Планка

10 секунд       Вы никогда не смотрели на что-то, что кажется скучным на первый взгляд? Да, сначала вы просто ловите это в поле зрения и вам не интересно, но от небольшого количества развлечений вы выбираете продолжить смотреть. 15 секунд       И так проходит какое-то количество времени. Ничего конкретного не происходит, всё остаётся неизменным, но вы всё ещё чего-то ждёте. А чего, вы и сами понять не можете. 25 секунд       Это как смотреть в окно. Да, вы видите это каждый день. Да, там мало что поменялось. Но даже в таких обыденных вещах ваш мозг пытается найти что-то интересное. Зачем? Опять же, он просто старается спасти нас от скуки. 40 секунд…       Но если ситуация остаётся перманентной, ваш мозг, начинает подкидывать вам странные, в иногда опасные идеи, которые перерастают в навязчивые мысли, что в итоге принесут вам неприятности.       К слову о неприятностях. Много секунд…       Когда это нас останавливало? — Рикки, как долго ты ещё будешь так стоять? — Чарли не сбивай со счёту… — Ну серьёзно уже минута прошла, — капризно тянет Чарли, будто это его заставляют что-то делать. — Как можно делать это так долго? — спросил художник, больше интересуясь, как его сожителю это ещё не надоело. — Поверь, когда наловчишься это не так уж и много. — Риккардо усмехается. — Хотя тебе с твоими хрупкими ручками этого не понять.       Чарли надулся. Да что этот напыщенный индюк о себе думает? Ну и что такого в том, что он столько времени может стоять в планке? Конечно, Чарли это восхищало, но обязательно напоминать какой Чарли хилый, почти каждый раз, когда об этом заходит речь? Да, художник не атлет, но ему и не нужно. Может он и работает руками, но его труд ближе к интеллектуальному, если не сказать душевному. На что Риккардо однажды пошутил, что это «труд для душевно больных». После этого у них был небольшой скандал, в котором основную роль играл Чарли, а Риккардо больше выслушивал за своё неуважение к чужому труду.       И вот в итоге мы пришли к тому, что чаша терпения Чарли дала трещину и протекла, как и его фляга если на секунду взять и задуматься, но Чарли не думал. Он просто брал и делал.       И уже спустя секунду и пару шагов от дивана в центр их тесной квартирки и Чарли пересел на новое место. Чему Риккардо был не особенно удивлён. — Удобно тебе? — Вполне. — даже не смотря вниз, Чарли отлично видел у себя в голове как скривилось лицо Де’Карли от напряжения. Но на удивление сдаваться тот не хотел. — Ну и каков план? — Просто, маленькая месть. — Хех, ясно. — Риккардо не был против. Всё таки маленькая пятисекундная месть, тоже приносит тебе удовольствие. Главное, чтобы не остыла слишком сильно.       Отсчёт снова пошёл. Пять секунд, десять, пятнадцать… если честно Чарли стал сомневаться в том, что это хорошая идея. Но Риккардо не жаловался и Чарли продолжал сидеть. Пытаясь не смотреть и не позволять себе мысли о том, что ему тяжело. Вот только последнее художнику никак не удавалось. Пересилив себя, Чарли всё же опускает взгляд и видит краешек лица мафиози. Губы плотно сжаты, глаза закрыты и маленькая капля, будто бы в замедленной съёмке, стекает по виску, выдавая чужое напряжение.       Чарли сглатывает. Риккардо всегда был таким если подумать. Упрямым и самодостаточным. Мог постоять за себя и сам о себе позаботится. И даже приходя раненым старался не прибегать к помощи соседа. А Чарли? Чарли не нужен был повод, чтобы помочь.       Поэтому он встал, прошёлся на кухню и немного провозившись вернулся к своему сожителю развалившись перед ним на нагретом утренним солнцем полу. Рядом в лучах солнца блестел гранённый стакан с водой, ожидая своего часа. Так же как и Чарли терпеливо ждал окончания этого маленького спектакля.       И вот, когда Риккардо закончил со своей бравадой и всё-таки вышел из стойки на руках, присаживаясь там же на полу. Разминая шею и делая вид, что не сразу замечает протянутой ему воды. — Хм, как мило. — ехидно ухмыляется Риккардо протягивая руку. — Ещё и без краски в кои-то веке, наверное отмечу этот день в календаре. — Будешь кривляться и эта вода будет на твоём лице. — скалится художник и его рука предостерегающие дёргается.       Но Риккардо это не спугнуло. Тот потянулся вперёд, не слишком сильно приблизив своё лицо к чужому, будто боясь испачкаться в краске, и произнёс: — Что ж, попробуй как-нибудь, — он забирает стакан из чужих рук и вновь садиться ровно. — Уверен, что это будет очень освежающе. — сказал он прежде чем сделать крупный глоток.       Чарли сглотнул и пользуясь тем, что Риккардо не смотрит, отвернулся слегка покраснев. Эта рисовка конечно и выглядела глупо, но отнюдь не была пустой показухой, это был образ который Риккардо держал на публике. То что он не мог отпустить несмотря ни на что. Это не значило, что он ничего не стоит. В критической ситуации его котелок был способен принимать эффективные и верные решения. Иначе на его работе не выжить. И Чарли это восхищало. Риккардо был необычным человеком и Чарли это чувствовал. Он хотел помочь и иногда у него это получалось.       Но как бы то ни было он не мог сказать о своём восхищении на прямую. Поэтому всегда уходил, когда приходила пора сказать слова благодарности. Боясь, что щёки предательски покраснеют, от пары тёплых слов. Вот и сейчас он встал и ушёл ни сказав не слова.       Риккардо смотрел ему в след и по прежнему на что-то надеялся. Но как бы то ни было, первый шаг делать всегда страшно. Поэтому он не показывал, насколько чужая забота ему приятна. Это не лесть и подхалимство. Не раздражающая попытка залезть куда не следует без мыла. Конечно, ведь своего Чарли добьётся любыми другими, не самыми приятными способами. Но то, что он делал это из чистой симпатии очень льстило. Такое не купишь за деньги и такое не хочется терять, особенно, когда впервые это осознаёшь.       Но так шли дни. В их рутине практически ничего не менялось и забота друг о друге, не такая явная со стороны Риккардо, не двигали их с мёртвой точки. А они продолжали играть этот спектакль, в котором они отлично делали вид, что друг другу безразличны, но в котором оба знали, что другой всего лишь актёр играющий свою роль. Даже не догадываясь, что они оба хотят закончить эту пьесу.