Самая яркая звезда небосвода

Коллекционные оригиналы редких книг, часто бумажные и с подписью автора, за возможность оцифровать которые гильдия эрудитов отдала бы целое состояние, изящные украшения с редчайшими камнями, свидания в помпезных ресторанах — Авантюрин не скупился на подарки, будто считал своим священным долгом, чтобы каждый новый сюрприз для Рацио превзошёл предыдущий. Это раздражало. Раздражали не сами подарки, разумеется, Рацио даже не пытался скрыть лёгкого румянца и нежной, искрящейся улыбки всякий раз, когда Авантюрин, с гордостью, свойственной флиртующему самцу малюра (Malurus lamberti), преподносит ему очередной подарок. Раздражала невозможность ответить в той же мере. И видеть ту же реакцию удивления на лице Авантюрина. Что подарить человеку, который сорит деньгами направо и налево? Который, в силу особенностей работы на КММ, привык работать с контрактами, цена которых обычно равняется небольшой звёздной системе? Авантюрин может купить буквально что захочет, и радость от этого материального всемогущества покинула его годы назад. Даже открыть и назвать в честь него звезду кажется пресным, банальным и будничным ходом. Даже звезду спектрального класса O. А что насчёт чёрной дыры или «столпа творения»… Слишком много мороки, а результат тот же. Всё не то. Как там советуют эти сайты для пользователей с, мягко говоря, небольшим объемом психики? «Дарите впечатления»? Какие впечатления можно подарить человеку, для которого поход в казино со всеми вытекающими и всем что можно проглотить, выпить и вдохнуть был средненьким таким развлечением на свободную субботу? Тем более когда этот же человек ходит по лезвию ножа, на грани смерти и хуже, и только в такие моменты чувствует себя по-настоящему живым? Какие впечатления можно подарить человеку, чья жизнь ему не принадлежит. Авантюрин однажды поделился будничным тоном, что его дата рождения в досье не более чем формальность. Случайная дата, не имеющая под собой ничего. Авантюрин даже не до конца уверен, сколько ему лет. Двадцать семь ли? Да и какая разница. Конечно, в этот день ему стабильно приходили поздравительные открытки. Большинство из них: автоматическая рассылка от всяческих бутиков, магазинов и ресторанов моментально уходила в спам. Туда же катилось и язвительное напоминание о себе от Сугилита. Звонили и радостные енотики с поздравлением от лица Экспресса. Их энтузиазм трогает губы Авантюрина тенью искренней улыбки. Сам Авантюрин, на памяти Рацио, день рождения по-настоящему не праздновал никогда. Большее, что он делал — заказывал шампанское в номер и небольшой торт на двоих с разными начинками: помнил ведь, что Рацио сладкоежка, хотя сам сладкого не любил. И так, вальяжно развалившись в кресле, ослабив галстук и скинув ботинки на растерзание созданий, болтал о работе и сплетнях коллег, будто и праздника никакого нет вовсе. Ведь действительно, праздника никакого и не было. Внезапно, в венценосной голове Рацио пробегает светлая мысль. Вероятность почти никогда не равна нулю. Он без раздумий тянется к компьютеру и привычно открывает научный архив, которым привык пользоваться всякий раз, когда испытывал сомнение (редко), или нуждался в подтверждении собственных мыслей (гораздо чаще). Поиск по запросу выдал всего три статьи, одна из которых оказалась переводом второй. Третья была скорее обзорной, но пара фамилий в источниках дали зацепку для продолжения исследования. Рацио поднял голову от работы спустя неопределённое количество часов, и только оттого, что одно из созданий настойчиво царапало его ноги, выпрашивая обед. И от нестерпимого желания воспользоваться уборной.

***

Это заняло больше времени, чем Рацио изначально предполагал. Пришлось задействовать связи, включая госпожу Герту, засиживаться допоздна и отправлять заявки в несколько массивнейших в галактике исторических архивов, и даже заказывать небольшое лингвистическое исследование. Собирать информацию по крупицам очень непросто, но Рацио считал это своим священным долгом как учёного, и, к тому же, у него была Цель. Его руки подрагивали, когда на почту пришёл готовый чистовик статьи. Дальше предстояла самая непростая часть — не вызвать подозрений у Авантюрина. Рацио иногда ругал себя за излишнюю эмоциональность и неспособность охладить мозг, и это, наверное, было одним из главных испытаний, после защиты первой докторской. Осталось только дождаться.

***

День Х выпал на довольно непримечательный и очень ленивый выходной, когда Рацио на радостях отменил обязательную для посещения факультативную лекцию, что вызвало бурю восторга и лишь немного непонимания со стороны студентов, а Авантюрин который час нежился в кровати, со всех сторон обложившись котосозданиями. — Завтрак в постель — Веритас с широкой улыбкой протянул небольшой золотистый поднос к коленям Авантюрина, дожидаясь, пока тот сгонит одного из созданий, чтобы устроиться поудобнее и взять кофе. — Надо же, ты меня прямо балуешь, док — Авантюрин жестом показывает ему пригнуться, чтобы поцеловать в щёку. — Я так и забуду, что среди нас двоих ты главная принцесса. — Могу повернуть это как честный обмен, и ты в ответ послушаешь краткий обзор моего нового исследования. — Скууука — Хмыкает Авантюрин, но всё равно приваливается к плечу Веритаса, когда тот садится рядом и выводит голограмму со сдержанно оформленной презентацией. — Восстановление летоисчисления и звёздного календа.. — Глаза Авантюрина округляются. Он приоткрывает рот и вопросительно, немного с подозрением смотрит на Веритаса. В этих ярких, переливающихся самоцветом глазах отражается всё. Вообще всё, что творится в душе. Веритас всегда был заворожен ими как самым прекрасным калейдоскопом, и это чувство не утихало по сей день. — Позволишь закончить? Авантюрин молча кивает. Веритас рад, что они пришли к такому доверию спустя множество леденящих душу миссий и провалов друг перед другом. — Полагаю, тебе не будет интересно слушать об актуальности работы, применённых методах сбора и анализа данных, и так далее и так далее.. Так что объясню просто. Проще, чем моим студентам. — Веритас позволяет себе беззлобно ухмыльнуться. — Я восстановил традиционный звёздный календарь Авгинов и привёл его в соответствии со стандартным. Сегодня день, когда звезда Гаятры, ярчайшая на небе Сигонии, находится в своей высшей точке. Авантюрин, кажется, перестал дышать, внимая мерному голосу Веритаса, пока тот быстро пролистывал слайды до самого последнего. — И именно в этот день случилось ещё одно примечательное событие. В пустыне Сигонии родился мальчик. Судьба знала, что его ждёт непростая жизнь, и поэтому наградила его необычайной удачей. — Голос Веритаса стал тише. Он заранее подбирал слова, и сейчас усилием воли не переходил на шёпот. — Впоследствии, его назвали Какаваша — в честь богини-матери и самой яркой звезды небосвода. Веритасу пришлось глубоко вдохнуть и выдохнуть, чтобы посмотреть в лицо Авантюрину. В уголках его глаз блестели слёзы, и он, поймав зрительный контакт, сильнее вжался в плечо Веритаса, обнимая его так крепко, насколько способно его тело. Веритас ни секунды не сомневался, что выбрал верный подарок.