Осуждённый номер четыре

-Сергей Григорьевич, - выдохнул Бенкендорф, поглаживая голову Волконского у себя на груди, - Предлагаю тебе ещё раз.. Беги во Францию, я всё устрою. Кавалергард лишь устало прикрыл глаза, стараясь ни о чем не думать. События прошлых месяцев казались ему кошмаром в реальной жизни. Нет, он прекрасно знал, что когда-нибудь придется отвечать за свои слова и поступки, что жизнь оппозиционера всегда предполагает возможность заключения в Петропавловскую крепость. На допросах князь не отпирался, но и никого не сдавал. - Не знаю, что с тобой будет, но в Сибири очень холодно, - Бенкендорф склонил голову на бок, зарывшись пальцами в кудри Сергея, - А вдруг император прикажет казнить тебя и твоих друзей? - Меня? Казнить? - горько улыбнулся князь, - Да пусть хоть четвертует, лишь бы с Машенькой и Пестелем все было хорошо. Александр Христофорович устало запрокинул голову, уперев взгляд в потолок. Вновь Серж говорил ему про супругу и Павла Пестеля. Этого Пестеля Бенкендорф уже искренне ненавидел: втянул его глупенького Бюхну в опасное предприятие, завлек харизмой. Слава Богу, что до полноценного похода на Петербург не дошло, а то вина Сергея Григорьевича была бы так велика, что его бы точно расстрели. Хотя, может быть, их итак расстреляют? Александр не хотел думать об этом. - Этот Пестель.. - устало проворчал Бенкендорф, - Знаешь, что он учудил на допросе? - Знаю, это была наша очная ставка, - равнодушно выплюнул Сергей. - Прости, я в последнее время думаю не о том. Этот Пестель.. Настоящий бес, до сих пор удивляюсь. Голенищев - Кутузов ему говорит : "Удивляюсь, господа, как вы могли решиться на такое ужасное дело, как цареубийство?" - А тот ему : "Удивляюсь удивлению именно Вашего превосходительства, Вы должны знать лучше нас, что это был бы не первый случай", - перебил любовника Волконский,- Затем Павел Иванович повернулся к комиссии и сказал ей : "Случалось, что у нас в России за это жаловали Андреевские ленты!". - Бес.. Настоящий дьявол! - вновь проворчал Бенкендорф, - Зачем ты присоединился к обществу? Отчего не пришел ко мне? Я же предлагал. - Пойми, я не мог иначе, мне хотелось свободы для народа. Царь Александр стал уже не тем, кем был ранее. Ты сам крепостник и знаешь, что твориться в дворянских поместьях, какие там происходят бесчеловечные ужасы. А ведь крестьяне - тоже люди. Им необходимы естественные права. Император,я думаю, прекрасно понимал это, однако забросил свои молодые либеральные идеи, - мужчина приподнялся, лёг рядом и повернулся к Бенкендорфу спиной, - Спокойной ночи, Шура. - Серж, - любовник, очевидно, был встревожен таким поведением князя. Он прильнул к его спине своей грудью и наклонился к уху, чмокнул в мочку, - Дорогой мой, подумай до утра. Бенкендорф сжал его плечо. Александр даже не мог подумать, что окажется с Волконским в одной кровати, хотя давно мечтал об этом. Генерал-майору всегда хотелось попробовать что-то новое, тем более с ним, с голубоглазым Сержем, мягким и податливым. И когда мужчина узнал об участии друга в делах тайного общества, то был оглушен. Бюхна? Его милейший Бюхна замечен в Южном обществе? - Решайся, Серж, - Александр спустя ниже, начав покрывать мокрыми поцелуями плечо любовника. Мужчина ощутил, как вздрогнул Волконский, как немножко отодвинулся, - Ты чего? - Позаботься о Мари, о генерале Раевском, - князь тихонько стиснул пальцами простынь. На душе у Сергея было нехорошо. Ему казалось, что сегодня он сделал он что-то нехорошее. - Как скажешь. Я даю тебе время до утра, - Александр разочарованно вздохнул, последний раз поцеловал Сержа в плечо. Он прильнул к нему сзади и попытался устроиться поудобнее, - Спокойной ночи. Волконский тоже поежился, прижавшись к Бенкендорфу. Он не уснул в эту ночь, слушая ровное дыхание своего любовника.