Обещай. — Обещаю.

      Ещё один обычный серый будний день, проведённый в школе. Четырнадцатилетний Алекс всегда старался держаться подальше от своих сверстников, они были слишком глупые и шумные.       Никто не мог его понять, а он и не хотел понимать их. В этом возрасте у них в голове было только как бы закурить, купить алкоголь и выебать кого-нибудь. Алекса же это совершенно не интересовало.       Да. Определённо играло роль и то, что мать била его за любые намёки на отношения, будь то с девушкой или с парнем, но Алекс делал это в те случаи, из-за чистого любопытства.       Самого же, его точно это не интересовало. Ни девушки, ни парни не вызывали у него никаких эмоций или же «желания». Скорее Алекс испытывал отвращение, когда единственное, что интересовало людей вокруг, это секс.       В очередной раз на обеде, он отсел куда-нибудь подальше, и каждый раз кривился, когда кто-то начинал орать пуще прежнего.       Однако этот день отличался от других. К нему подсел какой-то парень, ростом он был точно ниже Алекса, что было довольно странно, ведь он итак был меньше своих сверстников.       У парня были блестящие блондинистые волосы, и светлые орехово-карие глаза. Обычно такую внешность редко увидеть у людей вокруг, особенно в школе. Все, как один, были похоже друг на друга, как в принципе и сам Алекс.       У него были зелёные глаза и темные волосы. Он даже не знал точного оттенка, наверное он. Шатен? Скорее всего, так. Вообще его редко интересовало что-то такое.       Все последующие дни, проходили так же. Алекс даже не пытался заводить друзей, он знал, что рано или поздно они с матерью вновь уедут, и ему придётся их забыть.       Привязываться к кому-то было слишком больно, Алекс предпочёл этого не делать.       Блондин все так же садился к нему в уголок за обедом, а Алекс то и не был особо против. Он был тихим, не доставал его распросами, а компания не тяготила.       Однако в один из дней, блондин прервал их уютное молчание. Казалось, что он тоже был не против помолчать, но заговорить же когда-то надо.       — Тебе они тоже не нравятся? — спросил он, потягивая свой сок.       — Они слишком шумные. — покачал головой Алекс. — И тупые.       На его удивление, блондин не начал его переубеждать и говорить, что они нормальные, и стоит попробовать с ними заговорить, он лишь фыркнул.       — Что есть, то есть. Я — Эндрю. — представился он, поворачивая голову в сторону шатена.       — Я — Алекс. — уголок рта Алекса, немного приподнялся в верх. Когда он в последний раз улыбался? Это было точно давно.       Так и завелась их странная дружба. Они все так же вместе обедали, иногда вместе ходили домой. Им было уютно даже просто молчать, находясь рядом друг с другом.       Эндрю был прекрасным компаньоном и понемногу он стал безумно важным человеком в его жизни. Алекс не мог представить и дня прожитого без него, но знал, что такие скоро наступят.       Он дорожил каждой минутой проведённой с Эндрю. Они стали вместе посещать школьную крышу, дверь которой Алекс взломал при помощи отмычек.       Эндрю не задавал ни единого вопроса на это счет, и шатен был ему благодарен. Он не мог врать бдондину. Точнее мог, но просто не хотел.       Он многое узнал о его жизни. Узнал о том, что его насиловали, как приёмный отец, так и приёмный брат. И это были не единственные такие люди, просто самые запоминающиеся были именно они.       Он узнал о том, что его мать оставила его в детском доме, когда тот только родился. Ну и узнал про то, что у Эндрю есть брат-близнец по имени Аарон, которого мать решила оставить.       Сам Алекс, не мог особо ничего рассказать про себя и свою жизнь, это было бы слишком опасным для его нынешней ситуации.       Эндрю же относился с пониманием, он не требовал больше, чем Алекс мог ему предложить.       В один из дней Алекс решил дать Эндрю хоть что-то. Хоть малейшую частицу правду.       — Я хочу тебе кое-что показать. — сказал он, заведя Эндрю в одну из кабинок школьных туалетов.       Он неуверенно поджал подол своей толстовки и быстро, дабы не передумать, стащил её с себя, открывая Эндрю вид на свои голый торс.       Россыпь шрамов по всему телу была просто отвратительной, какой её считал Алекс. Он сам был отвратителен полностью, от волос до кончиков пальцев.       Вспоминая об этом уже во взрослом возрасте, Нил усмехается. Знал бы он тогда, что Эндрю ощущает тоже самое, что он тоже чувствует себя отвратительным. Это ужасное чувство безысходности от сложившейся ситуации.       Алекс зажмурил глаза, ожидая вердикт Эндрю. Ему было так страшно, вот сейчас он скривиться, скажет какой Алекс урод, оттолкнет его и всё. И больше не будет никакой дружбы с Эндрю Миньярдом.       На удивление он услышал лишь шорох ткани, а после мягкий приказ.       — Алекс, открой глаза.       Шатен медленно открыл глаза, после увидел, что Эндрю снял свои повязки. На его предплечьях были белые полосы, которые были разбросаны в разном порядке.       Оставлены они были точно не случайно, отчего сердце Алекса практически разбилось на кучу мелких осколков.       Эндрю позволил ему это увидеть в ответ на шрамы Алекса. Он об этом не просил, но блондин все равно это сделал. Он открылся ему.       Так и начались их ещё большие откровения. В конце концов, Алекс знал практически всю жизнь блондина и постепенно скармливал ему по кусочкам свою.       — Мой отец ищет нас с матерью.       — Я нахожусь в бегах.       — Алекс — это моё фальшивое имя.       — Да. Утюг и огнестрельное оружие.       В конце концов, и Эндрю узнавал жизнь Алекса намного лучше, чем знал её кто либо другой. Казалось, лучше знает только сама Мэри.       — А какое твоё настоящее имя? — спросил Эндрю, спустя какое-то время.       — Если тебе нужно меня как-то называть, то можешь звать меня Абрамом. Это моё второе имя. — улыбнулся Алекс.       И абсолютно все шло в привычном для них темпе. Но в конце концов, Алекс стал понимать, что он просто не представляет своей жизни без Эндрю.       Наблюдая за этим из будущего, Нил никак не осуждал свою маленькую копию. Он и сейчас достаточно плохо живёт без него, дни проходят в полном мраке.       Они так же ходили на тренировки по экси и состояли в школьной команде. Мать Алекса впервые ему это разрешила и он даже не особо понимал причину.       Она всегда ему запрещала все, что связано с этим спортом, казалось даже мысли о нем были запрещены в их доме.       А тут просто взяла и разрешила ему пойти в школьную команду. Это было что-то за пределами фантастики.       — Эндрю, пообещай, что дальше пойдёшь в профессиональный спорт. У тебя большое будущее. — кружил вокруг Алекс примерно с такими словами днями напролёт.       — Обещаю, Абрам. А ты? Свяжешь свою жизнь с экси?       Алекс на это лишь грустно улыбнулся и покачал головой. Он не хотел об этом говорить. Экси было тем, что заставляло его дышать, это было единственное, что помимо Эндрю, вызывало у него эмоции.       Вот они сбегут отсюда и он больше никогда не сможет играть в экси. Ему даже вспоминать о нем будет настрого запрещено.       Он не хотел думать о таком будущем. Оно будет без Эндрю и без экси. Да плевать даже на экси, но оно будет без Эндрю.       Смотря на это из будущего, Нил хотел врезать своей маленькой копии, но всего лишь грустно ухмылялся своим воспоминаниям.       Он не сказал ни слова Эндрю про то, что скорее всего скоро ему придётся убежать, хотя мог. Может они бы смогли как нибудь продолжить общаться?       Отношения между Алексом и Эндрю становились крепче с каждым днем, а шатен начинал испытывать те эмоции, которые не испытывал ранее.       Что-то вроде «бабочек в животе» каждый раз, когда они с Эндрю делали что-то вместе, при любом их прикосновении.       Этот день стал роковым.       — Да или нет, Абрам? — как бы невзначай спросил Эндрю.       — Да. — сказал тот, прищурив глаза.       Практически в ту же секунду губы Эндрю оказались на его собственных, а Алекс просто таял в этом поцелуе.       Это не был его первый поцелуй, и даже не являлся его первым поцелуем с парнем, но он точно отличался от всех остальных. Алекс определённо хотел бы его повторить, о другом и речи даже ни шло.       Поцелуи с Эндрю стали такой обыденностью, что Алекс уже не понимал, как это можно прийти в школу без сопровождения при этом поцелуя в лоб?       Он слишком привязался к Эндрю и это стало его огромной ошибкой. Он же хотел ни к кому больше и никогда не привязываться. Не получилось.       В один из похожих дней, после очередного поцелуя, Алекс бросил такую фразу, которую запомнил на всю оставшуюся жизнь.       — Спасибо. Ты был великолепен. Знаешь, если что вдруг, я всегда найду тебя. Я буду рядом.       Этой же ночью, он проснулся от звуков выстрелов и быстро подскочил с кровати.       Мать уже схватила сумку и взяла Алекса за руку, вываливаясь в окно. Они были всего-то на втором этаже, забраться сюда будет проблематично, а вот если надо спрыгнуть, то есть шанс остаться всего лишь с парой синяков.       Пока они садились в машину и мать как можно скорее заводила её, нажимая на газ, Алекс думал об Эндрю.       В его глазах был дикий ужас. Неужели он больше никогда его не увидит, никогда больше не почувствует его тёплых объятий или жарких поцелуев.       Он больше никогда не сможет посмотреть в эти прекрасные глаза и попробовать в них утонуть, что сделать было возможно. Он больше никогда не сможет этого сделать.       Алекс даже не попрощался с ним. Он не оставил ему ничего, даже на память ничего нет. У Алекса же была кофта Эндрю, которую тот, когда то ему отдал.       Он надеялся, что Эндрю не забудет его. Что хотя бы часть сознания Эндрю будет помнить того неприметного мальчишку из средней школы.       На глаза против воли навернулись слезы, который он тут же постарался сморгать, дабы мать их не увидела, но было поздно.       Резкий взмах и вся щека начинает жутко гореть, но Алекс даже не шелохнулся. Эта боль была ничем по сравнению с тем, что он чувствовал.       — Ты идиот, Алекс. Я тебе миллион раз говорила, люди — это зло, ты не должен с ними общаться, а тем более привязываться. — твердила мать сквозь зубы.       Кажется, если бы её руки не были заняты, она бы точно хорошенько его избила. Да и Алекс был не против. Пусть кто-нибудь выбьет из него все чувства. Он не хочет больше ничего испытывать.       И в этом момент в голове что-то щелкнуло. Глаза стали будто стеклянные, сердце остановилось. Он больше не испытывал ничего к наружнему миру.       Ему было плевать на боль, которую он испытывал, плевать на людей вокруг, плевать на самого себя, на свое здоровье, на свою жизнь. На все плевать.       — Ты теперь Лео.       — Ты теперь Коул.       — Ты теперь Стефан.       — Ты теперь Крис.       И так далее, и так далее. Куча разных имён, новых школ, новых мест обитания, но его это не волновало. На все было плевать.       Чувство дежавю. Снова ночь, и снова звуки пуль, и опять в этот раз они быстро сели в машину и укатывали отсюда прочь.       И снова все мысли были только об Эндрю. Им уже по семнадцать. Он учится в университете. Интересно, он продолжил играть в экси? Он помнит свое обещание?..       Но сегодня все было не так, как в прошлый раз. За ними гнались люди его отца, а мать всеми силами пыталась оторваться.       — Блять. — мат и тихий стон вырвавшийся изо рта матери, заставили Криса посмотреть на неё.       Она вся истекала кровью. Похоже, во время перестрелки, одна из пуль попала в неё. Крови было слишком много, делать что-то было уже поздно.       Мэри понемногу стала приклеиваться к сиденью машины из-за крови, которая слишком быстро засыхала.       Крис уже несколько раз попросил остановиться для того, чтобы зашить рану, люди отца были уже далеко, но мать ни при каких условиях не хотела тормозить.       В конце концов, они выехали на какой-то чёртов пляж и Мэри наконец-то остановила машину.       — Разлей по всей машине бензин и кинь туда зажигалку. Забери из машины документы и продолжай путь уже без меня, ты слышишь меня, Абрам?       Скорее всего здесь должно быть что-то грустное, но нет. Этого не произойдёт, Крис растерял свои эмоции ещё тогда.       — Повтори всё, чему я тебя когда либо учила.       — Никому не доверять, не останавливаться, не говорить правду, всегда бежать, не задерживаться в одном месте долго.       — Я люблю тебя.       Нил разлил бензин и поджег его, смотря на горящее тело матери в машине. Он не плакал, ему не было грустно, ему было просто плевать.       Он закопал её кости глубоко под землёй, а прах рассыпал над одной их Калифорнийских рек.       Вот так и появился Нил Джостен. После смерти матери, он не знал, что ему дальше делать и как вообще он собирается жить.       Он выбрал город, который даже не обозначался на карте, самое неприметное имечко и всё, остался там.       Милпорт. Даже название было не особо то и запоминающееся. Городок маленький, население тоже не большое, это играло на руку.       Он закончил последний класс экстерном и теперь он не знает, что ему делать дальше и как он собирается жить.       Он не вступал в команду по экси, ведь зачем? Его это не интересует. Больше нет.       В один из дней он увидел, как его одноклассники смотрят интервью одной спортивной команды.       Когда Нилу было скучно, он иногда смотрел со стороны вместе с ними, но теперь его взгляд приковал парень, который давал это интервью.       — Эндрю, ответьте хоть на один вопрос, прошу вас. — говорил один из репортеров и что-то внутри Нила сломалось.       Это и вправду он. Это и вправду Эндрю. Он так и остался в команде, правда пока не профессиональной, но все же. Он не перестал играть в экси после школы.       Это могло значит только две вещи. Или же Эндрю помнит обещание данное Алексу пять лет назад, или же нашёлся кто-то, ради кого Эндрю это сделал.       — Что за команда? — резко спросил Нил.       Все как один, разом повернулись к Нилу, и перегянулись между собой. Джостен никогда и ни с кем не разговаривал, казалось подойдёшь к нему и он тебя убьёт, а что случилось сейчас?       — Лисы. Университет Пальметто. — сказал один из них.       Нил благодарно кивнул и развернулся, влетая в раздевалку, куда обычно клал свою сумку. Он схватил её и поехал в аэропорт. Он едет в Пальметто.       Возможно Эндрю не захочет его видеть, но это нужно сделать Нилу. Пусть он и будет эгоистом, но это нужно сделать ему.       Он толком и не помнил, как прошёл его перелет, но это был один из немногих разов, когда он перебирался на самолёте. Он хотел как можно быстрее увидеть его.       В конце концов, он заметил сам университет и уже собирался направиться к нему, как раздался выстрел. Нил замертво упал на землю и никогда больше не сможет с неё подняться.       Как оказалось, ещё с самого Милпорта за ним велась слежка. Все это время отец знал, где находится Нил, но просто ничего не предпринимал.       Сейчас же он решил действовать. Почему? Было не ясно, но Нил теперь никогда этого не узнает. Нил теперь никогда и не увидит Эндрю. В конце концов он сам виноват.       Он находился в Милпорте год. Целый год. Все-таки он не заботился о своей безопасности. ***       — Нет, я не пойду на тренировку. — в очередной раз отмахивался Эндрю от Кевина. Все-таки иногда он бывает слишком надоедливым. Вернее, всегда.       Еще один день, в этом ебанном месте. Зачем он вообще идёт на пары, если они ему нахуй не сдались? Ну пропустит парочку и что ему сделают?       Он здесь как экси-игрок, а не что-либо другое. Да и экси-игрок он здесь тоже, не особо по своей воле. Он просто привык сдерживать свои обещания.       Алекс не выходил у него из головы и не оставлял его никогда, ни на долю секунды это не происходило и это просто убивало Эндрю изнутри.       Он не понимал, куда тот делся, но помнил фразу «Спасибо, ты был великолепен». Кажется, он все знал. Он прощался с Эндрю.       Это ж надо было, взять с него обещание и укатить в закат. Эндрю знал, что рано или поздно им придётся бежать, но не думал, что это произойдёт так быстро.       Когда он, его брат и его кузен, шедший позади с Кевином, подходили к университету, они заметили кучку людей, которая обступила что-то, или точнее кого-то.       Ники потянул за собой близнецов и пошёл на общую суету, но Эндрю и самого что-то туда тянуло. Что-то определённо было не так.       А потом сердце забилось чаще, потому что он увидел до боли знакомую сумку. Слишком хорошо ему знакомую. Роспись на ней — его собственной творение. Это не может быть правдой.       Он ускорил шаг, обгоняя Ники и расталкивал людей, пытаясь увидеть человека, спрятанного за их спинами.       От мгновенного узнавания, Эндрю застыл, а мысли резко выключились.       Он упал на колени, обхватывая лицо, так и не поменявшего цвет шатена.       — Абрам. Абрам, очнись. Абрам, как ты? Абрам, черт возьми. — Эндрю пытался привести его в чувства, но все было бестолку.       Рука опустилась на шею и нащупала жилку пульса, вот только его не было.       Алекс умер. Абрам умер, кто бы он там блять ни был, он умер. Он мёртв, его подстрелили. И Эндрю знает кто. Его отец. Балтиморский мясник. ***       Эндрю уже двадцать пять лет. Начиная с того самого происшествия, каждый месяц второго числа, он приезжает на могилу к Абраму. И каждый раз разговаривает с ним, как в первый. Будто тот его слышит.       — Представляешь, меня взяли в профессиональную команду. Как ты и хотел Абрам. Я выполнил своё обещание. Я сделал это. А ты нет. Ты обещал найти меня и быть рядом, помнишь? Ты не сдержал свое слово, ебаный ты ублюдок.       Нил Джостен, так и останется семнадцатилетним, только закончившим школу, парнем. А Эндрю уже стал профессиональным экси-игроком.