Ну скажи что-нибудь…, — умолял отец, слегка отодвинувшись и смотря ей в глаза. — Твое молчание меня убивает. — Эм…, — собиралась с мыслями она. — Я… Я… думала, что вы умерли, все мне так говорили. Папин начальник, мамина подруга… — Потому что мы оборвали контакты по понятным причинам, — он сделал паузу, прикусив губу. — Как там Игорь? Ты жила у него? Лиза замолчала. Она, в отличие от них, порвала контакты по абсолютно другим причинам и не хотела это говорить. Девушка понятия не имела, как живет её брат. Она живет в одиночестве, бедности и с кошкой. *** Все стали выстраиваться в три длинных колонки, на очередь к подписи документам. Лиза была чуть ли не последняя. Но зато рядом с Алисой. Она воодушевлено рассматривала всех. Лиза же следила за одним и тем же силуэтом, что подписывал договор на данный момент. Её подруга старалась отвлечь её от негативных мыслей и волнения, у неё получилось. Лиза наконец решила сама оторвать их тишину и задать вопрос. Её восхищенное лицо победило напряжение. — Что такое? — спросила зеленоглазая, оборачиваясь на подругу. — Это же лингвистическая бомба! Ты только посмотри: все разных наций! От азиатов до голландцев! И прибыльно и можно потренировать языки даже без тетрадки! — на её лице вновь появилась улыбка. Да уж, почти все её мысли в любом месте сводились лишь к одной теме. Не об этом нужно думать сейчас! — Ага, — тихо вздохнула Лиза, закатив глаза. Внезапно к их диалогу присоединилась женщина, что находилась впереди них. Её номер «122». — Не люблю людей, что лезут из кожи, чтобы понравится мужчинам, — сказала она. У неё светлые волосы и болотные глаза. По тону было понятно, что она обращалась именно к ним, присоединяясь к диалогу для полного удаления нервности. — Да, после позора она тут же побежала к красивому мальчику. Тьфу! — сказала Алиса, хмурясь. — Это двойной позор. Я смотрела на них в то время и кажется, что он её «вежливо отшил», — добавила свои пять копеек Лиза, развивая диалог. — Хах! — усмехнулась женщина. — Уж точно! Странная дамочка! Вот молодеешь с ума сошла после коронавируса! — Как Вас зовут? — внезапно спросила Кочергина. Если заводить диалог здесь, то тогда и знакомиться. — Меня зову Елена, работаю охранницей, в бывшем музыканта. А также.. новомодная тиктокерша! — горло заявила «122», приставив руку к сердцу. — А вы кто? Лиза приподняла одну бровь, странно смотря на неё. Она уже заранее поняла, что познакомит их за неё Алиса. — Я Алиса, а это Лиза. Ей шестнадцать исполнилось в феврале, два года назад она хорошо закончила музыкальную школу, умеет играть на виолончели и фортепиано! Она хорошо рисует, у неё есть красивая кошка! А я изучаю языки и иногда пишу, просто учусь в школе. — Ого, Вы обе большие молодцы! — улыбнулась Елена. Эта улыбка чуть согрела её от холода этого загадочного места и отца. Дальше, кого Лиза заметила, была.. —Елена Ромуальдовна!—выпалила девушка и быстрым шагом подошла к бывшей классной руководительнице. Кочергина неловко опустила глаза, ведь в последний раз, когда она ее видела был 22 год. Девушка не знала с чего начать, ведь пожилая особа сейчас пялилась буквально сквозь нее. — Кочергина?—все. Конец. Но на огромное удивление Лизы, Гладченко прижала бывшую ученицу к себе заливаясь крокодильими слезами, в то время как Алиса стояла рядом в шоке и не понимала что происходить. — Я… Я не думала, что породу сюда и увижу здесь вас! Елена Ромуальдовна была своенравной и строгой женщиной и увидеть её слезы она не ожидала. Особенно поразительно то, что она решила обнять именно ту ученицу, которую возможно недолюбливала и унижала. *** — Извините, а не могли бы Вы побыстрее подписывать? — спрашивал светлокожий парень с каричневым замесом вверх и каштановыми волосами. Его номер «110». — Да подождите! — нервно огрызнулся человек перед ним. У него смуглая кожа, коричневые глаза, что скрывались за мутным стеклом черных очков и короткие черные волосы под «ёжика». Обычно он был расслабленным, но сейчас, среди такого количества людей, он напряжен. У его сердца был написан номер: «444». Рядом стояла уже знакомый нам номер «108», которая чуть ли не тонула в стыду от этого мерзкого приличного унижения. Поэтому она решила утащить с собой других. Ее взгляд пал на номер «444». Конечно же, за цвет кожи. Она подошла к нему с горло поднятой головой и назальным выражением лица. — Почему такой нервный? Рядом нет бананов? — съязвила она, ожидая его реакции с предвкушением. — Что? — он приподнял бровь, не понимая, что снесет эта странная девушка. Он жил во Франции, а не на пальме. — Посмотри на себя! — она указала на его кожу. Парень посмотрел на руки и напрягся. Да, он встречался с расизмом, но не так часто. Его настроение ухудшилось. Он нахмурился и прошел мимо неё. Спустя пару минут, когда все подписали бумаги, железные двери открылись и игроков запустили в место, что больше похоже на кукольный домик, а не на реальность. Каждому сказали сделать фотографию, а затем пройти вверх по лестнице. Кто-то позировал, кто-то просто улыбался. — Hey Mann, — сказал номер «180». У него слегка кудрявые коричневые волосы, коричневые глаза. Парень имеет вытянутый, чуть горбатый нос, маленькие бледные губы. Родинка на щеке и в левой стороне подбородка. У него европейская внешность. На данный момент он обращался к номеру «277», к Герману. — Вы тоже говорите по-немецки? — Ja, — отвечает Герман, гладя свои мягкие светлые волосы. — Откуда ты? — Из Нидерландов. — Ого, значит, сосед по стране? — Герман ухмыльнулся и шлепнул что восьмидесятого по плечу. — Name? — Брэм. Брэм Врис, — коротко ответил тот, пока все стали заходить через небольшой туннель. Они вышли в огромное помещение. Оно было размером 200 м на 75 метров. Под ногами был песок, а наверху небо. Видимо, это место находится под землей и на этот значимый момент местный стафф открыл крышу. На стенах были рисунки леса и неба, а ближе к концу стояли два робота в виде медведей. У них было туловище, лапки с острыми черными когтями, большая голова с зубастым ртом и красными глазами. Но вместо ног у них было большое колесо. На данный момент у них была опущена голова. В противоположенной стороне комнаты была зеленая трава, она была метров двадцать. — Первая игра — у медведя во бору, — сказал приятный женский голос из громких колонок. — Правила игры: под стишок постепенно подходить к медведям, но когда он заканчивается, то надо добежать до безопасной зоны. Игрокам обязательно нужно ходить, пока играет стишок. Те, кто будут нарушать правила игры будут устранены. Игра будет длится десять минут. Голос, повторивший эту фразу на нескольких языках замер, и высоко загорелось табло с таймером. Десять минут пошли. Алиса взяла запястье Лизы и заставила её отойти в сторону. — Нам нужна тактика. Хоть я и не особо хорошо бегаю, но ясно одно — здесь все будут толкаться. Поэтому, нам нужно идти там, где людей меньше всего. А еще, нам нужно выяснить какой именно датчик работает у этих медведей. Это может быть слуховой датчик или там вообще локатор, или… как у комаров! Также, как бы стишок не играл, мы доходим максимум до трети этой комнаты. Будем ходить зигзагами. Мы же не будем нарушать правила в этом случае, да? — Хорошая тактика, будем её придерживаться, — одобрила семьдесят седьмая, крепче ухватившись за руку двести двадцать седьмой. Такую же тактику приняли игрок «424» и «355». Последняя из них девушка с ростом сто семьдесят пять сантиметров, у нее смуглая кожа и коричневые волосы с карими глазами. На её носу черные очки. Кажется, что её лицо было знакомо Лизе, но она не понимала, где она его видела. Номера «269» и «437», два парня создали спор. Ходить как можно ближе к медведям и убежать, не попавшись. «У медведя во бору Грибы-ягоды беру. А медведь-то спит И на нас не глядит.» Бён Те и Джи Ён держались за руки. Они оба шли в конце большой толпы. Последняя постоянно оглядывалась по сторонам, чтобы никто не подошел к игроку «361». Они находись в безопасной зоне, хоть и были в толпе. Игрок «052» уже подружилась с «255» и «122». Они шли втроем в середине толпы. Впереди неё была Шанель Оберлин. — О Боже, какие уроды! По-красивее сделать не могли? — девушка поставила руки в боки и прошла вперед на несколько шагов, поближе к тем двум парням, что поспорили. Они оба не были эталоном красоты: два тощих и «уродливых» парня. — Что вы здесь стоите? Не видите кто идет? Отойдите! «Мы медведя приласкали, Мы его пощекотали.» Кевин Лоу шагал сбоку толпы, оглядывая всех людей. Все здесь такие необычные и разные. Но взгляд двести пятидесятого упал на триста пятьдесят пятую. Резко его сердце остановилось. Что она здесь делает? Ей не надо здесь быть! Как она будет жить без своей любимой учебы? Будет ломка? «Зарычал медведь — беда! Разбегайся кто куда!» Роботы ринулись на людей. Те парни побежали обратно и стали расталкивать людей. Один из них толкнул игрока «108» под колесо медведя. Он тут же обхватил тело девушки лапами и поднес к своей голове. — Э-Эй! Что это вы делаете? Разве я выбыла? Вы видели, это они меня толкну-…! — и тут робот откусил голову девушки острыми зубами и выбросил её тело и выплюнул голову в сторону. «Игрок сто восемь выбыл!» Люди пришли в ужас. Как животные, все понеслись за черту, расталкивая всех. Алиса и Лиза ходили недалеко от «Полянки», поэтому уже находились по ней. Лиза с выпученными глазами смотрела на всех, а Алиса отвернулась к стене, чтобы не видеть этого. Но все же симфония криков людей и звук роботов были слышны везде, даже если ты закроешь уши. Все больше и больше людей умерило, почти весь пол был усыпан в людях. Кевин Лоу, вместо того, чтобы боятся за себя, ищет глазами «355». Его сердце бешено бьется. Пловец не видит её не на поляне, не на полу. И от этого становится еще хуже. Может она где-то в толпе? Герман и Брэм стояли у границы поляны и осматривали других. Первый со спокойным лицом осматривал других так, будто знал изначально, что всем им грозит смерть за деньги. — Герман, — сказал Брэм. Его руки дрожали, но ради номера «277» он строил лицо, более приближенное к его. — Тебе не страшно? — Страшно? — саркастически спросил он. — Разве это не было ясно, что никакие деньги дадут просто так? Я знал, что будет подвох и он оказался настолько жестоким. Да, в этом есть что-то. «У медведя во бору Грибы-ягоды беру. А медведь-то спит И на нас не глядит.» Эта песня снова началась. Все стали идти маленькими шагами и теперь все столпились около безопасной зоны и находится там стало труднее. Лиза некоторое время чувствовала руку Алисы, а потом перестала. Её унесло толпой. Она застыла. Кочергина определенно бы спаслась и одна, но страх за подругу ощущался тяжелым весом. Кто-то толкнул её и она упала в песок. Волосы спутались, об неё стали спотыкаться, везде была суета, полнятся не получалось. «Мы медведя приласкали, Мы его пощекотали.» Один человек вырвался вперед и встал рядом с медведями. Ногами он стал подталкивать песок к колесам, создавая барьер, чтобы колесо застряло. Второй же был без барьера. А значит, что этот человек в опасности. «Зарычал медведь — беда! Разбегайся кто куда!» Человек развернулся и побежал прочь. Наконец, можно было увидеть номер. Это «355». Робот, которому сделали барьер, упал головой в песок, а другой погнался за смолой девушкой. Вот она! Вместо того, чтобы побежать с толпой в поляну он побежал навстречу ей, схватил и еще быстрее понес к поляне. В глазах был песок, Лиза пыталась встать, но это были очень трудно. Из-за спешки других людей она не могла пошевелиться. И вдруг, чья-то женская рука поднимает её и несет к безопасной зоне. Только там она увидела лицо этого героя. Это была миловидная блондинка с волосами в хвостике и яркими зелеными глазами. Её номер «325». На её лица была необычная и сладкая улыбка. — Спасибо…, — тихо промямлила она. На языке все еще был песок. Рядышком уже стояли Алиса и папа. Оба были взволнованы.