Коллекция «Ничего не значит»

***

Они только что отбили атаку в заброшенном клубе в Сувоне — артефактное усиление сработало неправильно: потолок рухнул, пыль стояла стеной. Кровь во рту, как пережеванная жвачка, прилипала к небу, и Мире показалось, что огненные всполохи встали вокруг неё плотным сестринским рядом. Демоны, отвечающие за вытягивание эмоций, кружили над ней, и всё вместе с ними уходило, как показалось ей, в небытие. Она не дышала — просто следила.  — Ты жива? — пряди, намазанные блестками, коснулись её щеки. И демоны стали отступать. Когда казалось, что подруг поглотило дымное облако, они выползли из него, как ультрафиолетовые бабочки. По позвоночнику пробежала ударная волна, и сверху, прямо с фасада арочных балок, на них посыпалась облицовка. Толстые тени демонов смешались со своими худыми братьями в какофонию невыносимого визга, и один из них угодил Мире прямо в солнечное сплетение.  Бам. И она едва различает очертания окружающего пространства.  Дым рассеивается.  Внутри — гиблая пустота, и сгусток энергии в районе лопаток надувается склизким пузырем. Улыбающаяся Зои склоняется над ней, как с журнала MAPS, и на зубах её кровь. Неужели так сильно ударилась?  Зои наклоняется вперед и целует её  —  чужие блестки на губах Миры. Губы, оказывается, тоже могут болеть. — Лучше?  — А? — у Миры «крыша» катится с карьерной лестницы, но куда там, она все еще под натиском демона. Шесть светоотражающих клинков проходят сквозь тонкую мембрану барьера между мирами, и грудь начинает ходить ходуном, совершая спасительные глотки воздуха.  — Класс! — Зои поднимается, протягивая руку. — Не переживай! Это ничего не значит.  — Конечно, — Мира раскачивается, прежде чем вскочить на ноги. Ещё одна трещина в них.   

***

Тренировки Мира любила больше чего бы то ни было, хоть с пущенной сворой собак, хоть с подбитыми легкими после не самого удачного сражения: влажные волосы, пот, открытые плечи, оценивающий саму себя взгляд.  В танцевальном помещении пахло лаком и Dior из осенней коллекции.  Зои сидела на полу у зеркала, специально загораживая крошечный уголок обзора. Мира раздражалась, но причин подвинуть подругу отчего-то не находила. Любительница рэпа и блесток жевала нижнюю губу, как лакричную конфету — бедная, налилась уже синим, как синяк на коленке Миры. Замажут тональным кремом. Идеальных не бывает.  Руми вырисовывает на собственных узорах витиеватое сияние. Зои, благородно ей подражая, тоже измазалась краской для тела.  Красивый демон.  Музыка включается на повтор, и Зои встает с легким нежеланием.  Бедра их касаются, как будто она не планировала держать дистанцию. Зои хохочет, извиняясь, и целует её в щеку. — Извини. Случайность. Больше не повторится. Зои знает, что Мира ненавидит, когда её ритм во время отработки движении сбивают.  — Ты, наверное, коллекционируешь эти “ничего не значит”? — Мира ухмыляется, хватает с пола полотенце и швыряет его в Зои.   

***

На тренировочной базе стояла гнетущая тишина, воздух был наэлектризован. Зои с холодной сосредоточенностью проверяла карты, раскладывая их в подсобном помещении. В старом концертном зале магия работала нестабильно.  Мира фыркала, как кошка, в углу, растягиваясь под музыку, слишком резко и даже почти агрессивно.  — Нам нельзя разделяться, — Зои посмотрела на каждую по очереди, но на Миру взглянула поверх макушки, — этот тип демона питается разрозненными аурами.  — Тогда не отставай, умница, — Мира растянула губы в полуулыбке.  Руми прикусила губу, переглянувшись с воображаемой стеной. Напряжение было настолько плотным, что его можно было разрезать ножом. Темнота давила на плечи, и только сияющие клинки, как алмазы, вырисовывались в подсобке. Зои пожала плечами. Как будто она когда-то отставала... Не было такого. Концертный зал, конечно же, оказался ловушкой. В момент входа магические поля заклинило — ауры смешались.  Демон, созданный из иллюзий, начал атаковать по одиночке. Его зеленые всполохи кружили над алмазной россыпью дрожащих рук.  Зои только с виду была милашкой, а когда дело доходило до приказа — она салютовала вперед, как рэп, к которому она никогда не готовилась. Зои чувствовала, что отступить просто необходимо, даже в условиях демонского батла.  — Девочки, отступаем! Но Мира… Миру с утра злила Зои, листающая ленту с рилсами: её длинные-придлинные ноги лежали на тушке пуфа, короткий топ открывал пупок, и черные волосы впервые не были стянуты пучком, завитушками и заколками. Она была все еще на две головы ниже Миры, но настолько же прекраснее её, бездарно прекраснее, как будто... Если все кей-поп айдолы соберутся вместе, то все равно не смогут всей своей ангельской сущностью вдохнуть в Зои ни грамма красоты, иначе та просто взорвется, как пиньята.  Мира пошла вперед. Одна. Зои, ухватившаяся за руку Руми, у которой глаза были переполнены зеленым дымом, в эту же секунду выпустит подругу из цепкой хватки.  Правило № 1: Не разделяться! Когда Зои нашла Миру, та была окружена зеркальными копиями самой себя — каждая с её лицом, искаженным страхом. Искры в пространстве повисли, как зеркала, и замедлились. Копии говорили её голосом, с её интонацией, с тем же чуть дрожащим, надтреснутым тембром, который она слышала у себя в наушниках во время репетиций. Как будто айдолы курят горькие папиросы...   Мира поддалась вперед, пытаясь пробить ближайшую копию, но секира прошла сквозь иллюзорную плоть, как сквозь воду. Отголосок смеха взорвался в пространстве. Копии повторили её напуганный выдох. — Мира! Она обернулась. Зои пробивалась к ней с потёками золотой магии на запястьях, и глиттера на ней уже не было. Копии повернулись на голос Зои. Десяток глазниц уставился на девушку.  Зеркала начали собираться в новую спираль. Демон поднялся, как сцена перед камбэком — медленно, скрещивая подобие рук и копируя движения айдолов. Он пародировал их, выкручивая пальцы в гротеск. — Хорошо, —нахмурилась Зои, — ты вообще не знаешь, с кем связался. Мира закатила глаза. Как же... О них только Заполярье не слышало... Зои мастерски зачитывала тексты. Мира простонала, надеясь, что Руми вот-вот появится на горизонте.  You asked for chaos? Feel it in the flow, My words are blades — I strike, you go below! Стенки иллюзий дрожали, мир моргал, как неисправный прожектор. Мира приподнялась на локтях. Тени заголосили, и кровь пошла носом. Зои набрала в легкие воздуха. — Не слушай их! Это ничего не значит! — она прорезала клинком очередную тень, и в шести прозрачных корпусах отразились копии Миры. Зои почти вбежала в круг зеркал, обхватывая Миру, крепко и до боли в ребрах. Розовые волосы облепили круглое личико Зои. И её обняли в ответ, укрывая собой от последней вспышки. Руми разрезала демона надвое, все еще чихая от зеленого дыма на лице.  — Хочешь, скажу, когда это начнет что-то значить? — Зои прошептала слова в плечи концертного мундира, вся погруженная в розовый водопад, пахнущий сладко и горько одновременно.  Руми протянула кулак, и Мира стукнулась своим.  — Скажешь. Как же. 

***

Они сидели на крыше над тренировочной базой — вечер был глухим, как заглушка в ушах, когда слишком много танцуешь в наушниках. Город мигал яркими экранами — огоньки Сеула — далекие. Руми спала, обмотавшись пледом и расставив подушки плюшевых сердец, как амулеты. Мира курила — глупо, нелегально: сигарету забрали у демона на прошлой вылазке. Никотин в нем был иллюзорный, но горло всё равно обжигал. Зои лежала рядом, расставив колени по обеим сторонам от талии Миры: они полусидели напротив друг друга, пока Зои не скатилась и не легла окончательно. Лицо её было освещено экраном телефона, пока она читала комментарии к фанкаму.  — Что там? — Мира боялась опустить на неё взгляд, предпочитая любоваться ночным городом.  — Всё, как обычно, — тянет Зои, намеренно задевая своими коленками колени Миры. Колготки у нее в дырках, и тяжелые ботинки звякают металлическими обвесами. — Как обычно? — Мира выдыхает синий дым.  — “Влюблены в химию”, “между ними что-то есть”, “этот взгляд”, — цитирует Зои, как бы между прочим.  Тишина, наступившая тут же, стала осязаемой, как одеяло, натянуто на двоих. Руми сладко причмокнула во сне.  — Ты давно не пополняла коллекцию... — Мира ходит по острию собственной секиры и готова вонзить её в сердце напротив, если оно попытается вновь встряхнуть что-то внутри. Зои сводит коленки, как будто под юбкой недавно были шорты, а теперь они исчезли. Не было там ничего. Колготки достаточно плотные, чтобы все укрыть, да еще и с блестками. Никаких рэперских парашютов... Зои приподнялась, и небо отразилось в её глазах, как в трещинах, пополам.  Поцелуй вышел горький, и Зои закашляла, ругая демоническую сигарету.  — Добавишь в коллекцию? — захохотала Мира, выпуская порцию дыма в лицо Зои. Зои медленно покачала головой.  Преданные фанаты заметят — в сережках Зои — рубиновые камни.  Зои скажет: “Не мой цвет. Хотела попробовать. Это ничего не значит”. — Нет, этот значит, — откашлявшись, хрипит Зои, и целует снова. — И вот этот.  И этот. И этот. И этот. Мира хохочет, хрипло выговаривая “и этот” на сбившемся дыхании Зои.