Присоединяйся к клубу

      Кинг сделал глоток кофе, наблюдая за пешеходами, спешащими из одного места в другое. В кафе было многолюдно, но в это время года так всегда. В воздухе чувствовался резкий холод, дневная температура опустилась до минус семнадцати, но было приятно. Наконец-то он смог надеть зимнюю одежду, но скоро станет чертовски холодно, и Кинг не прочь был бы вернуться в солнечную Флориду. Зазвонил его телефон, и он ответил.       – Как погода в старой доброй Англии? – спросил Эйс, и его британский акцент заставил Кинга хмыкнуть.       – Это было ужасно. Пожалуйста, больше так не делай. Дождя нет.       – Мне нравится твой солнечный нрав и позитивный взгляд на жизнь.       Кинг сдержал улыбку.       – Как Мейсон справляется со своей новой ролью?       – Он счастлив, как свинья в грязи.       – Ты меня изматываешь.       – Серьезно. Этот человек рожден, чтобы руководить. Команда его любит.       – Я знал, что так и будет.       – Знал? Хм. – Преувеличенный вздох Эйса заставил Кинга улыбнуться. Он всегда мог рассчитывать на своего лучшего друга, который давал ему повод для улыбки.       – Что?       – Святое дерьмо!       – Не поранься.       – Ха-ха. Вы, сэр, мудак. Вот почему мы никогда не могли договориться ни по одному из кандидатов, и почему ты продолжал налагать вето на наш выбор. Ты держал должность лидера команды открытой для определенного ковбоя. Сколько ты собирался ждать?       Кинг пожал плечами, хотя Эйс не мог его видеть.       – Недолго. Я ждал подходящего случая.       – Например, расследования внутреннего отдела, работы фрилансером и того, что его подстрелят? Ты знал, что он попросит тебя о работе?       – Возможно, я подбросил ему эту идею.       – Как?       – Помнишь листовки?       – Я удивлялся, почему ты настаивал на раздаче листовок в офисе шерифа. О, хитро. Правильное место, правильное время. Мейсон сбежал, а ты подсунул ему Лаки.       Кинг хмыкнул.       – Их неспособность понять, как сильно они друг другу нравятся, была раздражающей. Принудительная близость. Они либо убили бы друг друга, либо переспали бы. Я поставил на второе. После этого оставалось только вопросом времени, когда один из них или оба сдадутся. – Кинг допил кофе и кивнул в знак благодарности баристе, который убрал со стола.       – Черт. Ты все это подстроил.       – Я помог делу.       – Ты немного пугающий. Мне нравится.       – Как дела у Райдена? – Кинг беспокоился о парне, но Рэд долго разговаривал с Райденом в больнице, и они сблизились. Рэд, Мейсон и Лаки взяли парня под свою опеку, и Кинг был рад, что Райден им это позволил.       – Доктор Брэдбери сказала, что у него все отлично. Сейчас он понимает, что ему нужна помощь, и готов ее принять. Он не пропустил ни одного сеанса, и мы по очереди навещаем его. Он и Сантос стали лучшими друзьями.       – О, да?       – Да. Райден говорит, что теперь не чувствует себя в меньшинстве среди пожирателей змей на этаже, – сказал Эйс со смехом. – Я рад, что ты нашел работу для Райдена, Кинг. Это действительно укрепило его уверенность в себе.       – Оценка рисков – подходящая для него работа. Он работает на местах и использует свои навыки для оценки возможных рисков. – Это была безопасная роль для Райдена. – Посмотрим, как он будет справляться дальше. – Охрана не входила в его планы. Как бы Кинг ни ненавидел это говорить, они не могли иметь вооруженного охранника с проблемами со зрением. Не тогда, когда на карту поставлены жизни людей, но это не означало, что Райден не мог выполнять множество других важных функций. Этот человек был сообразительным, умным и по-настоящему милым парнем. Он был немного вспыльчивым, но короли каждый день работали со множеством вспыльчивых людей.       Эйс замолчал, а это никогда не предвещало ничего хорошего. Когда он заговорил, в его голосе не было обычной игривости.       – Сколько еще?       – Столько, сколько потребуется.       – Кинг, скоро День Благодарения. Не можешь просто вырубить его и затащить в самолет?       – Это похищение.       – Как будто этот ублюдок не сделал ничего хуже?       – Если мы это делаем, то нужно делать правильно. Ты знаешь это не хуже меня.       Эйс вздохнул.       – Да, знаю.       Мужчина в коричневой замшевой куртке, черном шарфе, перчатках и шляпе вышел из кафе, и Кинг встал.       – Мне нужно идти.       – Будь осторожен.       – Всегда. – Кинг повесил трубку и положил телефон в карман пальто. Он заплатил по счету и вышел из кафе. Натянув бейсболку на глаза, он перешел улицу, сохраняя безопасное расстояние между собой и целью. С засунутыми в карманы пальто руками в перчатках он шел ровным шагом. Его одежда, сумка через плечо и быстрый темп, а также знание города позволяли ему смешаться с лондонской толпой. В преддверии праздников Оксфорд-стрит была оживленнее, чем обычно. Его цель остановилась у газетного киоска, и Кинг замедлил шаг, вытащив мобильный телефон, как будто отвечал на звонок. Он повернулся к пожилой даме, продававшей цветы, и купил небольшой букет роз.       – С вас двадцать один фунт.       Кинг улыбнулся и протянул ей двадцать пять фунтов.       – Спасибо, дорогая. Сдачу оставьте себе, – ответил он своим идеальным западно-лондонским акцентом. Она поблагодарила его, а он обернулся и увидел, как его цель покидает газетный киоск. Кинг продолжил преследование, направляясь к станции метро «Оксфорд-серкус». Он прикоснулся своей картой Ойстер к считывающему устройству, и шлагбаум едва успел закрыться между ним и человеком впереди. Его цель направилась к платформе Центральной линии в западном направлении, и Кинг остался рядом, но держась на достаточном расстоянии, чтобы не вызвать подозрений. Его цель дошла до конца платформы, а Кинг остановился ближе к центру, используя цветы, чтобы частично скрыть свое лицо.       Воздух закружился вокруг него, звук искр и стука заполнил подземку, за которым последовал свист, как будто садился самолет. Очень старый, шаткий самолет. Пешеходы подошли ближе к желтой линии, когда заскрипели тормоза, замедляя поезд перед остановкой. Двери открылись, и полуденная толпа вышла из вагона. Кинг прошел в конец вагона, прислонился к небольшому высокому сиденью рядом с аварийным выходом, чтобы не спускать глаз с цели.       Повторяющийся звуковой сигнал предупреждал о том, что двери закрываются, прежде чем поезд начал движение, а заклинившие тормоза заставили поезд дернуться, прежде чем он выровнялся. Женщина, которая не держалась за поручни, споткнулась, и Кинг поймал ее, прежде чем она упала на пол. Он удержал ее с улыбкой, приняв ее тихое «спасибо», когда она села, а затем вернулся на свое место.       Несмотря на переполненный вагон, единственный шум исходил от самого поезда и группы подростков, стоящих у дверей, болтающих и смеющихся. Его цель сидела в противоположном конце, как можно дальше от всех. Он время от времени поднимал взгляд, чтобы оглядеться, а затем снова возвращался к написанию СМС. Вынув мобильный телефон из кармана, Кинг нажал большим пальцем на экран и разблокировал его, и текст мужчины появился на его телефоне, как только он его набрал.       Им очень понравилось! Я все расскажу, когда увижу тебя.       Кинг сжал кулаки вокруг цветов, и болезненный укол шипов, впивающихся в ладонь, напомнил ему о необходимости сосредоточиться. Терпение. Манильский конверт под его пальто, засунутый за пояс джинсов, жёг ему спину, по крайней мере, так ему казалось. На клонированный телефон пришло ответное сообщение, которое появилось на экране Кинга.       Ты уверен, что не хочешь встретиться в пабе или где-нибудь еще? Я могу зайти в студию днем, не волнуйся.       Кинг почувствовал отчаяние и страх в словах молодого человека. Ответ был ожидаем, но все равно заставил кровь Кинга застыть в жилах.       Ты доверяешь мне, правда? Я просто хочу тебе помочь. Осталось только два места.       Через несколько ударов сердца...       Ладно. Я приду.       Кинг отвернулся, сжимая зубы и напрягая челюстные мышцы. Огни мерцали, провода и кабели за окнами проносились мимо, пока поезд мчался по туннелю. Когда поезд подъехал к станции «Ноттинг-Хилл-Гейт», Кинг встал. Он небрежно вышел, спускаясь по ступенькам, как раз когда мимо прошел этот мерзкий ублюдок. Кинг растворился в толпе, несмотря на свой рост и габариты. Он стоял справа от эскалатора, а его добыча находилась на несколько шагов впереди него. Когда они вышли из станции, Кинг перешел улицу, а его цель повернула направо. Он шел параллельно него, и деревья и припаркованные машины вдоль улицы в фешенебельном районе помогали ему скрыться, хотя этот парень и так бы ничего не заметил. Он был слишком занят мыслями о том, что он собирается сделать с невинным молодым человеком, который его ждал.       Переоборудованный викторианский дом стоил целое состояние, как и остальные дома в этом районе, арендная плата за которые была сопоставима с любой квартирой в Нью-Йорке, но цена для этого парня не имела значения. У него было много денег. Как часто бывает у развратных монстров. Парень подбежал к входной двери, широко улыбаясь, и поздоровался с симпатичным блондином, стоявшим у двери. Парень был лет двадцати с небольшим – максимум двадцати одного или двадцати двух. Кинг перешел улицу и даже с такого расстояния заметил, что кожа молодого человека окрасилась в ярко-розовый цвет, и не от застенчивости или удовольствия. Он вздрогнул, когда пожилой мужчина положил ему руку на плечо. Кинг замедлил шаг, дожидаясь, пока его цель закроет дверь. Как только он это сделал, Кинг поднялся по лестнице.       Было чуть больше трех, когда Кинг проскользнул в дом. Он прислушался к звукам вокруг, обратил внимание на почту, лежащую на полу у дверей. Был пятничный день. В этом районе большинство людей еще ниходились на работе или ходили по магазинам, встречались с друзьями или выпивали по паре пинт в пабе. В этом доме никого не было. Он в этом убедился. Ваучер на бесплатный ужин в пятизвездочном тайском ресторане на Хай-стрит – это не то, от чего люди откажутся.       Поднимаясь по ступенькам по две за раз, Кинг добрался до верхнего этажа. Он подошел к двери и прислушался.       – Пожалуйста, не делай этого.       – Хочешь добиться успеха в этом деле? Для этого нужно именно это. Это нормально, детка. Просто расслабься.       Кинг отступил на несколько шагов, окинул взглядом дверной косяк, а затем со всей силой ударил ногой по двери, разбив косяк и вырвав дверь из одной из петель.       – Что за хуйня?       Кинг перевел взгляд с этого придурка на молодого человека с расстегнутыми джинсами и слезами на глазах. Он мягко улыбнулся парню.       – Все в порядке, дорогой, – сказал Кинг, сильно подчеркивая свой фальшивый акцент. – Теперь ты в безопасности. Почему бы тебе не подойти сюда, подальше от него?       Молодой человек посмотрел на хищника рядом с ним, затем на Кинга. Он вскочил с дивана и бросился к Кингу, который нежно обнял дрожащего парня.       – Все в порядке. Ты в безопасности. Он больше никогда не поднимет на тебя руку. Обещаю.       Молодой человек кивнул и отстранился, всхлипнув. Он быстро застегнул молнию на брюках, затем скрестил руки на груди, как будто пытаясь укрыться, несмотря на несколько слоев одежды, которые на нем были.       – Почему бы тебе не пойти домой? Хочешь, я вызову тебе такси?       – Нет, я в порядке. – Молодой человек нерешительно оглянулся через плечо на мужчину, который бросал на Кинга гневные взгляды.       – Иди уже, – мягко подтолкнул Кинг, провожая его к двери. Молодой человек кивнул и ушел. Кинг поднял дверь, вставил ее в раму и запер, точнее, открыл, а потом запер, учитывая, что замок был сорван.       – Кто ты, блядь, такой?       – Я твой новый призрак. – Кинг присоединился к мужчине на диване, сев на его край. – Я здесь, чтобы преследовать тебя в каждое мгновение твоей жизни.       – Убирайся из моей квартиры, пока я не вызвал копов, – прорычал мужчина, готовясь встать, но Кинг поднял руку, остановив его.       – Я был бы рад, если бы ты вызвал полицию, Барри. На самом деле, я надеюсь, что ты это сделаешь. Ты можешь рассказать им об этом. – Кинг залез под пальто, достал из-за пояса манильский конверт, открыл его и вынул глянцевые фотографии размером 20 на 25. Он взял верхнюю и бросил ее Барри. – Начнем с Кори. – Он взял вторую фотографию и бросил ее. – Потом ты сможешь рассказать им об Арти. – Он швырнул третью. – Потом Билли. – Швырнул. – Сэнди. – Швырнул. – Крис. – Швырнул. – Дэвид. Эрик. Трэвис. Вон. – Швырнул, швырнул, швырнул, швырнул. Он швырнул остальные фотографии в Барри.       Барри уставился на десятки разбросанных фотографий.       – Где, черт возьми, ты их взял?       – Это не твое дело.       – Кто тебя послал? Сколько бы тебе ни платили, я удвою эту сумму. Утрою. Сколько захочешь. Хочешь девочек? Я могу достать тебе красоток с огромными сиськами и мягкими губами.       Кинг прищурился.       – Ты не очень сообразительный, да?       – А, понятно. Тебе нравятся парни? Я могу достать тебе красивых парней, которые с удовольствием отсосут член.       Кинг залез в передний карман и вытащил фотографию размером 10 на 15. Он показал ее Барри.       – Как он?       Барри прищурился, глядя на фотографию.       – Я его помню. О да, я могу его для тебя найти. Он тебе понравится. Он ведет себя так, будто не хочет этого, но эти мальчики легко идут на все. Им нравится боль.       – Понятно. – Кинг положил фотографию Лаза обратно в карман. Он улыбнулся Барри и бросил розы на пол. Парень ответил ему улыбкой, а затем оказался на животе с рукой Кинга на горле и коленом на спине. – А ты, Барри? Ты любишь боль?       – Пожалуйста.       – Так они говорят, да? Когда ты угрожаешь им, что разрушишь их жизнь, если они не согласятся?       – Что тебе, блядь, надо?       Кинг поднял его на ноги, схватив за шею.       – Я хочу не только причинить тебе невыносимую боль, но и заставить тебя заплатить за свои преступления. – Он отвел Барри на кухню, вытащил один из стульев и заставил его сесть. – Не двигайся. – Барри бросил взгляд на дверь, и Кинг покачал головой, подойдя к одному из кухонных ящиков. – Ты не очень хорошо слушаешь, да?       – Подожди, а что случилось с твоим акцентом? Ты американец?       Кинг проигнорировал его и открывал ящики, пока не нашел то, что искал.       – Ах. Прекрасно. – Он поднял рулон клейкой ленты. – Я обожаю эту штуку.       Барри широко раскрыл глаза и вскочил со стула. Кинг оказался в дверном проеме еще до того, как парень добежал до него. Он вытянул руку, схватил его за шею и сжал. Барри издал булькающий звук, пытаясь отцепить пальцы Кинга.       – Что я тебе говорил про то, что нужно слушать?       – Прости, – хрипло прошептал Барри, когда Кинг снова толкнул его на стул. Он привязал Барри к стулу, зажав его руки по бокам. Как только верхняя часть была готова, Кинг приклеил его лодыжки к ножкам стула. Вернув скотч в ящик, Кинг отодвинул кухонный стол. Он заглянул под раковину и нашел рулон мусорных пакетов. Оторвав два, он нашел ножницы и разрезал их. Он разложил разрезанные пакеты на полу, взялся за стул с Барри, поднял его, а затем с силой бросил на пол.       – Блядь! Что ты делаешь? Ты что, с ума сошел?       Кинг взял второй стул и поставил его прямо перед Барри.       – Что... что ты собираешься делать?       – Я стараюсь не судить людей, – сказал Кинг, садясь на стул. – Кто я такой, чтобы судить другого человека после всего, что я натворил? Да, я мог бы сказать, что выполнял приказы, что делал это для своей страны, что война причиняет боль всем, а не только тем, кто находится на передовой, но, в конце концов, я сделал свой выбор. Я решил убивать, чтобы спасти других. Конечно, они были убийцами, насильниками и террористами, но они были людьми. Дело в том, что я примирился со своими демонами. Мы живем вместе в относительном мире. Я иногда их кормлю, и они мне благодарны.       – Что за хуйня?       – Ты прав. Это не имеет никакого отношения к делу.       – Ты собираешься меня убить?       – Поверь мне, есть вещи, которые страшнее смерти. Давай начнем, хорошо? – Кинг наклонился вперед.       – Что ты, блядь, делаешь? – Барри сопротивлялся, но Кинг даже не шелохнулся.       – Я дам тебе пищу для размышлений. – Кинг схватил Барри за предплечье и сжал болевую точку, от чего Барри закричал от боли, которая, как Кинг знал по собственному опыту, была особенно мучительной.       – О Боже! Пожалуйста, не делай этого! Что, блядь, тебе от меня нужно?       – У тебя есть ужасная привычка не слушать, Барри. Ты должен заплатить за свои преступления. Меня ждет частный самолет. Ты полетишь со мной. Мы полетим обратно в Штаты, где ты немедленно сдашься и признаешься в своих преступлениях.       Барри громко рассмеялся.       – Ты, блядь, издеваешься? Я не пойду в тюрьму из-за кучки мелких шлюшек, которые были счастливы, что их трахнули, чтобы сохранить работу.       Человеческое тело было невероятным. При правильном давлении можно было либо облегчить боль, либо причинить сильную боль, и все это без следов. Кинг надавил большим пальцем на сладкое местечко на внутренней стороне правого колена Барри.       – О, блядь! – закричал Барри, и слезы наполнили его глаза. – Перестань. Прошу!       – Видишь ли, дело в том, что эти молодые люди не были счастливы, что ты их трахнул. Они были напуганы, уязвимы и подавлены. Ты воспользовался ими, потому что так поступают такие хищники, как ты, и ты их изнасиловал. Ты насильник, Барри.       – Нет, это не...       Кинг схватил Барри за запястье и сжал его, заставив Барри взвыть. Вздохнув, Кинг встал, подошел к ящику, отрезал кусок клейкой ленты и заклеил ею рот Барри. Он приложил большие пальцы к тому же месту на другом запястье Барри.       – У меня есть еще много точек давления, из которых я могу выбрать, и каждый раз, когда ты будешь мне лгать, боль будет становиться все сильнее и сильнее, пока ты в итоге не потеряешь сознание. Тогда я тебя разбужу, и мы начнем все сначала. А теперь давай попробуем еще раз. Ты угрожал молодым людям разрушить их начинающуюся карьеру и принуждал их к сексу с тобой, а тех, кто пытался отказаться, ты насиловал. Ты насильник, Барри.       Слезы текли по лицу Барри, когда Кинг давил большими пальцами на его запястья. Это был не тот вид пытки, который он использовал бы на обученном враге, но для этого ублюдка этого более чем достаточно. Кинг продолжал давить на болевые точки Барри, от внутренней стороны бедра до шеи. Прошло чуть меньше часа, и Барри яростно кивнул. Кинг снял одну сторону скотча, отклеил его и стал ждать.       – Ладно, да. Я заставил их. Я воспользовался ими. Но, пожалуйста. Я слишком долго и усердно работал над своей карьерой, чтобы...       – Неверный ответ. – Кинг вернул скотч назад. – Многие люди, когда дерутся, стремятся нанести самые быстрые и эффективные удары, чтобы сбить соперника с ног. В пах, голень, почки, глаза. А я? Я предпочитаю хороший, сильный удар в солнечное сплетение. – Он приложил два пальца к центру туловища Барри, чуть ниже сердца и легких. – Этот маленький пучок нервов здесь – отличная мишень, потому что когда по нему наносят удар, и я имею в виду удар, твои органы впадают в шок, и ты падаешь. Дышать становится трудно, а боль... Ну, давай я тебе покажу? – Кинг оттянул кулак и зарычал, не имея намерения ударить парня, но Барри этого не знал.       Глаза Барри широко распахнулись, и он забился в кресле, пытаясь вырваться. Слезы смешались с соплями, когда он зарыдал. Он яростно качал головой, бормоча сквозь клейкую ленту. Кинг отклеил серебряную полоску, а затем откинулся на спинку кресла.       – Да?       – Кто ты, на хрен, такой? – спросил Барри сквозь рыдания.       – Я человек с миссией, и пока я не выполню свою миссию, я не остановлюсь. Я следил за тобой больше месяца. Знаешь, что самое замечательное в камерах видеонаблюдения? Если ты находишься рядом с ними достаточно долго, ты забываешь об их существовании. Я не забыл.       – Пожалуйста, чувак. Я не хочу в тюрьму. Я там не выживу.       – Надо было об этом подумать, прежде чем насиловать пятьдесят три молодых человека в течение пятнадцати лет. Ты сядешь на очень, очень долгий срок. Я об этом позабочусь.       В глазах Барри было видно отвращение, а затем его выражение стало самодовольным.       – Ни один из них не даст показаний.       Кинг залез в карман и вытащил небольшую стопку квитанций за авиабилеты.       – Эти парни дадут. Они сейчас дома собирают вещи. – Удивление на лице Барри заставило Кинга улыбнуться. – Видишь ли, понадобился всего один очень смелый молодой человек, чтобы вдохновить других. К тому же у них есть я, мои люди и моя компания, которые их поддержат. Им не нужно беспокоиться о судебных издержках, запугивании или угрозах их жизни, потому что защита людей – это наша работа.       – У меня есть деньги, – пробормотал Барри.       – У меня их больше. – Кинг наклонился вперед, встретив взгляд Барри. – Я знаю, как действуют такие люди, как ты. Думаешь, у тебя есть деньги и друзья на высоких постах? Ну, у меня тоже. Если мне понадобится использовать все свои связи, чтобы тебя уничтожить, я это сделаю, и если до этого дойдет, обещаю, что похороню тебя в такой глубокой яме, что никто и не вспомнит, что ты когда-то существовал.       – Какая тебе разница? Они для тебя никто.       – Опять неверно. Видишь ли, один из этих молодых людей – член моей семьи, и из-за него и того, что ты с ним сделал, я знаю о тебе и о том, как ты с ними поступил. Долгое время ты был монстром, преследовавшим его в кошмарах. Я здесь, чтобы положить этому конец.       – И что это дает тебе? Думаешь, пытки, чтобы выбить из меня признание, сделают тебя героем?       Кинг фыркнул.       – Ты думаешь, я делаю это, чтобы стать героем? – Он наклонился вперед и надавил большим пальцем на болевую точку на внутренней стороне колена Барри, вызвав у того новый крик. – Дело не в героизме, Барри. Дело в том, что я защищаю свою семью.       – Почему ты думаешь, что я не расскажу им, что ты заставил меня сознаться?       – Потому что это очень расстроит меня, а потом ты расстроишь моих братьев, и они не отнесутся к этому благосклонно. Я упоминал, что все они очень талантливые люди? О, и один из них – парень одного из молодых людей, которых ты изнасиловал. С тобой на территории США, как ты думаешь, как он себя почувствует, если ты нарушишь свое слово и окажешься на свободе? Я – спокойный и рациональный человек. Я могу сделать только так, чтобы эти парни не выследили тебя, и, ну, у тебя, похоже, довольно хорошее воображение. – Кинг откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди. – Не торопись. Подумай об этом. У меня есть все время в мире.       – Ты не убьешь меня, – бросил вызов Барри.       – Нет. Но куда бы ты ни пошел, я пойду за тобой. Считай меня своей новой тенью. Я буду появляться на твоей работе, в пабе, в «Теско» , и когда кто-нибудь спросит, кто я такой, я просто скажу им правду. Интересно, что подумают твои друзья и знакомые из индустрии, когда узнают о том, что ты наделал? Ты думаешь, это пытка? – Кинг наклонился вперед, пристально глядя на него. – Я еще даже не начал, и мне не придется прикасаться к тебе.       Барри не отрывал взгляда от Кинга, но Кинг видел, как за умными карими глазами мужчины работают шестеренки. Он сел, и Барри вздрогнул.       – Ладно.       Кинг поднес руку к уху.       – Что ты сказал? Я не расслышал.       – Ладно. Я сдамся, признаюсь во всем. Я буду сотрудничать.       – Умный выбор. Вот что будет дальше. – Кинг встал, подошел к кухонному столу и вытащил нож из ножевого блока. – Я освобожу тебя, позвоню, а потом мы сядем в черное такси, которое будет ждать нас снаружи, чтобы отвезти нас на частный аэродром. Мы сядем в мой самолет, и как только приземлимся в солнечной Флориде, тебя в наручниках заберут агенты ФБР. – Он стоял над Барри с ножом в руке. – Если в какой-то момент ты попытаешься сделать что-то глупое, я без колебаний исправлю твою грубую ошибку в суждении. – Кинг освободил Барри. Он указал на угол кухни. – Стой там и не двигайся.       Барри поспешил выполнить приказ Кинга, выглядя совершенно подавленным. С ним было покончено. Кинг не шутил, когда говорил, что станет тенью этого человека. Он хорошо знал ад пыток, и любой человек, достаточно сильный, чтобы пережить даже самые жестокие физические пытки, редко мог противостоять собственному разуму. Человеческий мозг мог выдержать только определенную нагрузку, прежде чем сломаться, независимо от подготовки.       Сопроводив Барри в его спальню, чтобы тот взял паспорт и все необходимые документы – поскольку он не собирался возвращаться в свою роскошную лондонскую квартиру или в страну, учитывая, что был гражданином США, – Кинг вывел Барри на улицу к такси, ожидающему у обочины. Он открыл заднюю дверь и подождал. Через мгновение Барри сел в машину, и Кинг скользнул рядом с ним.       Менее чем через час Кинг сопроводил Барри по лестнице в самолет. Он усадил его на сиденье напротив себя, а затем пристегнул ремень безопасности Барри чуть туже, чем было необходимо.       – На случай турбулентности, – сказал Кинг с улыбкой. Он сел на свое место, поблагодарив стюардессу за напиток. Она повернулась к их гостю, и Кинг покачал головой. – Он не будет пить. У него воздушная болезнь.       Стюардесса кивнула.       – Дайте мне знать, если вам что-нибудь понадобится.       – Спасибо. – Кинг достал телефон из кармана и ввел код в быстрый набор.       – Да?       – Посылка в пути.       – Подтверждаю.       Кинг повесил трубку и устроился поудобнее. Это будут долгие восемь часов. К счастью, Барри не чувствовал необходимости заполнять тишину. Кинг отправил сообщение Эйсу, который сообщил бы об этом Рэду. Единственный, кто знал, что он вообще находится в Лондоне, был Эйс. Они договорились, что лучше подождать, пока Кинг не задержит Барри, прежде чем давать Лазу надежду. С момента инцидента с Еленой и Брайаном Лаз был полон решимости добиться справедливости, поэтому Кинг решил позаботиться о том, чтобы это произошло.

****

      Самолет приземлился в региональном аэропорту Северо-Восточной Флориды, и как только было дано разрешение, Кинг снял ремень безопасности и встал. Он потянулся, а затем провел Барри к двери. Посреди полета сменив зимнюю верхнюю одежду на легкую куртку, Кинг достал из нагрудного кармана солнцезащитные очки и дождался, пока откроется выходная дверь. Он вышел на трап и тяжело вздохнул. Замечательно.       – Двигайся, – приказал Кинг, следуя за Барри по трапу на взлетно-посадочную полосу, где справа от него стояла небольшая группа федеральных агентов и несколько мужчин и женщин в костюмах, а слева – небольшая группа солдат армии, а рядом были припаркованы три больших черных внедорожника «Субурбан» с черными тонированными стеклами. Кинг повернулся к одной из женщин справа от него, одетой в строгий костюм.       – Мисс Каннингем, это мистер Барри Уильдон.       – Спасибо, мистер Кингстон. Мы займемся этим.       Кинг передал Барри, не обращая на него внимания, повернулся и подошел к солдатам, один из которых вышел вперед.       – Сэр, пожалуйста, пойдемте с нами.       Кинг дал знак солдату идти впереди, а сам последовал за ним к среднему «Субурбану», задние двери которого открылись для него, когда он подошел. Солдат отдал честь мужчине в машине, а затем был отпущен.       Кинг заглянул внутрь и покачал головой.       – А я-то думал, что вы будете на каком-нибудь поле для гольфа, отрабатывая свой замах назад. – Он сел рядом с красивым мужчиной лет шестидесяти, закрыв за собой дверь. – Генерал.       Генерал усмехнулся и пожал протянутую руку Кинга.       – Давно не виделись, Уорд. – Генерал постучал по стеклянной перегородке, и двигатель зарычал.       – Полагаю, это не дружеский визит.       – Нет. Кстати, ты хорошо выглядишь. Слышал, ты и ребята отлично справляетесь. Я горжусь тобой, сынок.       Кинг сглотнул комок в горле.       – Спасибо, сэр. – У них была общая история, нерушимая связь, закаленная в утратах, горе и секретах. Если бы кто-нибудь узнал настоящую причину, по которой их подразделение было отправлено в Сирию, их всех арестовали бы. Единственными, кто знал об этом, были генерал, короли, Джек, Джокер и те, кто не вернулся.       – Мне нужен твой совет.       Кинг не был человеком, которого легко удивить, но это определенно его удивило. У этого человека в распоряжении было все правительство США и его вооруженные силы. Зачем ему, черт возьми, нужен Кинг?       – У меня есть высокопоставленный агент, который работает над чем-то очень важным для нашего правительства. Дело в том, что он не... как бы это сказать? Он уникален. Гений. Когда дело доходит до программирования, ему нет равных, но во всем остальном он не так хорош. Мы поместили его в безопасное учреждение с командой, в которую входят некоторые из самых блестящих умов нашей страны, но он... ну, это чертовски запутанная ситуация. У нас есть небольшая армия, которая обеспечивает его безопасность, но он каким-то образом продолжает ускользать от них. Это сбивает меня с толку. Мы перепробовали все.       – Он должен понимать, что охрана нужна для его же защиты. Он сопротивляется?       – Нет. Я не знаю, как он это делает, но он исчезает. Нам нужно, чтобы он закончил этот проект, но он сильно страдает, и я уже на пределе. Вашингтон ждет результатов, и если их не будет, они начнут добиваться их силой, и мы с тобой оба знаем, что это значит, но с ним это не сработает. В конце концов, они убьют его, Уорд.       – Вы должны найти кого-то, кто сможет работать в рамках его потребностей, а также обеспечить, чтобы его безопасность оставалась приоритетом. Это балансировка. Речь идет о создании идеальной среды, в которой он сможет функционировать, но которая также будет служить местом комфорта и безопасности.       – Ты абсолютно прав, – ответил генерал, выдохнув. – Я знал, что разговор с тобой был правильным решением. Ты отлично справишься.       Кинг моргнул.       – Простите? – Он рассмеялся. – О нет. Я закончил.       – Уорд, ты мне нужен. Это должен быть ты.       – Нет. – Кинг скрестил руки на груди, чувствуя, как будто его живот наполнен свинцом. – Я играл по правилам, сделал свою часть работы. Я уже достаточно пожертвовал.       – А я нет? – прорычал генерал, и в машине воцарилась тишина.       Кинг отвлекся на окно, ненавидя этот разговор, который возвращал его в прошлое. Все должно было закончиться. Он гордился тем, что служил, но с этим было покончено.       – Прости. Я знаю, о чем прошу тебя.       – Правда? Потому что мне кажется, что вы просите меня снова взяться за Вашингтон.       – Нет. – Мягкий тон генерала заставил Кинга повернуться к нему. Страх в его глазах застал Кинга врасплох. – Я прошу тебя защитить моего сына.       Кинг замер на месте, не уверенный, что правильно расслышал.       – Он для меня все, Уорд. Если один из этих ублюдков до него доберётся, я не должен тебе объяснять, что будет.       Они заставили бы его исчезнуть, и генерал никогда бы больше не увидел своего сына, а если и увидел бы, то уже мертвым.       – Уорд, пожалуйста.       Кинг закрыл глаза, сделал долгий ровный вдох и медленно выдохнул. Он поднял взгляд и посмотрел генералу в глаза.       – Ладно. Я защищу вашего сына.