Отель страсти

После ужина девочки вернулись домой — в их уютный, немного хаотичный, но тёплый дом, где в воздухе всё ещё витали запахи лосьонов, сладких духов и шоколадных масок для лица. Варя долго сидела в своей комнате, медленно разбирая вещи. Каждый свёрнутый свитер, каждый флакон духов она перекладывала с особой нежностью — будто заново вспоминая каждый момент, связанный с этим домом. Отдельно она положила свой любимый халат — тёмный, струящийся, с глубоким запахом лаванды. Его она накинула уже ближе к ночи. Когда все собрались в гостиной, устроили мини-праздник. Было решено: в честь переезда Вари — ночёвка! С пиццей, смехом, парнями и, конечно, игрой в правду или действие. Пригласили всех: Сашу, Васю, Корвина и Влада. Шутки не прекращались ни на минуту. Кто-то признался, что влюблялся в Снежку в детстве, кто-то исполнял нелепый танец под клип из двухтысячных, а кто-то, краснея, тянулся целовать того, кого ему "выпало". Когда всё стихло и дом погрузился в мягкую полутьму, девочки постепенно разошлись по комнатам, шепча друг другу последние сплетни. Варя тоже ушла, но заснуть не могла. Было слишком тепло, слишком странно. В доме пахло цветами и какао. Она встала, поправила халат, и, стараясь не разбудить никого, тихо вышла на кухню попить воды. — Опять не спится? — голос за спиной был знаком до дрожи. Она обернулась и увидела Влада. Он стоял в полутьме — в свободной футболке и с растрепанными волосами. Он, похоже, тоже не спал, и, как и она, бродил по дому, ускользая от сна. — Просто... жарко, — выдохнула Варя, опуская взгляд. Её халат был едва запахнут. Свет из окна красиво ложился на ключицы, изгиб талии, шёлковую ленту на бедре. Влад сделал шаг. Потом ещё один. И прежде чем она успела отступить, он оказался рядом. Его рука скользнула вдоль её талии, другой он коснулся стены рядом с её головой, приближаясь опасно близко. — Ты вообще представляешь, как ты сейчас выглядишь? — прошептал он ей в самое ухо. — Это... пытка. Варя, я не железный. — Влад, — её голос стал тише, дыхание сбилось. Он не стал ждать ответа. Его губы жадно прижались к её губам, жарко, резко, словно всё то, что он сдерживал весь день, вырвалось наружу. Варя не отстранилась. Только прижалась ближе, забыв о времени, о том, где они, и кто может случайно войти. А дом спал. А ночь становилась всё глубже. И в этом тишайшем полумраке впервые не было места недомолвкам — только желаниям, чувствам и тому, как сильно они тя нулись друг к другу.