Часть 4. Нас научили адаптироваться.
19 июля 2025 г., 23:00
А мне нравится дышать.И чувствовать терпкий кофе на щеках.И горькие слезы на кончике Языка.
25 октября 2002 год Пэнси Паркинсон было 21. Она возглавляла небольшую архитектурную фирму ПаркинсонЛюкс, где каждому желающему за установленную плату могли помочь: построить дом с нуля, адаптировать магловскую квартиру для жизни мага, провести магловские удобства в магический квартал, задекорировать дом к продаже, обустроить уютное жилье мечты, создать интерьер на зависть и под статус. В общем, все что касалось жилья — это к ПаркинсонЛюкс. Она никогда не планировала строить свою карьеру. Выбирая название для новой компании, Пэнси просто ткнула пальцем в небо. Оглядываясь назад, она немного жалеет, что назвала свое детище таким клише. Но ничего уже не поделать — в 19 лет она еще надеялась удачно выйти замуж и быть Миссис Малфой, которая организует званые вечера и управляет благотворительными фондами вместе с Нарциссой. Поэтому, когда Блейз за третьей бутылкой вина со смехом сказал: — Ну назови ПаркинсонКомфорт, — она уверенно ответила — Тогда уж Люкс — и отправила документы своему юристу. Всего за два года работы она восстановила когда-то уважаемое имя Паркинсон и даже вознесла его на новый уровень. Для нее не существовало границ в том, кому она оказывала услуги — будь то богатый магл, маг, нескрывающий недовольство её обществом или супруга бывшего Пожирателя. Бизнес и ничего большего был главный девиз молодой девушки. В желании заглушить боль одиночества она плотно ушла в работу. Успех ее дела мог только свидетельствовать об уровне боли, которую испытывала Пэнси. Никто не мог даже предположить, что эта уверенная в себе, невероятно красивая и приветливая девушка, идеально поддерживающая непринуждённую беседу на всех вечеринках светского общества, каждый вечер, за исключением тех, где был Блейз и Тео, обнимается с подушкой и тихонько всхлипывает, осознавая, что все ее мечты безудержно и постепенно рушатся без ее участия. Пэнси в целом осознавала, что ее разбитое сердце — результат ее воображения. Он ничего ей не обещал, более того, он говорил, что это все — чисто для расслабления. И она на это «согласилась». Она верила, что он изменится, что рядом с верной и доверяющей ней он поймет, что он хочет семью, что он хочет быть рядом. Она верила каждый раз, когда в ее дверь кто-то стучал, что это он, пришел забрать ее в счастливую жизнь. Но день за днем — в двери заходили не те люди. Пэнси знала, где он, у нее были свои связи. Драко сначала просто учился, а затем усердно работал в Сиэтле. Его образ был окутан слухами, но он не был замечен в компании ни одной ведьмы. Девушка не питала себя иллюзиями и, судя по себе, понимала, что его личная жизнь вероятнее всего происходит в мире, где нельзя отследить его персону — в магловском Сиэтле. Так поступала и сама Пэнси. Раз в несколько недель она надевала на себя свои самые соблазнительные наряды и выходила в знаменитые бары магловского Лондона, где ее обязательно забирал в свои объятия очередной ценитель высокого искусства. Этот промозглый пятничный вечер октября не сулил ничего хорошего. Конец месяца всегда славился излишней нагрузкой. Весь день Пэнси оплачивала работу подрядчиков, формировала счета для клиентов, проверяла отчеты сотрудников и ругалась с поставщиками. Конец месяца в ПаркинсонЛюкс всегда был стрессом. Очень редко после «такого» дня девушка выбиралась в люди. Обычно она предпочитала откупорить бутылочку хорошего Рислинга, собрать изысканную charcuterie board, набрать полную пенную ванну и высыпать туда различных солей и масел, включить классику на граммофоне и погрузиться в вечер уединения. Планы на этот вечер не должны были быть другими, но так сложилось, что этот день помимо рабочих вопросов наполнило другое знаковое событие. Долбанная Гермиона Грейнджер-Малфой вчера родила дочь. Об этом радостно сообщил ей сам счастливый новоиспеченный отец и пригласил отметить событие в их маленьком змеином кругу в магловском ресторане недалеко от Мунго.В этот вечер пятницы Пэнси не потянулась в секцию гардеробной с её соблазнительными нарядами. Девушка взялась за спокойный кашемировый свитер и джинсы, которые невероятным образом вписались в ее гардероб и стиль жизни. Она надела замшевые лоферы, погрузила в сумку небольшой подарок, купленный её ассистентом, подкрасила губы фирменной красной помадой и направилась в этот вечер. Все, кроме Драко, понимали, что она не должна была быть там. Он не был ей просто другом, но когда любишь так, как Пэнси, можно и сделать вид, что ты лучший друг, который счастлив за его семейную жизнь.***
Она сидела рядом с Блейзом по левую руку и Тео по правую, в которой уже красовался бокал Бордо, в небольшом темном баре центра Лондона. Они были закрыты от других уютной кабинкой. Мужчины переглядывались друг с другом, то и дело бросая взгляд на Пэнси. — Знаете, — разрушила девушка тишину, отпивая глоток, — если бы я не знала, как сильно вы любите женщин, я бы могла предположить, что у вас роман. Мужчины уставились на неё с двух сторон: — Не знаю, как еще объяснить, что вы не можете оторвать друг от друга взгляд! — она рассмеялась. — Пэнс, — ответил сидящий слева от нее темнокожий красавец, — я счастлив, что ты шутишь. Но обычно эти вечера заканчиваются твоими слезами, равномерно размещенными на наших плечах. Мы переживаем! — Блейз, — она мягко улыбнулась другу и, повернувшись к Тео, продолжила, — Тео, я знаю, что вам со мной пришлось несладко. Но он выбрал ее, у них семья. Мерлин, да у них уже дочь родилась. Я понимаю, что я проиграла. А поражения я научилась принимать и прекрасно адаптироваться к новой жизни, — она устремила взгляд в даль помещения, — а вот и молодой папаша. Взгляд мужчин устремился следом за зелеными глазами Пэнси. К ним на встречу, слегка припрыгивая (что, конечно, не соответствовало его аристократичному статусу), направлялся молодой блондин с взъерошенной прической и слегка сумасшедшими, но счастливыми серыми глазами. Пэнси не хотела признавать это вслух, но она осознавала, что он рядом с ней никогда не был таким. Живым. Смешным. Неловким. НАСТОЯЩИМ. Он никогда не был с ней — начнем с этого. Был рядом, но он никогда не был ее. А сейчас все в нем говорило о его принадлежности кому-то чудесному и важному. Сильное и теплое объятие вывело Пэнси из её размышлений: — Вы не представляете, как я счастлив, что вы смогли прийти! Все вы, — он сжал руку Пэнси, усаживаясь за стол, — простите мне мое опоздание, но я не мог уйти от моих девочек, пока они не заснули. Сердце девушки сжалось. Он говорил это с такой нежностью и любовью, которую она не испытывала никогда. От нее он тоже не смог уйти, пока она не заснула. Одна разница — когда Гермиона проснется, он от нее не исчезнет в никуда. Девушка поджала губы и растянула их в улыбку, стараясь загнать непрошеные слезы обратно в уголки глаз. — Друг, мы за тебя невероятно счастливы, — похлопал по плечу блондина Блейз. — Папаша, — с другой стороны хлопнул в спину приятеля Тео, — никогда бы не поверил, что из нашей компании именно ты первым обзаведешься ребенком. Да что там ребенком! Даже партнером! Все за столом расхохотались. Пэнси начала копошиться в сумке: — Чуть не забыла! Это для вашей принцессы, — девушка улыбнулась, протянув Драко небольшую коробочку, — буду счастлива быть ее феей крестной. Она сказала это, пока мужчина открывал крышку. На бархатной подушке лежал небольшой кулон из золота с ангелом, державшим в руках камушек, который отливал божественным светом. — Я не знаю, будете ли вы придерживаться какой-то магловской религии, но я знаю, что у католиков принято их крестить. Знаю, что твоя жена исповедует эту религию, — девушка выдохнула, — в общем это символ защиты. Знайте, что пусть мы не Бог, но ваша девочка под нашей защитой всегда. Она подняла взгляд на мужчину и потеряла дар речи. Драко поглаживал ангела указательным пальцем и смотрел на девушку перед ним полными слез глазами. — Пэнси, я не заслуживаю твоей дружбы, — он отставил коробочку и потянул девушку в объятия, — спасибо тебе огромное. Прости меня за все. — Я давно отпустила тебя, Драко. Я правда счастлива видеть тебя таким, — она снова мягко и натянуто улыбнулась, отстраняясь. — Так, я думаю, что нам пора выпить, — вклинился Тео, протягивая Драко стакан с огневиски, — за молодого и счастливого папашу и его невероятных женщин! Девушка встрепенулась, взяла свой бокал и направилась к общему веселью, одними губами прошептав Тео — спасибо. Весь вечер Пэнси старательно поддерживала атмосферу всеобщего веселья и радости. Она снова и снова поздравляла любимого мужчину с его счастливым браком и отцовством. Но ее силы были на исходе, и кто же знал, что ее спасет ненавистная Грейнджер. Телефон в кармане подвыпившего Драко уверенно жужжал, но мужчина, увлеченный разговорами с друзьями, будто не слышал его. — Драко, тебе звонят, — девушка взором указала на карман брюк. — Что? — мужчина уставился на брюнетку, а после резко начал хлопать по карманам в поисках телефона, — что случилось? — Да, хорошо, я понял тебя. Буду через пять минут, — он судорожно начал искать глазами официанта. — Приятель, мы угощаем, — улыбнулся Тео, — не каждый день твой друг становится отцом. Беги к своим девочкам, — он потрепал друга по плечу, и тот с благодарной улыбкой начал быстро собираться. — Спасибо, друзья, — он пошел в сторону выхода, но резко развернулся и оказался вновь у стола. С виноватой улыбкой он взял в руки забытый подарок Пэнси, — чуть не забыл! Но я знаю, Гермиона оценит. Спасибо! Любовь всей ее жизни скрылась за дверьми бара, улыбка медленно сошла с лица девушки. Тео и Блейз внимательно смотрели, словно выжидая ее реакцию. — Ребят, еще раз, я не буду плакать. Я способна принять поражение. Что, еще по бокалу? — Пэнс, прости, мне нужно домой. Я обещал Анжелине вечер на двоих. А время уже десять! — улыбнулся Блейз, неловко перебирая часы. — Прости, подруга, если все окей, я поеду домой. Завтра важный день, суд над новыми Пожирателями, — сказал Тео, постепенно поднимаясь со стула. — Все окей, идите к своей жизни! А я, пожалуй, пересяду на бар, — девушка изящно встала из-за стола и на полпути обернулась, — надеюсь, лучший молодой адвокат страны и владелец крутого бара сможет закрыть счет без моего участия? Ответом были смешки и уверенный кивок Блейза. — Тогда доброго вечера! Девушка проследовала к барной стойке, за которой сидела одна девушка и несколько мужчин, все погруженные в свои мысли. Идеально подходящая атмосфера под настроение Пэнси. Быть сейчас дома одной — не хотелось от слова совсем, но и разговаривать с кем угодно — хотелось почти так же, как приложить горячий уголь к лицу (она не страдала мазохизмом и очень любила свое лицо, поэтому в общем — минимальное желание). Подошедший бармен услышал заказ и молча начал готовить джин-тоник с перцем и огурцом. Этот коктейль Пэнси пила крайне редко, на самом деле она давно предпочитала хорошее вино. Но сегодня состояние требовало чего-то покрепче. Бармен поставил коктейль перед ней, принял оплату и ушел к другим клиентам. Девушка сделала первый глоток и выдохнула — терпкий вкус джина напоминал, что дальше можно не улыбаться. Она расслабилась, пока не почувствовала легкое касание плеча. — Я прошу прощения, можно присесть рядом? — с сильным американским акцентом спросил красивый молодой мужчина, улыбаясь во все 32 идеально белых зуба. — Вам нужно общение? — без улыбки откликнулась Пэнси. — Нет, мне буквально просто нужно сесть. Девушка оглянулась. За время ее размышлений барная стойка оказалась полностью занята, оставляя свободным только место рядом с ней. — Тогда, пожалуйста, — она убрала свою сумочку и вернулась к коктейлю. — Знаете, — начал мужчина, после того как бармен поставил коктейль для него и новый джин-тоник для Пэнси. — Вы же говорили, что вам нужно только место, чтобы присесть? — прервала девушка. — Понял, больше не тревожу, — улыбнулся он и отвернулся от Пэнси. Та сначала облегченно выдохнула, а потом начала рассматривать мужчину. Он был американцем сто процентов — взъерошенные волосы, светлые джинсы, объемные кроссовки и рубашка поверх футболки. Но несмотря на всю неряшливость его образа, он выглядел очень симпатично. Мужчина повернул голову в сторону Пэнси и улыбнулся, на щеках образовались ямочки, а его голубые глаза засветились радостью. Он снова обнажил свои белые зубы улыбкой и произнес: — Вы меня тогда тоже не отвлекайте своим пронзительным взглядом! — Даже не пыталась, — девушка усмехнулась. — Даже не пытались, а я теперь не могу оторвать взгляд! Меня зовут Джордж. Джордж Миллер. Могу узнать ваше имя? — он протянул ладонь в сторону девушки, в надежде на рукопожатие. — Пэнси. Пэнси Паркинсон, — она пожала руку. — Как ПаркинсонЛюкс? — он засмеялся. — Именно так, люблю свою фамилию. — Подождите, это вы делали дом моей тетушки Летиции Миллер? — мужчина выглядел искренне заинтересованным. — Да, это был один из моих любимых проектов. Летиция невероятно чудесная женщина! — Пэнси расслабилась и улыбнулась. Он развернулся на стуле в сторону молодого человека, — тетушка? Значит, вы тот самый заморский племянник, которого она мечтала сосватать мне? — Вполне может быть, — он усмехнулся, — ладно, это точно я. Племянник у нее единственный. Мне о вас тоже рассказывали, но не отдали должного вашей красоте и уверенности в себе. — Спасибо за комплимент, — девушке стало искренне комфортно и интересно. — Не знаю, что у вас произошло сегодня, но я бы с огромным удовольствием пригласил вас на ужин в какой-то более подходящий для вас день? — лицо Джорджа выражало невероятное тепло и спокойствие. — Как насчет завтра? — Я буду невероятно польщен. Можно попросить ваш номер телефона? — он достал свой телефон. — Знаете, я довольно старомодна. Могу дать вам домашний адрес и буду ждать вас завтра в 19.00? — Звучит очень по-британски. Записываю, — он улыбнулся и встал, когда адрес был добавлен в его записную книжку, — было очень приятно познакомиться, Пэнси Паркинсон! — Взаимно, Джордж Миллер, — она смотрела вслед удаляющемуся мужчине и впервые за долгое время ждала первого свидания. Впервые за долгое время, в свою пятницу, она не уходит домой с едва знакомым мужчиной, чтобы забыться и не вспомнить его имя на следующий день. Впервые за много лет, в 23.00 Пэнси спокойно укладывается в свою кровать и засыпает с легкой улыбкой. Будучи в обычном образе, будучи самой собой, она почувствовала себя невероятно красивой и соблазнительной. Она наконец-то поняла, что больше не нужно подстраиваться под этот мир.
