Не один из них

      Каменные стены темницы смыкались, как пасть зверя. Воздух был тяжёлым, холодным и липким. Пэнси шагала чуть впереди, её мантия чуть шелестела по полу. Гарри шёл за ней, держа палочку наготове, хотя знал — сопротивляться поздно. — Ты даже сейчас не меняешься, Поттер, — тихо сказала она, не оборачиваясь. Голос её звучал странно ровно, но Гарри слышал — в нём дрожат эмоции. — Всегда готов сдохнуть за кого-то. За друзей. За весь мир. — А ты всё такая же язва, Пэнс, — ответил он хрипло. — Но мне это… всегда нравилось. Она споткнулась, едва заметно. — Не начинай, — её голос стал жёстче. — У нас обоих нет на это времени. — Разве? — Гарри позволил себе сухую улыбку. — Я ведь всё равно иду на смерть. Почему бы не вспомнить?

Запах библиотечных книг. Шорох страниц. Его руки на её талии. «Мы оба сошли с ума», — шептала она, целуя его в тёмном углу. — «Если нас увидят…» «Тогда пусть», — отвечал он, и его голос дрожал так же,

как её руки, когда она сжимала его мантию.

— Мы были дураками, — пробормотала слизеринка, и Гарри понял, что она вспомнила то же самое. — Гриффиндор и Слизерин. Это всегда заканчивалось плохо. — Может быть, — он сжал кулаки. — Но тогда мы хотя бы были живыми. А теперь… теперь мы всего лишь фигуры на доске.       Девушка остановилась, резко обернувшись. Её глаза блеснули в полумраке — яркие, влажные. — Ты думаешь, что я хочу этого? Думаешь, я не ненавижу всё, что происходит? Я выживала, Гарри. Чёртов год я выживала, делая вид, что мне наплевать. Что я одна из них. — Тогда докажи, что это не так, — сказал он тихо. — Ударь меня сейчас. Покажи, что ты — их.       Она шагнула к нему, так близко, что Гарри почувствовал запах её духов — тот же, что когда-то сводил его с ума: жасмин и дым. — Я не могу, — прошептала она. — Потому что всё ещё ненавижу тебя… не так сильно, как должна. Обречённый выбор Они шли дальше. На повороте коридора послышались голоса Пожирателей смерти. Пэнсі резко схватила его за руку и потянула в боковой проход. Гарри вздрогнул — её пальцы всё ещё были такими же холодными и хрупкими, как он помнил. — Если кто-то спросит, — прошептала она, прижимаясь к нему так близко, что он слышал её сердце, — я скажу, что ты сдался ради спасения Уизли. Ты всегда был таким идиотом. Они поверят. — Хороший план, — усмехнулся Гарри, ирония в голосе звучала горько. — Только вот в твоей версии ты выглядишь героем, а я — жертвой. — Может, потому что так и есть, — парировала она. — Ты всегда был героем. Даже для меня.       Последний взгляд В конце коридора показалась массивная дверь, украшенная змеями. От неё веяло холодом и силой. Гарри остановился, глядя на Паркинсон. — Когда всё закончится… — начал он, но замолчал. — Не заканчивай, — резко сказала она. — Если ты выживешь… забудь меня . — Это невозможно. — Его голос был тихим, как шёпот. — Ты слишком глубоко под кожей. Её глаза дрогнули, но она отвернулась и толкнула дверь. — Иди. Твой час пришёл.       Гарри шагнул в зал, а дверь за ним медленно закрылась, отдаляя его от прошлого. Впереди, на троне, возвышался Он. Красные глаза впились в тело мальчика-который-пришел-умирать с хищной радостью.

*

      Всё случилось так быстро. Один миг — и они с Добби исчезли в голубом вихре порт-ключа, другой — и он рухнул на холодный пол. — Он здесь! — крикнул кто-то.       Голоса. Шаги. Чьи-то руки схватили его, подняли, потащили куда-то. Он пытался что-то сказать, но слова застревали в горле. Только одно крутилось в голове: "Гарри… он остался там… Он остался."       Когда глаза Рона хоть немного привыкли к свету, он понял — он в доме Блэков. В гостиной, где когда-то смеялся Сириус, теперь царила гнетущая тишина. Но она нарушилась криком: — РОН!!!       Джинни вбежала первой, её лицо залито слезами, волосы спутаны. Она налетела на него, едва не сбив с ног, и стиснула так, что ребра заныли. — Ты… ты жив! — шептала она, всхлипывая. — Я думала… я думала, я потеряла тебя… — Джин… тише… — прохрипел он, но руки поднял и обнял сестру в ответ. Молли стояла чуть позади. Её лицо было бледным, глаза красными от бессонных ночей и слёз. Она медленно подошла, будто боясь, что если сделает резкий шаг — это окажется сном, и он исчезнет. — Мам… — голос Рона сорвался. — Прости… — Глупый мальчишка, — её голос дрожал, но в нём было столько нежности, сколько он не слышал с детства. Она обняла его, прижала к груди, и Рон вдруг понял, что плачет. Он плакал, как маленький, вцепившись в её плечи. — Ты вернулся… ты вернулся к нам… — шептала она. — Я боялась, что после Артура… я не вынесу ещё одну потерю…       За ними в комнату вошли Люпин и Тонкс — уставшие, с тенями под глазами. Гермионы не было. Невил стоял в углу, сжатый, будто боялся дышать. Луна — рядом с ним, её большие глаза были печальны, но тёплы. — Рон, — сказал Люпин мягко. — Добро пожаловать обратно. — Спасибо… — пробормотал он. — Где Гарри?.. В комнате повисла тишина. — Он… — начала Тонкс, но замолчала. Молли посмотрела вниз, и Джинни вцепилась в рукав Рона. — Он… он остался там? — спросила она тихо. Рон кивнул. — Он… Он спас меня. Остался, чтобы… закончить всё. Слышался только шум дыхания. — Дурень, — выдохнул Люпин. — Такой же, как всегда…       Когда слёзы иссякли, Рон поднял голову. Его взгляд стал твёрже. — Мы не можем ждать, — сказал он хрипло. — Нужно что-то делать. Гарри там, один… Люпин кивнул. — Мы начнём планировать. Но для начала — тебе нужен отдых. Ты вымотан. — Нет, — Рон вцепился в рукав Люпина. — Гарри рисковал ради меня. Я должен… я не могу сидеть сложа руки! — Ты должен, — жёстко сказала Молли. — Иначе жертва Гарри была бы напрасной! Эта злая правда оглушила его, будто блейзер, прилетевший в голову во время очередного матча. Но Молли была права., Рональд опустил голову: "Подожди, Гарри… я найду способ. Я верну тебя."