Феникс

      Утро началось паршиво. Температура подскочила градусов до пятидесяти, если не больше. Мышцы и суставы нестерпимо болели, будто Вилле весь день бегал. А ведь он уже едва с кровати мог подняться: огненная болезнь развивалась в этот раз слишком стремительно. Горло саднило от бесконечного кашля и выходящего из лёгких пепла. Голова кружилась при каждом шаге.       И с таким набором Вилле должен был найти команду для соревнований. Разумеется, к кому бы он ни подошёл, все отказывали. Никто не хотел иметь в напарниках обузу, валящуюся с ног ещё до выхода на арену. О проходе в следующий тур не могло быть и речи.       — Да уж, не вовремя меня накрыло… — просипел Вилле, вцепившись руками в раковину. Из зеркала смотрел почти что незнакомец: осунувшийся, с опухшими веками и мертвенно-бледной кожей.       Кое-как обтеревшись полотенцем, он побрёл к выходу из комнаты. Попадавшиеся по пути к столовой люди шарахались от него, как от чумного. Надежда таяла с каждым мгновением.       — Ну бои ведь только послезавтра! — со всей оставшейся харизмой увещевал Вилле. — К тому моменту я уже поправлюсь и смогу сражаться в полную силу, магией клянусь!       — Прости, Эйлер, но не думаю, что ты сможешь нам чем-то помочь, — брезгливо ответил невысокий паренёк, бритый под машинку. — Участники ещё прибывают. Советую подождать, пока распределение не закончится, и присоединиться к последней неполной команде.       — Ага, к слабакам, которые только и смогли сделать, что нашли друг друга. Я тут на победу рассчитываю так-то.       Собеседник лишь недоверчиво покосился, явно размышляя над здравомыслием Вилле, и отсел за соседний стол, когда он зашёлся в приступе кашля. Недоеденная каша покрылась тонким слоем пепла.       Выходя из столовой, Вилле споткнулся о порог и в попытке удержать равновесие ухватился слабыми пальцами за промелькнувшую перед глазами ткань. К несчастью, материя с лёгкостью последовала к кафельной плитке вслед за ним, попутно обнажив чьи-то смуглые бёдра.       — Какого хрена! — вскричала отошедшая от недолгого шока девушка, рывком отняв юбку из рук Эйлера. — Под ноги смотреть не учили?       — Извиняй, красотка, — это прозвучало скорее как засор в раковине, нежели внятная речь. Вилле кое-как вдохнул. Грудь и локоть саднило от удара. — Не хочешь, случаем, объединиться в команду?       Она посмотрела на него, как на сумасшедшего, её лицо, полыхавшее гневом, вмиг обратилось холодной маской.       — Что-то случилось, Нова? — за спиной девушки прожурчал по-детски тоненький голосок.       — Ничего особенного. Пойдём.       — Эй, я абсолютно серьёзен насчет объединения, если что, — вклинился Эйлер, не дав переступить через своё тело и всё-таки поднявшись на ноги. Из носа стекала струйка крови. — Ты ведь только что прошла предыдущее испытание? О да, ты вся в свежих ссадинах. Хотя бы представляешь, что ждёт нас всех послезавтра? Я очень сильный маг, так что не пожалеешь, взяв меня в команду!       Нова обошла его шаткую фигуру, даже не дослушав. За ней последовала худая подружка с тонким голоском и ярко-розовыми, словно обёртки от конфет, волосами. Со стороны дверного проёма раздался недовольный гомон:       — Выходи, остолоп, — чья-то мощная ручище выдернула Вилле в коридор. Лысый бугай с выбитым передним зубом хрюкнул и, бросив уничижительный взгляд, прошёл в столовую. — И не взумай снова путаться под ногами.       Комната казалась бесконечно далёкой. Вилле всё брёл и брёл по коридорам, в какой-то момент, кажется, пропустив нужный. Потом снова найдя, а потом снова пропустив. В голове уже битый час гудела воображаемая туба, кашель накрывал почти каждую минуту. Вконец обессилевший от болезни и уныния, Эйлер в полубреду дополз до кровати и провалился в сон.       Сквозь окно пробивались яркие лучи солнца, когда он наконец проснулся. Последний день для поиска команды. Перед глазами всё расплывалось, но Вилле заставил себя подняться. Опираясь на стену и мебель, выбрался в коридор.       Время — а вместе с ним и надежда на победу — утекало, как вода сквозь пальцы. Вилле снова мельком увидел вчерашнюю знакомую с тощей подружкой.Как её там? Нора? Нелли? Он всё ждал, когда же сгорит, осыпавшись пеплом, и вернёт истинную силу после «возрождения». Проклятая огненная болезнь приходила каждые полгода, но с прошлого раза не прошло и четырёх месяцев. Эйлер слишком часто стал пользоваться магией, вот и сжёг себя дотла так быстро.       А как можно было поступить иначе? Ему предоставилось столько шансов выпустить огонь наружу, показать себя. Мало кто из магов владел чистой, ничем не модифицированной стихией. Вилле же владел и гордился. Но сейчас, во время этой грёбаной «болезни феникса» — таково было научное название сковавшего его недуга — впечатляющие силы таяли свечным воском.       Вечером распределение подходило к концу. Если кто-то ещё и остался без команды, то только какие-нибудь неумехи, едва умеющие сражаться. Вилле сидел в опустевшей библиотеке, положив руки и голову на стол. Большие часы отзвонили неизвестный час.       — Эй, парень, — позвал смутно знакомый голос. На плечо легла холодная ладонь. — Спишь, что ли?       Вилле с трудом повернулся, посмотрев на стоявшего перед ним человека. Девушка, которой он спустил юбку в столовой. Его разобрал болезненный смех вперемешку с кашлем.       — Приветствую. Всё же решила, что я вам нужен?       — Решила, что мне нужна победа, — с прохладцей произнесла она.       — Похвально. Обычно я не вступаю в союз со слабаками, но раз уж такое дело… — приложив остатки усилий, Эйлер выпрямился на стуле и посмотрел в глаза собеседницы.       — Раз уж такое дело, мы с Летти сможем тебя защитить. Либо же бросим подыхать, а сами пройдём дальше, — девушка протянула руку. — Такой договор устроит, мистер очень сильный маг?       С полминуты Вилле смотрел на неё, пытаясь осознать смысл сказанного. Защитят? Его?       — Вы, видать, совсем полоумные, — с сиплым смехом отозвался он.       — Книги по магическим болезням говорят, что со дня на день ты придёшь в норму. Я доверяю книгам.       — Книги, значит… Хоть кто-то в этом паршивом месте вспомнил, что умеет читать, — Вилле слабо пожал протянутую руку. — Договорились, красотка.       — Нова Альварес.       — Хорошо, красотка.