Душа Моря

Флоренс, переодевшись в мягкое домашнее платье, направилась в купальни. Ещё издалека она услышала нарастающий шум: глухой звон упавшего на пол металлического таза, сердитое проклятие служанок, шлёпанье босых ног по мокрому полу и сдавленный испуганный крик. Королева на мгновение замерла у дверей, прислушиваясь к этому хаосу, а затем толкнула тяжёлую створку. То, что она увидела, вызвало у неё одновременно улыбку и глубокую грусть. Две служанки, мокрые, вспотевшие и растрёпанные, с двух сторон пытались приблизиться к Энни. Девушка стояла, забившись в угол купальни, прижимая к себе своё старое, грязное платье одной рукой, а другой отчаянно отмахивалась от женщин мочалкой, прикреплённой к небольшой отёсанной палке. Увидев Королеву, служанки тут же поклонились, их лица были полны негодования и усталости. — Я смотрю, у вас тут весело, — усмехнулась Флоренс, окинув взглядом сцену. — Ваше Величество, где вы такую только нашли? Она же дикая! — в сердцах воскликнула одна из служанок, демонстрируя укушенный палец, с которого капала кровь. — Она не дикая, она напугана, — спокойно произнесла Флоренс. — Выйдите… — Ваше Величество! Мы не можем оставить вас с этой дикаркой! Может, позвать стражу? — с тревогой предложила вторая служанка. — Не надо нам стражи, да, Энни? Мы сами разберёмся, — Королева мягко посмотрела на девушку в углу. Энни нервно сглотнула, её взгляд метался между Флоренс и служанками. — Как скажете, Ваше Величество, — ответила укушенная служанка и, бросив последний неодобрительный взгляд на Энни, покинула купальни вместе со своей подругой. Когда прислуга вышла, Флоренс подошла к большой мраморной ванне и присела на её край. Зачерпнула рукой немного воды. — Вода тёплая, не горячая, не холодная, идеально… Тебе добавить масел? Какие тебе нравятся? Энни посмотрела на Флоренс с глубоким удивлением. Ей, привыкшей к простой, пресной воде в миске, которой она могла хоть как-то помыться, думать о маслах было за гранью воображения. Королева усмехнулась, понимая, насколько нелепым был её вопрос для девушки, выросшей в нищете. — Лавандовое, — сказала Флоренс. — Тебе надо успокоиться, а лаванда тебе поможет. Королева потянулась за маленьким пузырьком с фиолетовым маслом, стоящим на небольшом столике, и влила его в воду. По купальне мгновенно распространился мягкий обволакивающий запах лаванды. Энни вдохнула его, отметив про себя, что ей этот аромат даже очень приятен. — Давай, иди сюда, я не обижу тебя. Энни отрицательно покачала головой, её глаза были полны настороженности. — Ну давай, дорогая, ты же не будешь стоять там в углу весь день? — Флоренс мягко поманила к себе девушку рукой. Энни, сама не понимая почему, подчинилась этому нежному жесту и медленно.... неуверенно... очень осторожно... пошла к Королеве, готовая в любой момент отскочить от неё в свой спасительный угол. Девушка остановилась в шаге от Флоренс. — Попробуй воду, — предложила Королева. — Просто опусти в неё руку… Энни посмотрела на Флоренс, затем на ванну. От воды поднимался лёгкий пар, и от неё приятно пахло. Девушка сделала ещё один шаг и протянула руку, осторожно опустив её в тёплую воду. Невольно её губы тронула лёгкая улыбка, но тут же, вспомнив, кто рядом, она стёрла улыбку со своего лица и испуганно взглянула на Королеву. — Не страшно ведь? Просто вода. Давай… надо смыть с тебя темницу и пыль дорог. Всё ещё прижимая к себе своё старое платье, девушка осторожно перекинула ногу через край ванны, опустилась в воду и только тогда позволила себе отпустить свою единственную одежду, положив платье на пол. Энни сжалась в воде, обхватив руками свои колени, и опустила голову, пытаясь спрятаться от мира. Флоренс взяла небольшую миску и стала осторожно поливать спину Энни тёплой водой. — Тогда ты обо мне заботилась, а теперь позволь мне, хорошо? - произнесла Королева. — Вы отпустите меня? — тихо спросила Энни. — Нет. Мы же об этом уже говорили во дворе замка, — напомнила Флоренс. — Но почему? — Ты спасла меня, твоего дома уже нет, и ты одинока, — ответила Королева, её голос был полон решимости. — А я хочу, чтобы ты жила так, как ты этого заслуживаешь: в тепле, в достатке, в безопасности… Тебя никто здесь не обидит. — Эти две ведьмы обидели, сорвали с меня моё платье и порвали его, — произнесла Энни, её голос наполнился обидой. Флоренс мягко рассмеялась. — Они помочь тебе пытались… Не переживай, теперь у тебя будет много платьев. — Что вы со мной сделаете? Я оскорбила вас в хижине, — голос Энни дрогнул. — Дорогая, ты не оскорбила меня. Не все меня любят, и это вполне нормально. Я не могу быть хорошей для всех. А то, что произошло с твоей семьёй… Я обязательно разберусь. — Матушка подавала прошение, но ей сказали, что вы не стали его даже читать, — слова Энни были полны горечи. — Прошения подаются на моё имя не часто, в основном все вопросы решаются на месте. Я бы запомнила такое, да, я тогда только вступила на престол, но я помню многие прошения, которые прошли через мои руки. И я уверена, что не было ни одного прошения из тех мест, где ты жила. Энни молча смотрела в воду. — Я не верю вам, — сказала она, поднимая на Флоренс взгляд, полный недоверия. — Я не буду вам подчиняться… — с её глаз скатилась слеза, растворяясь в тёплой воде. — Будешь, Энни. В этом королевстве все подчиняются мне. — А я нет! Не буду! — Энни вскинула голову и посмотрела на Королеву, её глаза горели вызовом. — Что вы сделаете? Казните меня? Сошлёте на рудники, как мою мать? Продадите в публичный дом? Я не стану вам подчиняться! — Энни… — произнесла Королева слегка покачав головой. — В хижине всё было иначе. Я не изменилась, изменился лишь мой статус в твоих глазах, но я всё та же… Королева провела рукой по слипшимися от грязи, пота и пыли волосам девушки. — В хижине со мной была Госпожа Айла, а тут Королева Востока, — произнесла Энни, её голос был полон отчаяния. Королева тяжело вздохнула. — Я не могла назвать тебе своё имя тогда, прости, я не хотела тебя обманывать, но так было надо… Я не изменилась, дорогая, я всё такая же, как в той хижине, и я вернулась за тобой, как и обещала. И теперь ты не будешь больше страдать, ты будешь сыта и одета. Я позабочусь о тебе, дитя… Флоренс провела рукой по щеке девушки нежно и осторожно. Это прикосновение вызвало приятную волну у Энни, но девушка тут же заставила себя отстраниться от руки женщины. — Хочешь, я помогу тебе вымыться? Я хоть и Королева, но вполне справлюсь с такой задачей. — Нет… я сама… не прикасайтесь ко мне! — огрызнулась Энни. — Сама ты не справишься, надо будет воду поменять тебе, а ты не сможешь. Мне позвать прислугу? — Нет! — отрезала Энни. — Я покусаю тех «ведьм», если они ко мне ещё раз прикоснутся. Флоренс снова засмеялась. — Хорошо, «ведьмы» больше к тебе не прикоснутся… Флоренс встала, подошла к двери и кого-то позвала. Энни вся напряглась, не зная, чего ожидать. — Лиана, зайди, пожалуйста, — позвала Флоренс. — Нам тут твоя помощь нужна. Надо помочь вымыться моей маленькой спасительнице. На пороге появилась молодая девушка, совсем немного старше самой Энни. Это была Лиана, личная компаньонка и служанка Королевы. Русоволосая, с голубыми глазами и приятными чертами лица, она источала тепло, доброту и заботу. Она мягко улыбнулась девушке. — Я помогу с удовольствием тебе, Энни, — сказала Лиана. Энни посмотрела на девушку ожидающе, но всё же неуверенно кивнула. — Вот и хорошо, — улыбнулась Лиана и подошла к ванной. — Я вернусь в свои покои, Лиана. Вымой её, переодень, накорми и размести в комнате для гостей. При необходимости позови к ней Мэри. — Будет исполнено, — ответила Лиана, как всегда, улыбаясь своей доброй лучезарной улыбкой.