Мать его, я в иссекае!

Действующее лицо: Повествователь Атмосфера в огромном, затемненном зале была густой от напряжения и пота. Сотни абитуриентов сидели рядами на жестких деревянных сиденьях, их глаза прикованы к гигантскому экрану проектора, мерцающему в центре. Свет от него выхватывал из полумрака напряженные лица, стиснутые кулаки, нервно подрагивающие колени. Воздух вибрировал от шепота, сдавленного дыхания и тревожного ожидания. На небольшом подиуме перед экраном, освещенный его холодным сиянием, стоял сам Сущий Мик. Его оранжевые очки ловили отблески, а острые волосы казались еще более неистовыми в контровом свете. Он был живым воплощением энергии, контрастируя с мрачной серьезностью момента. – ВАШЕ ВНИМАНИЕ, БУДУЩИЕ ЗВЕЗДЫ! – его голос, усиленный причудой, грохнул, как удар грома, заставляя многих вздрогнуть и автоматически выпрямиться. – СЕГОДНЯ ВАС ЖДУТ ДВА ИСПЫТАНИЯ! ПЕРВОЕ – ГОЛОВОЛОМКА ДЛЯ ВАШЕГО МОЗГА, ПИСЬМЕННОЕ! НО ГЛАВНОЕ – ЭТО ВТОРОЕ! ПРАКТИЧЕСКОЕ! ВАША ЗАДАЧА ПРОСТА, КАК УДАР КУЛАКОМ, НО ЭФФЕКТНА, КАК СОЛО НА ГИТАРЕ! – Он сделал театральную паузу, оглядывая зал. – ВЫ ОКАЖЕТЕСЬ В МОКРЫХ КВАРТАЛАХ – СПЕЦИАЛЬНО ПОСТРОЕННЫХ ФАЛЬШИВЫХ ГОРОДАХ! И ВАШИ ПРОТИВНИКИ ТАМ – РОБОТЫ! ВАША ЦЕЛЬ – УНИЧТОЖАТЬ ИХ! ЧЕМ БОЛЬШЕ – ТЕМ ЛУЧШЕ! На экране вспыхнули схематичные изображения трех типов роботов. Первый – небольшой, гуманоидный, с тусклыми сенсорами. Второй – крупнее, с явно усиленным корпусом и парой манипуляторов. Третий – массивный, шестиногий, с дульными отверстиями на плечах. – ЗА ЭТОГО МАЛЫША, – Мик ткнул пальцем в первого робота, – ОДНО ОЧКО! ЗА ЭТОГО КРЕПЫША, – жест в сторону второго, – ДВА ОЧКА! А ЗА ЭТОГО КРАСАВЧИКА, – он широко улыбнулся, указывая на третьего, – ЦЕЛЫХ ТРИ ОЧКА! ПОНЯЛИ? УНИЧТОЖАЙТЕ, КРУШИТЕ, ЛОМАЙТЕ! НАБИРАЙТЕ БАЛЛЫ! ВАШЕ МЕСТО В UA ЗАВИСИТ ОТ ЭТОГО! Тишина в зале сменилась возбужденным гулом. Абитуриенты перешептывались, оценивая шансы, рисуя в уме стратегии. И тут, как по команде, в первом ряду резко поднялась фигура. Высокий, подтянутый парень с темно-синими, аккуратно зачесанными волосами и строгими очками. Тенья Иида. Он встал с такой прямой спиной, что казалось, его проглотил аршин. – Простите! – его голос, четкий и громкий, перекрыл гул. Все взгляды устремились к нему. – В информационных брошюрах, разосланных абитуриентам, упоминался четвертый тип робота! Если это опечатка, то это крайне непрофессионально! Мы претендуем на поступление в лучшую геройскую академию, и требования к организации должны быть соответствующим! Сущий Мик повернулся к Ииде. Его очки скрывали выражение глаз, но губы под усами изогнулись в нечто среднее между ухмылкой и гримасой раздражения. Он выдержал паузу, длинную и тягучую, заставляя Ииду и весь зал затаить дыхание. – ХА! ОСТРЫЙ ГЛАЗ, ПАРЕНЬ! – наконец рявкнул Мик, не без доли сарказма. – ДА, СУЩЕСТВУЕТ И ЧЕТВЕРТЫЙ. НОЛЬ. НУЛЕВОЙ РОБОТ. ЗА НЕГО НЕ ДАЮТ ОЧКОВ. СОВСЕМ. НИ ОДНОГО. ЕГО ЕДИНСТВЕННАЯ ЗАДАЧА… – он нарочито замедлил речь, – МЕШАТЬ. МЕШАТЬ ВАМ. МЕШАТЬ ВАМ НАБИРАТЬ ОЧКИ. СОЗДАВАТЬ ПРОБЛЕМЫ. В ОБЩЕМ, БУДЬТЕ БДИТЕЛЬНЫ! А ТЕПЕРЬ – ХВАТИТ БОЛТАТЬ! ЭКЗАМЕН НАЧИНАЕТСЯ СЕЙЧАС! РАЗБЕГАЙТЕСЬ ПО УКАЗАННЫМ АУДИТОРИЯМ НА ПИСЬМЕННУЮ ЧАСТЬ! ВПЕРЕД! Иида, слегка покраснев, но удовлетворенный ответом, резко кивнул и сел. Зал взорвался движением. Стулья скрежетали, абитуриенты вскакивали, спеша к выходам, указанным на экранах. Действующее лицо: Рю Курода Меня, как и всех, направили в один из бесчисленных классов. Прохладный воздух, ряды парт, шуршание раздаваемых листов. Я устроился у окна, машинально взяв ручку. Взглянул на вопросы. И чуть не фыркнул. "Опишите ваши действия при спасении людей из горящего небоскреба". "Какими моральными принципами должен руководствоваться современный герой?" "Кем вы видите себя через десять лет?" Примитив. Полный, блять, примитив. Казалось, вопросы составляли для детского сада, а не для будущих бойцов. Ясно, что проверяют не знания тактики или законов (хотя пару таких вопросов засунули для вида), а шаблонное мышление и умение красиво трепаться. Я ответил быстро, четко, без лишней воды. Честно, но без энтузиазма. Спасение? Эффективно и с минимальным ущербом. Принципы? Защита слабых, поддержание порядка, ответственность за свои силы. Будущее? Сильнейшим. Без ложной скромности. Закончил одним из первых, откинулся на спинку стула и ждал, наблюдая, как другие корпят над листами, облизывая губы от напряжения. Скука смертная. Наконец, письменную часть объявили завершенной. Нас построили и повели на второй этап – к воротам, ведущим в Сектор А. Я попал в группу "Альфа". Ворота были массивными, стальными. За ними угадывались очертания зданий – пустынный, фальшивый город, построенный специально для разрушения. Бетонные коробки, пустые окна-глазницы, безлюдные улицы. Тишина перед бурей. Я стоял в первых рядах, чувствуя привычную тяжесть утяжелителей под одеждой. Легкое покалывание в мышцах – тело готово. Системный интерфейс спокойно светился в углу зрения, напоминая о квесте и желанной награде. Навык. Нужен навык. Значит, надо не просто пройти, надо выжать из этого экзамена максимум. На вышке у ворот снова появился Сущий Мик. Его фигурка казалась маленькой на фоне городского силуэта. Он поднял мегафон. – ВНИМАНИЕ, СЕКТОР А! ГОТОВНОСТЬ НОМЕР ОДИН! ВАШ ГОРОД ЖДЕТ! ВАШИ ПРОТИВНИКИ ЖДУТ! ПОМНИТЕ ПРАВИЛА! ОЧКИ! НУЛЕВОЙ – ПРОБЛЕМА! – Он сделал паузу, подняв руку. – ТРИ! ДВА! ОДИН!.. ПОГНАЛИ-И-И-И! Рев его голоса слился с грохотом открывающихся ворот. Я рванул вперед одним из первых, как спринтер со старта. Воздух свистел в ушах. Мимо промелькнули первые переулки. Моя задача проста – найти и уничтожить как можно больше роботов, пока не кончилось время или силы. Награда зависит от результата. Я хочу новый навык. В лучшем случае. – Надо разобраться со всеми доступными железяками, – пробормотал я себе под нос, вбегая на широкую площадь. И вот они. Первая добыча. Два робота. Один – тощий, первогодок ("Один очко"). Второй – покрупнее, с усиленными манипуляторами ("Два очка"). Они только разворачивались в мою сторону, сенсоры загораясь красным. Я не сбавил шага. Рванул к первому. Резкий рывок влево – мимо неуклюжего захвата. Оказался сбоку. Руки схватили его металлическую башку. Рывок, скрежет металла – голова отделилась от корпуса с душераздирающим визгом двигателей. Еще не упал, а я уже использовал эту самую голову как кувалду. Размах. Удар. Прямо в оптический сенсор второго робота. Треснуло стекло, посыпались искры. Металл вмялся. Робот замер, задымил и рухнул. Два движения. Два трупа. Три очка. Легко. Я не стал задерживаться. Рванул дальше, вглубь города. Мои ноги, закаленные годами бега с утяжелителями, несли меня легко, почти беззвучно. Скорость была моим союзником. Я находил роботов – одиночек, пары, иногда троих. Они появлялись из переулков, выезжали из гаражей, падали с крыш. Я использовал все: удары ногами, ломающие тонкую броню "единичек"; точные удары кулаком в стыки брони "двоек"; подручные предметы – вырванный дорожный знак, сбитый фонарный столб, кусок бетонного парапета – для более эффективного разрушения "троек". Моя Сила и Скорость, подкрепленные годами адских тренировок, делали свое дело. Роботы рассыпались, как карточные домики. Я чувствовал комфорт в движениях, даже под весом утяжелителей. Дыхание ровное, сердце бьется мощно, но не учащенно. Мускулы горели приятным жаром, но не усталостью. Я был машиной, настроенной на уничтожение. Счет в системном интерфейсе неумолимо рос. 10... 20... 35... Я нырнул в узкий проход между зданиями, наткнувшись на засаду – трех "двоек". Разобрался. 38. Выскочил на другую площадь – там пару "троек" лупили по развалинам, видимо, отработав по кому-то. Подкрался сзади, использовал обломок балки как копье. 44. Пробежал квартал, заваленный обломками и трупами роботов – чья-то работа. Нашел уцелевшего "единичку", прикончил. 45. Забежал в полуразрушенное кафе – там прятался "двойка", притворяясь холодильником. Разобрал на запчасти. 47. Усталость начала потихоньку подкрадываться. Не изнуряющая, но ощутимая. Пот стекал по вискам, одежда прилипла к спине. Я перевел дух, прислонившись к уцелевшей стене. Взглянул на счет: 54 робота. Неплохо. Но… – Ну и дерьмо… – выругался я, вытирая лоб рукавом. Голос звучал хрипло. – Сейчас должен появиться нулевой… Пора бы уже. Как будто в ответ на мою мысль, земля дрогнула. Сначала слабо, как отдаленный гром. Потом сильнее. Затем – мощный удар, от которого задрожали стены уцелевших зданий, посыпалась штукатурка. Где-то в паре кварталов раздался оглушительный рев – не электронный, а низкий, животный, рвущий металл. И крики. Панические крики. – БЕЖИМ! ОНО ИДЕТ! – СПАСАЙСЯ КТО МОЖЕТ! – ЭТО НУЛЕВОЙ! ОН СЮДА! Абитуриенты, еще минуту назад с азартом охотившиеся за очками, теперь метались, как тараканы, выскакивая из переулков и бросаясь прочь от эпицентра грохота. Я же не побежал. Я вскарабкался по пожарной лестнице на крышу ближайшего трехэтажного дома. Сверху было видно все. Чудовище. Огромный, в несколько раз выше зданий, робот нулевого уровня. Не шестиногий, как "тройки", а двуногий, как гигантская, неуклюжая кукла из листовой стали. Его "голова" была утыкана сенсорами и дулами непонятного назначения. Оно методично крушило все вокруг: массивной рукой снесло угол здания, ногой раздавило брошенный автомобиль, как консервную банку. Оно ревело, и этот рев был смесью скрежета, пара и сирен. Оно шло по центру широкого проспекта, направляясь вглубь сектора, сея панику и разрушение. Адреналин ударил в голову, смывая остатки усталости. Я хочу дать бой этой груде металла. Не для очков. Для себя. Для проверки. Для ярости. Я сразу прыгнул вниз, используя уступы и балконы для смягчения падения, и приземлился на асфальт в сотне метров от монстра, прямо у него на пути. При себе у меня было только тело. Никакого оружия, кроме кулаков, ног и обломков. Я мгновенно оценил ситуацию: огромный рост, прочная броня, медленная, но мощная атака. Лобовая атака – самоубийство. Надо использовать скорость, маневренность, подручные средства. И… слабые места? Стыки? Сенсоры? Суставы? – Обломки! – сказал я с внезапным энтузиазмом, подбегая к груде битого бетона и арматуры, оставшейся от стены. Я схватил кусок размером с баскетбольный мяч, ощутил его шершавую тяжесть, развернулся и швырнул со всей силы в коленный сустав робота. *БАММ!* Удар пришелся точно. Металл прогнулся, посыпались искры. Робот оседлал на ногу, его движение прервалось. Он медленно, с противным скрипом, повернул свою массивную "голову" в мою сторону. Сенсоры загорелись кроваво-красным. – Ой.. Простите, помешал? – пробормотал я с сарказмом, уже отпрыгивая в сторону. Гигантская металлическая лапа со свистом опустилась на то место, где я только что стоял. Асфальт треснул, образовалась вмятина. Я покатился по земле, вскочил на ноги и бросился к следующей груде обломков – куску разбитой бетонной плиты. Поднял ее с усилием – тяжелая. Развернулся и запустил в "торс" робота. *БУМ!* Плита раскололась, оставив вмятину, но не пробив броню. Робот лишь слегка качнулся. Я бегал вокруг него, как разъяренный шершень вокруг медведя, швыряя все, что попадалось под руку: обломки труб, куски арматуры, осколки стекла. Это не наносило серьезного урона, но отвлекало, заставляло его тратить время на развороты, наносить удары по пустому месту. Земля дрожала от его шагов и ударов. Я выжимал из своей Скорости все, уворачиваясь от медленных, но сокрушительных взмахов. Легкая улыбка тронула мои губы – адреналиновый кайф, чистый и опьяняющий. Я забежал ему за спину, ища уязвимое место, как вдруг… Действующее лицо: Повествователь Рю метнулся в узкий проулок, пытаясь зайти роботу в тыл, как вдруг его слух, обостренный адреналином, уловил не панический крик толпы, а отчаянный, близкий, полный настоящего ужаса женский голос: – Помогите! Кто-нибудь! Помогите! Рю резко затормозил, обернулся. Звук доносился из-под груды бетонных плит и перекрученной арматуры у стены полуразрушенного магазина. Там, в ловушке, зажатая по пояс, билась в панике абитуриентка. Ее костюм был в пыли, лицо исцарапано, в глазах – слезы и животный страх. Она пыталась вытащить ноги, но тяжелые плиты не давали ей пошевелиться. А над ней, на здании, уже нависала трещина от недавнего удара нулевого робота по соседнему строению. Еще один удар, еще толчок – и все это могло рухнуть. Рю мгновенно оценил ситуацию. Его взгляд метнулся к гигантскому роботу, который, потеряв его из виду, снова разворачивался, начиная крушить здания методично, но неуклонно приближаясь. Потом – обратно к девушке. Ее глаза встретились с его. В них был немой вопрос, мольба. Рю стиснул зубы. Проклятие. Он рванул к завалу. – Держись! – крикнул он, подбегая. Он ухватился за край тяжелой бетонной плиты, впившейся в землю. Мускулы на руках вздулись под тканью рубашки. Раздался скрежет, пыль посыпалась градом. Плита сдвинулась с места, приподнявшись. – Тяни ноги! Быстро! Девушка, рыдая, но собрав волю, рванулась, выдергивая ноги из-под обломков. Она выкатилась на свободный асфальт, потирая ушибленные лодыжки. – Д-да, спаси… – начала она, но ее глаза вдруг расширились от ужаса. Она вскрикнула, указывая рукой за спину Рю: – БЕРЕГИСЬ! Действующее лицо: Рю Курода Я почувствовал это раньше, чем услышал крик. Тень накрыла меня. Давление воздуха. Гул, переходящий в вой. Я поднял голову, резко обернувшись. Гигантская металлическая стопа нулевого робота, размером с небольшой грузовик, уже опускалась на меня, как печать гибели. Бежать было некуда – я был у самого завала, а девушка только что вылезла. Инстинкт сработал быстрее мысли. Я не прыгнул в сторону. Я вскинул руки вверх, ладонями наружу, ноги уперлись в асфальт, спина прогнулась, принимая удар. Вся моя Выносливость, вся моя Прочность, все 505 очков, умноженные на годы каторжных тренировок, напряглись до предела. – ВОТ ЖЕ БЛЯТЬ...! – вырвалось у меня сквозь стиснутые зубы. – БЕГИ ОТСЮДА, ЕСЛИ НЕ ХОЧЕШЬ СТАТЬ БЛИНЧИКОМ!!! – Но ты…! – девушка замерла в нерешительности. – БЕГИ ЕПТ ТВОЮ МАТЬ! СЕЙЧАС ЖЕ! – заорал я, и в голосе моем был такой дикий приказ, такая ярость, что она вздрогнула и бросилась прочь без оглядки. Стопа робота с грохотом обрушилась на мои ладони. Удар! Мир померк. Земля подо мной вздыбилась, асфальт треснул и осел. Мои ноги по колено вдавились в грунт. Каждый мускул, каждая кость, каждый сустав взвыли от нечеловеческой нагрузки. Я держал! Держал этот чертов грузовик на весу! Но робот не остановился. Он надавил сильнее. И тогда его вторая рука, огромная металлическая клешня, стремительно сомкнулась вокруг моей талии. – Гх-ха!!! – хрип вырвался из моей груди, когда стальные пальцы впились в ребра, выжимая воздух. Боль, острая и тупая одновременно, пронзила меня. Этот железный мудак не дает мне дышать! Блять! Клешня дернулась. Я почувствовал невесомость. Меня оторвали от земли. Мир завертелся. Здания, небо, робот – все смешалось в карусели. Затем – ускорение. Меня швырнули. Я полетел, как пушечное ядро. Полетел навстречу бетонной стене пятиэтажного дома. Удар. Тьма. Боль. Холодный бетон впился в спину. Я не упал сразу. Я был впечатан в стену, как жук в коллекцию. Трещины паутиной разошлись вокруг меня. Пыль и крошка бетона посыпались вниз. В ушах звенело. Изо рта хлынула теплая, солоноватая струя крови. Она текла по подбородку, капала на одежду. Все тело ныло и горело, будто его пропустили через гигантскую мясорубку. Каждый вдох давался с трудом, с хрипом, как будто легкие были набиты битым стеклом. – Трудно… Дышать… – прошептал я, пытаясь втянуть в себя как можно больше воздуха, но каждый глоток вызывал новую волну боли в сдавленной груди. Сила покинула меня. Я отлип от стены и рухнул вниз, на груду битого кирпича и мусора у подножия. Удар о землю выбил остатки воздуха. Я лежал на спине, глядя в серое небо. Кровь пульсировала во рту. Боль была всепоглощающей. В голове пронеслись обрывки мыслей, картинок. Прошлая жизнь. Слабость. Унижения. Неудачи. А теперь… вот так? Позорно размазанным по асфальту в первом же серьезном испытании? Рискнул – и проиграл? Неужели… снова? Блять… опять…?! Яростный протест, дикий, звериный, вспыхнул из самой глубины. Нет. Я не собираюсь помирать в этом дерьмовом фальшгороде! Не позволю выставить себя позорищем, тупым выскочкой, который рискнул пойти против нулевого робота и был раздавлен, как букашка! Я больше не тот плаксивый урод, которым был в прошлой жизни! – ДА ЧТОБ Я СДОХ ТУТ?! – хриплый, кровавый вопль вырвался из моей груди, эхом отозвавшись в пустых улицах. Что-то внутри… щелкнуло. Как сломанный предохранитель. Как прорвавшая плотину. Боль внезапно отступила, сменившись леденящим холодом и невероятной, пугающей ясностью. Мое дыхание участилось, но стало ровным, как у бегуна на финишной прямой. Сердце забилось с такой силой и частотой, что казалось, вот-вот вырвется из груди, грохоча, как барабан безумия. Я не мог проиграть. Не сейчас. Не в этот судьбоносный момент. Я почувствовал, как мир погружается во тьму. Но не из-за потери сознания. Мои глаза… они почернели. Белки исчезли, поглощенные абсолютной, бездонной чернотой. И только зрачки остались – маленькие, горящие точки ярко-алого света, как угли в пепле. Я поднялся. Не встал – поднялся. Мои ноги, казалось, сами нашли опору, слегка раздвинулись в боевой стойке. Спина выгнулась, как у разъяренного кота. Руки опустились вдоль тела, пальцы сжались в кулаки. Голова была слегка опущена, взгляд из черных глаз с алыми точками был устремлен на гигантского робота, который уже разворачивался, чтобы добить или двинуться дальше. Я стал источать ауру. Физически ощутимую волну чистой, неразбавленной враждебности. Она была красной. Как кровь. Как ярость. Она колыхалась вокруг меня, как марево на раскаленном асфальте. Я чувствовал, как мои мышцы наполняются неведомой силой, превосходящей все, что я знал до сих пор. Сила, Скорость, Выносливость – все характеристики взлетели вдвое. И в углу зрения, поверх черноты и боли, всплыло четкое, ледяное голубое сообщение Системы: > «Активирован навык: "Берсерк"» Я не думал. Я действовал. Ноги оттолкнулись от земли. Я рванул к роботу. Не бежал – летел, оставляя за собой шлейф пыли. Моя скорость была теперь запредельной. Я миновал его неуклюже разворачивающиеся ноги, как призрак. Оказался перед его массивным "торсом". Оттолкнулся от земли, прыгнул вверх, выше, чем когда-либо. Поднял кулак. Вся дикая, берсеркерская сила собралась в одной точке. – ПОЛУЧАЙ, ГНИДА ЖЕЛЕЗНАЯ! – мой голос был чужим, хриплым, полным безумия и мощи. БА-БАХ! Мой удар пришелся точно в центр бронированной пластины на уровне того, что можно было назвать "лицом". Металл не треснул. Он… сжался. Прогнулся внутрь, как консервная банка под сапогом гиганта. Сенсоры вокруг вмятины лопнули, заливая все искрами. Робот оглушительно заревел и отшатнулся. Я приземлился на асфальт, на корточки. Но торжества не было. Вместо падения робот лишь бешено завращал "головой", его двигатели взвыли на запредельных оборотах, из всех щелей повалил густой дым. Я забыл! Я не обладатель "Один за Всех"! Мои удары сильны, но не способны снести такую махину одним ударом! Он не уничтожен! Он разъярен! И я все еще был в Берсерке. А значит… ярость требовала выхода. Разрушения. Мой взгляд упал на огромный обломок. Это была часть стены, рухнувшей от удара робота ранее. Размером с одноэтажный дом. Глыба бетона и арматуры. Я подошел к ней. Мои руки, все еще в стальных объятиях Берсерка, ухватились за выступы арматуры. Мускулы вздулись, вены выступили, как канаты. С хрустом и скрежетом я оторвал глыбу от земли. Поднял ее над головой. Вес был чудовищным, но в ярости Берсерка он казался просто тяжелым. Я замер на миг, глядя на беснующегося металлического гиганта. В моих черных глазах с алыми зрачками не было ни страха, ни сомнения. Только холодная ярость и решимость. – Прощай, – прошипел я, и голос был ледяным, как сталь. Со свистом рассекаемого воздуха, со стоном напрягшихся мышц, я метнул эту кусок здания. Он полетел по дуге, точно, неумолимо. И попал. Прямо в уже помятую "голову" робота. *КРААААААААААААХ!* Удар был сокрушительным. Голова робота превратилась в груду бесформенного металла. Торс качнулся, потеряв управление. Ноги подломились. Гигант рухнул на землю, как подкошенный дуб. Последний рев двигателей перешел в предсмертный хрип и серию внутренних взрывов. Корпус затрясло, языки пламени вырвались из развороченных панелей, черный дым поднялся столбом к небу. Нулевой робот был уничтожен. Я стоял, глядя на пылающие обломки. Берсерк отступил так же внезапно, как и пришел. Чернота ушла из глаз, ярость сменилась пугающей пустотой и всепоглощающей усталостью. Адреналин схлынул, обнажив всю глубину изнеможения и боли от полученных травм. Мускулы дрожали, как в лихорадке. В горле стоял вкус крови. Мир поплыл перед глазами. – Хо-рош… – успел я пробормотать, и ноги подкосились. Я рухнул на колени, потом на бок, на холодный асфальт. Темнота накрыла с головой. Без сознания. Действующее лицо: Совет Учителей В темной комнате управления, заставленной мониторами, царила тишина, нарушаемая только легким жужжанием аппаратуры. На экранах в центре дымились и искрили обломки нулевого робота, а рядом с ними лежала неподвижная фигура беловолосого абитуриента. – Ара-ара… – томный голос Полночи нарушил молчание. Она прищурилась, рассматривая замершее изображение Рю, метнувшего обломок. – А он поистине интересный экземпляр, не находите? Спас ученицу… так, без колебаний. И этого монстра одолел… в одиночку. И ведь явно не без последствий. – Она медленно обвела языком по губам, в ее глазах светился смесь восхищения и профессионального любопытства. – Такой напор… такая дикая сила… Король Влад, сидевший в своем кресле, не отрываясь смотрел на монитор, показывающий биение жизненных показателей Рю – слабое, но стабильное. Его лицо было серьезным. – Напор, приведший его на грань. Директор, – он повернулся к высокой фигуре в костюме и шлеме, стоявшей у окна, – нам следует вызвать целительницу? Состояние критическое. Множественные переломы, внутренние кровотечения, истощение. Директор Незу медленно кивнул, его белая шея изящно качнулась. Голос, исходящий из шлема, был спокойным, но не лишенным интереса: – Конечно, вызывайте. Немедленно. Нашему… Рю Куроде требуется немедленная помощь и длительный отдых. – Он сделал паузу, наблюдая, как на экране к неподвижной фигуре уже бегут фигуры в защитных костюмах с носилками. – Такой потенциал… и такая цена за его проявление. Очень показательно. Запишите все данные боя. Особенно моменты активации его… состояния. В центре, левее от Влада сидел Айзава в своем черном кресле. - "У парня есть потенциал, похоже он попадет в мой класс." - подумал он. Действующее лицо: Рю Курода Сознание вернулось медленно, сквозь толстый слой ваты и боли. Сначала – запахи. Резкий запах антисептика. Слащавый – лекарств. Потом – ощущения. Мягкость под спиной. Тяжесть в конечностях. Тупая, ноющая боль по всему телу, особенно в груди и спине. И свет. Яркий, белый свет за закрытыми веками. Я открыл глаза. Резко. Свет ударил в зрачки, заставив зажмуриться. Потом открыл снова, медленно. Белый потолок. Белые стены. Ширма. Капельница рядом. Я лежал на койке. – Где… я…? – хрипло прошептал я, пытаясь понять, где нахожусь. Голос был чужим, слабым. Передо мной возникло лицо. Не бабушки. Незнакомое, но доброе. Женщина лет 80, с теплыми глазами и усталой, но мягкой улыбкой. Героиня-целительница. Рекавери Гёл. – Успокойся, малец, – ее голос был тихим, успокаивающим. Она аккуратно поправила подушку под моей головой. – Ты в госпитале UA. Все в порядке. Ты в безопасности. Память хлынула лавиной. Экзамен. Роботы. Нулевой. Спасение девушки. Удар… Полет… Стена… Боль… Ярость… Берсерк… Обломок… Падение… Темнота. Я вспомнил все. Слишком четко. Каждый удар, каждый хруст кости, каждый всплеск ярости. Я попытался приподняться, но острая боль в ребрах и слабость приковали к постели. – Сколько…? – спросил я, чувствуя, как пересохло горло. – Почти 7 часов проспал, богатырь, – улыбнулась целительница, подавая мне стакан воды с трубочкой. – Ты изрядно потрепан. Переломы трех ребер, трещины еще в двух, ушиб легкого, растяжения, сотрясение… и дикое истощение. Но я кое-что поправила. Остальное – время и отдых. Пей. Я сделал несколько глотков. Вода была прохладной и невероятно вкусной. Постепенно сознание прояснялось. Экзамен. Результат. Система. Я не мог оставаться здесь. Я сразу стал отодвигать одеяло. – Эй, куда собрался? – удивилась Рекавери Гёл, пытаясь мягко остановить меня. – Выписываюсь, – процедил я сквозь боль. – Дома отдохну. Она хотела возражать, увидела решимость в моих глазах и вздохнула. – Упрямый… Ладно. Но только после того, как я еще раз проверю ребра. И подпишешь бумаги, что самовольно покидаешь стационар против рекомендаций. И ни слова о боли потом! Час спустя, чувствуя себя разбитой куклой, но способным передвигаться, я покинул госпиталь. Дорога домой в такси была мучением – каждый толчок отдавался болью в груди. Дома первым делом – звонок маме. Пришлось выслушать поток тревоги, упреков и слез. Объяснил, как смог: экзамен прошел, сражался с большим роботом, победил, но получил немного, отлежусь. Слава богу, она была далеко и не могла примчаться. Только после этого, в тишине и безопасности своей комнаты, я вызвал системный интерфейс. Голубое окно всплыло перед глазами. > «Квест "Испытание Героев – Сдача Вступительного Экзамена UA" завершен!» > «Награда: 3500 Си-Монет начислены.» Я замер. Ждал. Смотрел на пустоту в графе "Навык". Ничего. Только монеты. Разочарование, горькое и тяжелое, сдавило горло сильнее, чем рука робота. Я так надеялся… Так хотел… – Скорее всего… – прошептал я, глотая комок в горле, – …навык и очки характеристик дадут через пару дней, когда официально придут результаты. Да. Должно быть так. Я закрыл систему. Боль и усталость навалились с новой силой. Принял долгий, горячий душ, смывая пыль, кровь и запах больницы. Съел что-то, не глядя, не чувствуя вкуса. И наконец, рухнул на кровать. Темнота сна накрыла меня мгновенно, тяжелая и без сновидений, как каменная плита. После такого дня… он был нужен как воздух.