Вздор

– Ладно, хорошо, поезд так поезд, – Курильщик выставил ладонями наружу, слегка согнув пальцы. Черный в это время сидел напротив, выглядя безумно нелепо в своей белой майке, красных шортах с белыми полосами на боках и с книжкой в руках. Ну, и старенькие очки при нем же, конечно. Взглядом он скользил по строчкам очередного приключенческого романа (как бы романтично это ни звучало), пока его мозг охватил нарастающий конфликт с Курильщиком. Он другом был неплохим. Но в отношениях стал как бы так помягче выразиться… Инфантильнее? То есть, когда они были друзьями, Курильщик был такой ненавязчивый, мрачноватый. Без пафоса. Да и сейчас тоже. Просто обычный парень со своими заморочками, которые показывал, но не рассказывал о них прямо. И еще не ходит – ну и что, что не ходит? Что там, Земля с ног упала от этого? Так вот. Им через две недели выезжать в другой город по делам: некоторые документы Курильщика требуют от него слишком многого. Например, его приезда в родные земли. И Курильщик, злобно сжав руки в кулаки, вздохнул: "нравится-не нравится, терпи, моя красавица". И Черный, узнавший о поездке Курильщика одним из первых – и единственных, если бы не кое-какие носатые кошки – тоже вздохнул. И предложил проехаться вместе. Вместе с собаками. Черный загибает угол страницы и откладывает книгу на стол, закрыв. После раздается короткий звук соприкосновения пластика со столом – Черный положил очки напротив книги. – Курильщик, давай еще разок. Мы вынимаем все розетки, все ценности прячем, собираем вещи на трое суток туда и обратно, закрываем квартиру на ключ, идем на железнодорожную станцию и садимся в свое купе, – кресло визгливо пружинит, когда он откидывается в кресле. Черный складывает руки ладонь к ладони и меняет интонацию на более требовательную. – И все это вместе с собаками, которые не мои, а наши. – Черный, ты меня тоже послушай! – Курильщик выпрямляется в своей коляске, подъезжая ближе к столу. – Это собаки. В поезде. Они не могут там быть. – Интересно, почему ты так решил, – Черный наклоняется, смотря на него снизу вверх. – Я все проверил и разузнал. Собаки могут находиться в поезде. И это даже не отнимет у нас каких-то средств. Просто поместим Булку в переноску и будем держать у себя в купе. Курильщик сморщил нос. Он явно подумал о чем-то не очень приятном. – А, – Курильщик неожиданно начал заикаться, тыкая пальцем перед Черным. Тот лишь покачал головой, ожидая, что выплюнет Курильщик. – А где они будут ходить в туалет? В мою коляску? Черный не знал: рассмеяться ему или печально вздохнуть, начав пояснять самое очевидное. Потому он взялся за очки и книгу, упорно пытаясь скрыться за этими вещами. – По маршруту, по которому мы поедем, будут остановки продолжительностью около получаса. Также похожий маршрут есть у поезда со стройматериалами. И конечно он намного приоритетнее нашего, поэтому у нас будет остановка для пропуска этого поезда. Плюсом техосмотры. Так что, время повидать разгрузочную у них будет, не переживай, – сказал он, перелистывая страницу. После тишина, осевшая в самых дальних углах квартиры, потянулась к ее центру. А подойдя ближе, стала испускать ядовитые газы в сторону Черного от Курильщика. – И никому твоя коляска не нужна. Курильщик, видно, ужасно разозлился с этого. И потому, взявшись за колеса, отъехал в ванную. Ну, а Черный… А что, собственно говоря, Черный? Он сидит, спокойно себе читает, довольный очередной победой над вредностью Курильщика. А может и не очень. А может он и вовсе недовольный? Ну, или тогда он просто так, без руля и без ветрил пошел за Курильщиком в ванную. "Съест еще мою щуку, а потом утопится. Ну, или щука съест Курильщика, немудрено".

***

Курильщик оперелся на стенку ванной и свесился вниз. Пальцы над водой лениво и неохотно дразнили пятнистую щучку, которую они уже четвертый день не могут пожарить: Курильщику жалко Заслышав шаги за дверью, он оглянулся, погрузив руку в воду. Ручка двери опустилась вниз и Черный вошел со словами "Слушай, давай не разводить драму", которые прервались криком Курильщика: – Зараза, надо было тебя пустить на уху, ай, зря держали! – Курильщик начал махать рукой, пока щука, громко хлопая хвостом, не отпустила, отлетев от стенки ванной. – Тише-тише, помрет же, – Черный схватил руку Курильщика за запястье, и привстал на колено, осматривая. – Ты за рыбу переживаешь? Она мне чуть палец не откусила! – Палец не откусит, но шрам оставит, если я сейчас не обработаю края. А что я так за рыбу распереживался? А тебе приятно будет есть рыбу, которая была мертва до того, как ты ее разделал? – Курильщик вздрогнул от испуга и чуть отдернул руку. Черный еще раз посмотрел на рану. Потом достал аптечку – изначально она была на кухне, но из-за ряда неприятных случаев сменила "место жительства" – и вынул оттуда перекись, ватные диски и пластыри. Черный капнул на диск перекись и после этого выдал: – Кусай, – Черный подставил к губам Курильщика свою руку. – Зачем? – Сейчас узнаешь. Кусай, – Черный посмотрел на Курильщика, тот кивнул и таки укусил его. После сего действия Черный начал обрабатывать края раны и до Курильщика дошло. Потому он сжал челюсти и прерывисто дыша, ждал когда все это закончится. – Отпускай, – Черный снова поднял свои голубые глаза на парня. Когда тот выпустил его руку, он обтер ее о шорты, а порез заклеил пластырем. После чего Черный встал и потрепал Курильщика по голове, сказав: – Мир? Курильщик в свою очередь кинул свой взгляд на коварную щуку. – Только за тарелку ухи на ужин. – И что, не жалко совсем? – Совсем.