Вечер, изменивший всё

      Когда Рогозина на вечернем совещании выразила следственной группе благодарность за раскрытие особо важного дела и пообещала дать пару выходных, Власова не испытала той же радости, что и ее коллеги. Устали глаза, а в голове все еще звучали крики о помощи, которые она не могла забыть. Пару недель ФЭС гонялась за преступником, который похищал женщин, а затем безжалостно их убивал. Это была настоящая охота, но вместо триумфа Власова чувствовала только опустошение.       Ни улик, ни свидетелей, ни-че-го. Каждый день обыски, допросы и гнетущая безысходность. Тяжело работать в таких условиях. А еще тяжелее взаимодействовать с родственниками погибших. Каждый раз, когда она смотрела в глаза матерей, потерявших своих дочерей, или в лица разбитых мужей, в сердце у нее разрывалось что-то невидимое. И дети… Эти маленькие, невинные существа, которые остались без мам. Власова старалась не думать об этом слишком долго — иначе можно было просто сломаться.        За столько лет службы она видела уже всякое, можно было и привыкнуть, но отчего-то не получалось. Рита сидела за столом, уставившись в документы, но мысли ее блуждали далеко от этих бумаг. Она никак не могла понять границу человеческой жестокости. Сколько раз ей приходилось сталкиваться с ужасами, о которых невозможно было даже представить? Каждый новый случай, каждая новая жертва словно вонзались в сердце, оставляя за собой шрамы, которые не заживали.       На душе было паршиво. Ей казалось, что тьма, которую она видела на работе каждый день, прилипала к ней, как зловонное пятно. Хотелось поскорее вырваться из этого кошмара и оказаться там, где ей будет чуть-чуть спокойнее. Рабочий день давно закончился. Почему бы не поехать к нему?       Отношения со Степой не были лишены сложностей. Началось все жутко банально: случайный секс, на одну ночь. Только этих ночей было уже немного больше. Никаких обязательств или намека на отношения. Никому из них это не нужно. Во всяком случае, так считала Рита.       Если бы кто-нибудь из друзей знал о такого рода отношениях между капитанами, то сразу же сказали бы, что черту друзей они перешли уже давно, а вот до партнеров еще не дошли. Это было видно невооруженным глазом. Свою симпатию Степа даже не пытался скрывать, но Рита… она скорее себя пыталась обмануть. Каждый раз, когда он смотрел на нее с той самой улыбкой, которая могла растопить лед в самом холодном сердце, она отводила взгляд, стараясь убедить себя, что это всего лишь физическое притяжение, мимолетное увлечение.       Временами она ловила себя на мысли, что ждет его сообщений с нетерпением, хотя сама же убеждала себя, что это не более чем простая привычка. Она старалась не думать о том, как его голос резонирует в ее сознании даже тогда, когда они не вместе. Как его шутки заставляют смеяться до слез, а его прикосновения оставляют следы на коже, которые невозможно стереть.       Рита понимала, что их связь была хрупкой, как стекло — стоило лишь чуть сильнее нажать, и она могла разбиться на тысячи мелких осколков. Но в то же время она не могла избавиться от ощущения, что эта хрупкость придаёт их отношениям особую прелесть. Каждый момент был наполнен напряжением, которое могло перерасти в нечто большее или же закончиться в одно мгновение.       Она вздохнула и снова вернулась к своим мыслям. Как бы ни было сложно, она не могла позволить себе потерять контроль. В конце концов, они оба знали, что в их жизни есть вещи более важные, чем случайные встречи и мимолетные удовольствия. Но иногда Рита задавалась вопросом: а если бы они решились перейти эту границу? Что тогда?       Сегодня, когда ей было особенно плохо, Рита решила, что пора собраться и поехать к нему. Словно невидимая нить тянула её к Степе в моменты, когда мир казался слишком тяжёлым. Возможно, это была простая необходимость в компании, в том, чтобы не оставаться одной со своими мыслями, или же желание ощутить его тепло рядом — то тепло, которое могло растопить её печаль.       Она зашла в магазин, скользя взглядом по полкам, пока не остановилась на бутылке красного вина. Этикетка с золотыми буквами привлекла её внимание, и она почувствовала, что это именно то, что нужно для этого вечера. Вино всегда было символом уюта и расслабления, а вместе с ним — поводом для откровенных разговоров и смеха.        Собравшись с мыслями и положив бутылку в сумку, Рита направилась к машине. Дорога к его дому казалась бесконечной, но каждая минута ожидания лишь усиливала её решимость.       Когда она наконец остановилась у его дома, сердце заколотилось в груди. Холодный воздух ударил в лицо, придавая ей смелости. Она выдохнула, стараясь успокоить себя, и поднялась по ступенькам. Постучав в дверь, Рита почувствовала, как внутри неё нарастает волнение.        Дверь открылась, и на пороге появился Степа.       — Рита?.. — немного растерянно произнёс он, поскольку не ожидал её увидеть сегодня.       — Привет, — ответила она, стараясь скрыть свою уязвимость под маской уверенности. — Я подумала, что было бы здорово провести вечер вместе. — Рита замерла в дверях с бутылкой вина в руках.       — Ааа… — протянул он, не зная, как реагировать.       Ничего необычного в том, что они приходят друг к другу без предупреждения, не было, но сегодня Степа был немного растерян её визитом. Он заметил, как она нервно потёрла ладонью по бутылке, словно искала утешение в её холодной поверхности.       — Может быть пустишь?.. — её голос дрожал от неопределённости. Обычно он с радостью встречал её спонтанные появления, но сейчас что-то в его взгляде заставило её замереть.       Данилов повернулся через плечо, как бы заглядывая вглубь квартиры, потом перевёл взгляд на Риту, которая всё ещё ждала приглашения войти. В этот момент тишина между ними стала почти ощутимой, как натянутая струна.       — Степа, а где бокалы? — послышался женский голос с кухни.       Рита замерла на месте. Она почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Какое-то неприятное чувство возникло глубоко внутри. Он не один. А на что она вообще рассчитывала? Что ж, это нормально. Они ведь ничего друг другу не обещали. Но почему тогда так больно?        Словно кто-то незаметно сжимал её грудь, заставляя дышать с трудом. Она пыталась убедить себя, что это просто случайность, что Степа имеет право на свою жизнь, свои встречи и свои отношения.        — Я, пожалуй, пойду, — произнесла Рита, протягивая ему в руки бутылку вина. — Хорошего вечера.       — Рит… — начал Степа, но она уже развернулась и шагнула к двери, не позволяя себе оглянуться. Её сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди. Она знала, что если посмотрит в его глаза ещё раз, то не сможет уйти.       Внутри неё бушевали противоречивые чувства. Устраивать сцену ревности было бы глупо. Кто она такая, чтобы устраивать скандал? Но в то же время, желание ворваться в квартиру, схватить эту девицу за волосы и вышвырнуть её куда подальше, было непреодолимым. Почему она должна терпеть это? Почему он не может быть только с ней?       Игнорируя его попытки остановить, Власова выбежала на улицу. Холодный воздух ударил в лицо, и она сделала несколько шагов, стараясь успокоить дрожащие руки. В голове закрутились мысли: что вообще происходит в её жизни? Как она оказалась в этой ситуации, полной неразберихи и боли?       Она остановилась у своей машины, глядя на мерцающие огни города, которые казались такими далекими и чуждыми. Сердце сжималось от отчаяния, и Рита почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Почему ей так больно? Она сама ведь всегда говорила, что между ними ничего серьёзного. Но теперь, когда он был с другой, эта фраза звучала как пустой звук, не имеющий никакого значения.       В этот момент она ощутила его присутствие рядом. Степа осторожно коснулся её плеча, и это прикосновение словно разорвало ту тонкую нить, что удерживала её на грани. Она обернулась, встретив его взгляд — полный растерянности и сожаления. В его глазах она увидела только жалость, которая сейчас ей была совершенно ни к чему.       — Рита… — произнёс он тихо, как будто боялся нарушить тишину ночи. — Подожди…       Сердце билось отчаянно быстро, словно пытаясь вырваться из груди. Она смотрела ему в глаза, пытаясь найти ответы на свои вопросы, но вместо этого наткнулась на бездну недоумения и стыда. Он был здесь, но в то же время был так далёк.       — Все в порядке, — произнесла Рита с натянутой улыбкой, которая не могла скрыть её внутреннюю бурю. — Тебе не нужно ничего объяснять.       Слова прозвучали холодно и отстранённо, как будто она пыталась убедить не только его, но и саму себя. Она знала, что это не так. Сердце разрывалось, но гордость и страх не давали возможности открыть душу.       Степа шагнул ближе, его голос стал более настойчивым:       — Ты всё не так поняла…       Рита почувствовала, как комок в горле мешает говорить. Она отвернулась, чтобы скрыть слёзы, которые вновь подступили к глазам.       — Не нужно, — прошептала она, стараясь сохранить хоть каплю достоинства. — Мы оба знаем, что это не имеет смысла. Это был просто секс. У тебя своя жизнь. У меня своя. Забыли и…       — Оля, — перебил её Степа с легкой усмешкой.       — Я не хочу знать, как её зовут, — ответила она резко, как будто не хотела его слышать.       — Это жена моего брата.       Первая эмоция — шок. Дальше — осознание услышанного. И только после — полное принятие и неловкость.       — То есть…?        — То есть ты всё не так поняла, — на его лице снова появилась улыбка, которая, казалось, освещала даже самый мрачный вечер.        Рита замерла, стараясь скрыть собственный стыд. Всё-таки она устроила сцену ревности.       — Серёжа приехал с женой в гости, сюрпризом, — продолжил он, чтобы окончательно развеять все сомнения в голове Власовой. — Они сейчас в Питере живут, видимся редко.       В этот момент Рита почувствовала, как сердце замедляется. Как будто все вернулось на круги своя, только неловкость все еще витала в воздухе.        — Значит, ты не… — начала она, но слова застряли у неё в горле.       — Нет, Рита. Я не изменял тебе. И никогда бы не сделал этого.        Она вздохнула с облегчением, но одновременно с этим ощутила прилив стыда за свои прежние подозрения. А еще через мгновение она осознала, что именно он сейчас сказал. Это уже перебор. Не настолько их интрижка важна для нее.        — Да это и неважно. Мы же друг другу ничего не обещали… — начала она, но Степа подошел еще ближе и опустил обе руки на её плечи.       — Если между нами ничего нет, тогда почему ты так занервничала?       Черт, он знает её как облупленную! Она почувствовала, как в груди закололо.        — У тебя ужасный вкус на женщин. Вечно вляпываешься в неприятности. Уже представила, что тебя снова придется вытаскивать из очередной передряги, вот и занервничала, — произнесла она, стараясь говорить уверенно, даже с ноткой высокомерия. Ей не хотелось углубляться в то, что происходит между ними, и уж тем более признавать, что жутко заревновала его.       Степа усмехнулся, его глаза сверкнули с пониманием, которое делало её ещё более уязвимой. Ему всё было уже давно понятно. Он знал, как Рита порой сама запутывалась в своих чувствах, как её логика могла вести к самым нелепым выводам. Он изучил её вдоль и поперёк, зная все её слабости и сильные стороны.        — Так ты просто переживала за меня? — спросил он тихо, наклоняясь чуть ближе.       Она попыталась отвлечься от его взгляда, но его уверенность лишь подстёгивала её внутреннюю борьбу. Рита вздохнула, понимая, что этот разговор может привести к тому, чего она так боялась. Но в глубине души ощущала, что не может больше прятаться от своих чувств.       — Может, уже прекратим обманывать и себя, и друг друга? — Степа стоял уже настолько близко, что ему пришлось говорить шепотом. От губ Власовой его отделяли какие-то считанные миллиметры, но никто не торопился нарушить это нелепое расстояние.       — Что ты имеешь в виду? — её голос дрожал, а сердце колотилось так, будто пыталось вырваться наружу. Эта игра зашла слишком далеко.       Он не выдержал первым. Резко коснулся её губ поцелуем, словно это было единственное, что имело значение в тот момент. Рита тут же ответила, как будто это был их последний поцелуй — полный отчаяния и нежности. Время остановилось, и все вокруг исчезло. Остались только они, их дыхание, слитое в одно, и ощущение того, что мир больше не имеет значения.        Каждое прикосновение, каждый миг — всё это было наполнено теми чувствами, которые они так долго скрывали.       — Вот и поговорили, — произнес он, переводя дыхание. Сейчас ему точно было все предельно ясно. — А теперь давай поднимемся ко мне. Сережа и Оля очень хотят с тобой познакомиться.       Рита, все еще находясь под впечатлением от горячего поцелуя, почувствовала, как внутри нее закипает протест. Знакомство с семьей Даниловых точно не входило в ее сегодняшние планы.        — Но… — начала она, но он перебил её.       — Рит, не упрямься. Отношения с тобой мы всегда успеем выяснить, — сказал он с легкой усмешкой. — К тому же они уже видели наш поцелуй из окна. Старший брат не поймет меня, если я не приглашу свою девушку выпить с нами.       Она почувствовала, как её щеки заливает краска. Мысли путались: как можно было так легко перейти на следующий этап отношений?        — Но я не… — попыталась сказать она снова, но Степа лишь приподнял бровь, словно предвкушая её очередное возражение.       — Статус наших отношений мы обсудим позже, — произнес он уверенно и настойчиво, не оставляя ей выбора.        Рита вздохнула, чувствуя, как сердце колотится в груди. Она понимала, что уйти сейчас было бы слишком странно и глупо с ее стороны.       — Ладно, — согласилась она наконец, хотя внутри всё ещё бушевали сомнения. — Но…       — Но больше мы никому ни о чем не скажем, пока сами не разберемся, — продолжил он, как будто прочитал ее мысли. А после взял за руку и уверенно повел к подъезду.