Отель страсти

Варя поставила кружку на стол, села в кресло напротив него и, скрестив ноги, начала покачивать одной ступнёй. На губах — загадочная улыбка. Взгляд цепкий, опасный. Она не отпускала Влада. — Ну? — её голос стал мягче, ниже. — Я жду. Влад следил за ней взглядом. Спина напряжена, челюсть сжата. Он чувствовал, как внутри медленно загорается то самое чувство — знакомое, давнее, которое он пытался похоронить под "дружбой", "прошлым", "сейчас у неё другой". Но вот она — стоит рядом. В этом чёрном платье, в этих каблуках, с этим взглядом. И говорит: — Объясни. — Что значит… «Может, ты будешь девушкой на коне, а я конём?» — произнесла она, склонив голову и глядя прямо в его глаза. — Ну давай, Влад, просвети меня. Мне же... ну совсем ничего не ясно. Такая я наивная. Он сглотнул. Пальцы сжались на столе. Она видит — он теряет контроль. — Варя, — хрипловато выдохнул он. — Ты… играешь с огнём. — Возможно. Но мне очень интересно, сколько нужно, чтобы ты загорелся. Он встал. Медленно. Очень близко. Так, что между ними — сантиметры. Взгляд — тяжёлый, голос низкий: — Ты хочешь, чтобы я сказал, как бы ты сидела на мне верхом? Или, может, как бы ты тянула за мои волосы, пока… — Влад. — Она улыбнулась, подняла палец к его губам. — Ты уже почти проиграл. И всё равно продолжаешь. — Потому что ты стоишь того, чтоб проиграть, — выдохнул он. Она молчала. Сердце стучало так громко, будто услышать могли даже внизу, в холле. А потом — шаг назад. Лёгкая ухмылка. — Ну, значит, считай, что первый раунд остался за мной, — сказала она, направляясь к двери. — Варя… — Да? — Надолго ты уходишь? — Всего лишь на пять минут. Освежить макияж. Не хочу, чтобы мой конь отвлёкся от работы. Она исчезла за дверью, а он остался. Горящий. С бешеным пульсом. И с очень чётким пониманием: Эта игра только начинается. Коридор второго этажа был наполнен звуками шагов, смеха и лёгким ароматом кофе — сотрудники суетились в начале дня, а некоторые просто собирались к обеду. И в этот вполне рутинный момент... Открылась дверь кабинета управляющих. Варя появилась первая — вернулась после перерыва, поправляя волосы. Спокойная, будто ничего только что не было. Влад сидел, закинув ногу на ногу, с тем самым выражением — ехидным, уверенным, слегка… мстительным. Он посмотрел на неё искоса и лениво произнёс: — Ну да, конечно. Ты ведь «сама спокойствие». Невинная, нежная, почти монашка... Пауза. — Напомни, кто там лежал с Максом, пока её бельё валялось на полу возле кровати? Тишина. Варя застыла на месте. В глазах — искра. В губах — опасная улыбка. — Что ты сказал? — Хочешь, повторю? — Влад встал, подбоченился, как будто специально вызывая её. — А ну стоять, идиот! — крикнула Варя, резко схватила ближайшую книгу со стола и метнулась за ним. Он выскочил из кабинета. — Ай! Варя! Это был факт, не осуждение! — Факт тебе сейчас прилетит в лоб! Они носились по коридору, как в старые добрые. Варя с книгой, Влад — то оборачивался, то резко петлял, то хватал за перила, смеясь и прячась за офисными дверями. — Варя! Мы в рабочее время! — Я в нерабочем настроении! — выкрикнула она, пробегая мимо ресепшена, где девушка-администратор уже сползала со стула от смеха. — У нас тут управляющие! — взвизгнул кто-то из персонала в баре. — Это они так совещаются? — спросил кто-то в комнате отдыха. — У них совещания с погонями? — Это не погоня, это месть! — гаркнула Варя и снова метнулась вперёд, пока Влад, запыхавшись, нырнул за ширму. Сотрудники стояли с кружками кофе, некоторые снимали на телефон, кто-то делал ставки. Наконец, он прижался к стене, тяжело дыша, пока Варя с сияющими глазами остановилась перед ним, прижимая книгу к груди. — Всё, сдаюсь, — выдохнул он, — признаю, колючка ты та ещё. — А ты болтун, — сказала она. — И в следующий раз я возьму энциклопедию. Толще будет. — Вот с такой страстью ты бы совещания проводила… — Ещё одно слово — и я в тебя не только книгой кину. Их взгляды пересеклись. Близко. Опасно близко. Смешки за спиной стихли. Влад чуть наклонился и прошептал: — Всё-таки ты самая красивая угроза в этом отеле. Варя моргнула, но не отстранилась. — Смотри, как бы угроза не стала реальностью. И снова — смех. Кто-то хлопнул в ладоши, кто-то выдохнул: — Ну вот теперь всё точно как раньше…