"Работы было много, понимаете..."

«Я нашёл повестку в почтовом ящике. Отлично…»       Раннее утро — только-только петухи прокричали. Небо ещё серое, и прояснится, наверное, только к полудню.       Миямото Иори безмолвно стоит у почтового ящика и разглядывает покрытый печатными буквами лист бумаги в своих руках. Разглядывает со своим обычным выражением: в меру заинтересованным, но по сути абсолютно равнодушным, как будто его это едва ли касается.       Явиться нужно через три дня. Ритуал к тому времени никак не успеет завершиться. Но как же объяснишь военному комиссару, что Иори тут вообще-то не просто маргинальный элемент, который бьёт баклуши в перерывах между работой коллектора? Что он, между прочим, гоняет по городу всяческих чертей и элементов ещё более маргинальных, чем он сам? А некоторые из упомянутых «чертей» могут сравнять целый район с землёй лёгким поворотом руки.       Он, видно, стоял достаточно долго — под рукой показалась чёрная макушка Сэйбер. — Эй, Иори! Долго ещё? Чего встрял? Вперёд, в Йокосуку! Ассасин сложа руки сидеть не будет! — она подталкивает его в спину, но Миямото Иори недвижим, как скала. «Случай из ряда вон выходящий. Что же делать?»       Повестку явно положили ещё вчера — в пять утра почту никто не разносит. Но вчера он весь день потратил на отнюдь не безопасный путь в Таманаву, а там ещё и попал в засаду неизвестного Слуги — конечно, ему было не до проверки почты. А ведь он мог бы подумать об этом вечером. А сейчас уже некогда. — Сэйбер… — начал было он, но упомянутая Сэйбер, парой секунд раньше не добившись от него вразумительной реакции, бесцеремонно выхватила лист бумаги из его рук, отошла на шаг и, поднеся документ поближе к лицу, стала читать: — «Гражданину Миямото Иори… В соответствии с Федеральным законом «О воинской обязанности и военной службе» вы подлежите призыву на военную службу и обязаны такого-то числа явиться в военный комиссариат…» — она нахмурилась. — Ого… Что-то новенькое. То есть, в ваше время не принято просто хватать половину мужчин из первой попавшейся деревни и делать их воинами? — она подняла голову и посмотрела на Иори. — А в ваше было принято? — Кхм… В любом случае, — Сэйбер сложила лист вчетверо и, пока Иори и глазом не успел моргнуть, порвала его на мелкие кусочки, — ты занят и никуда не идёшь. Давай, мечи в руки и пошёл! — объявила она с сияющей улыбкой.       На сырую после ночного дождя землю с шорохом осыпались мелкие обрывки повестки. Иори смотрел на них даже с каким-то сожалением…

***

— Почему не явились в назначенную дату? — исподлобья строго глянул на него комиссар, и Иори натянул нервную улыбку. «Видите ли, в этот день мой друг из китайского посольства начал испытывать внезапные проблемы со своим призванным героем прошлого, и тот попытался его убить, так что я прибежал на помощь, чтобы схлестнуться с ним и помочь тушить пожар, охвативший половину района. А потом мне пришлось усмирять огромного змеиного монстра, вылезшего в Йокосуке. На следующий день я прийти не смог, потому что на меня напал полуобгоревший безумец со своей огненной чудо-женщиной, а потом гомункул натравил на меня бога грома в облике дамы-карлика. Я тогда будто бы умер раз тридцать, клянусь…» — вот что он мог бы сказать, и всё из этого оказалось бы чистой правдой.       Но на деле он, замявшись, произнёс только банальное: — Работы было много, понимаете…