Ночное небо в твоих глазах

Кхаотан не видел Фёста несколько лет и только сейчас понял это. Было всегда так нормально видеть Фёста рядом с собой. Тихого, ладящего, кажется, со всеми в классе, забавного парня. Фёст был странным, но никто никогда не возражал, если он неожиданно подходил и участвовал в разговоре компании. Кхаотан никогда не относился к Фёсту как к кому-то особенному, но и обычным одноклассником он тоже не был. Он чувствовал еле заметную связь между ними, замечал, что Фёст чаще и больше всего общается в компании Кхаотана. Но прежде, чем Кхаотан понял, как он относится к Фёсту, они выпустились. И вот он видит Фёста: подкаченного, высокого, с маллетом, который ему очень шёл. Он одет в синие джинсы, белую футболку с принтом и чёрный бомбер. Тихий Фёст, которого знал Кхаотан, широко улыбается, входя в бар, и громко всех приветствует. Кхаотан даже не понимает, что засмотрелся. Улыбка парня буквально слепит его, а глаза, такие глубокие, цвета кофе, заставляют утонуть в них. Он не может оторваться, пока бывший одноклассник не толкает его в бок, спрашивая: «Ты чего застыл?» Кхаотан неловко улыбается и отвечает: «Ничего, всё в порядке». В порядке ничего не было. Фёст активно участвовал в беседе с одноклассниками, улыбался во все тридцать два, а смех его был громким, заразительным. Танават чувствовал невероятный трепет в груди каждый раз, когда старший смеялся, и он не мог сдержать улыбку. Канапхан ни разу не заговорил с ним напрямую, но кивнул в знак приветствия. У младшего будто все слова, даже банальное «Привет», застряли в горле, и парень никак не мог выдавить хоть что-то из себя. Он беспомощно кивнул в ответ, но с небольшим опозданием. В какой-то момент Кхаотан начал задыхаться. Воздух в баре слишком нагрелся, ладони были потными и даже пиво, которое пил парень, было тёплым. — Я пойду покурить, — бросил поспешное Кхаотан и чуть ли не бегом вышел из бара. Танават не курил. И все одноклассники об этом знали. Однако парня не остановили, потому что все всё поняли. Каждый за их столом заметил, что, когда пришёл Фёст, душа компании и вечный весельчак, Кхаотан стал ниже травы, тише воды. Прохлада вечера остужала голову и успокаивала. Кхаотан вдохнул полной грудью и положил руки на грудь. Улица была тихой, лишь из бара доносился небольшой шум, небо было тёмным без облаков, а фонари красиво светили жёлтым светом. Танават искренне не понимал, что с ним происходит, почему у него была такая реакция на Фёста. Он пытался не думать об этом, просто вдыхать прохладный воздух. Дверь бара открылась. Кхаотан обернулся через плечо и увидел Фёста, направляющегося к нему. Их взгляды встретились, и Фёст тепло улыбнулся. По какой-то причине Танават почувствовал волнение, он смутился и тут же отвернулся. Фёст молча встал рядом с ним. Они стояли слишком близко, плечо к плечу. Кхаотан всеми силами пытался смотреть на небо, на фонарь, на что угодно, но не на Фёста. Однако получалось у него плохо. Фёст стоял с расслабленным выражением лица, его руки были спрятаны в карманах. Канапхан дышал прохладным воздухом, Кхаотан видел, как его грудь незаметно вздымалась. — Мы давно не общались, не так ли? — Фёст первым прервал тишину, пока Танават незаметно наблюдал за ним. Кхаотану потребовалось несколько секунд, прежде чем до него дошёл смысл фразы. Он тут же снова перевёл свой взгляд вдаль. — Д-да… давно… — Как ты поживал? Голос Фёста был низким, тон спокойным, и Танават в эту секунду думал о том, что это самый красивый голос, который он когда-либо слышал. Хотелось, чтобы парень говорил без остановки, неважно что, он всё равно будет слушать. — Неплохо, — Кхаотан тихо выдохнул, — учусь на литературном, подрабатываю в книжном. У меня всё хорошо. А ты как? Танават посмотрел на Фёста, чей взгляд был направлен куда-то вдаль. Его губы были приподняты в лёгкой улыбке. Чёлка почти закрывала глаза парня, и Кхаотану очень хотел её поправить. — Тоже хорошо, — ответил Канапхан, — учиться на журфаке довольно весело, мне нравится. В этот момент Фёст посмотрел на Кхаотана. Танават слышал стук своего сердца, как оно заходится и молил всех богов о том, чтобы старший этого не услышал. Фёст улыбался, младший теперь это чётко видел, как и его глаза — ночное небо с бессчётным количеством звёзд. Танават не знал, что ответить. Ему было неловко, он волновался как никогда в жизни, хотелось побыстрее вернуться в бар. Среди людей, где Фёст не так близко, намного спокойнее. Он кивнул и снова отвёл взгляд. Какое-то время они снова провели в тишине. Лёгкий ветер трепал волосы Кхаотана и посылал гору мурашек. Он так спешил выйти на улицу, что забыл накинуть куртку, и теперь потихоньку замерзал. Краем глаза Танават смотрел на Фёста. На его линию челюсти, родинку на подбородке, прямой нос и розовые губы. Он испытывал невероятное желание часами вглядываться в лицо старшего и находить малейшие детали. — Не хочешь обменяться номерами? — Канапхан повернулся к младшему лицом, и Кхаотан тут же перевёл взгляд, чувствуя будто его поймали за чем-то непристойном. — Что? — Дашь свой номер, Кхаотан? Мозг Кхаотана отчаянно пытался соображать, но выходило плохо. Кхаотан потерялся в глазах парня напротив и никак не мог собрать слова в кучу. — К-конечно, — запоздало ответил он, — вот. Танават протянул свой телефон. Фёст быстро записал номер и передал смартфон обратно. — Я отправил тебе сообщение в LINE. Давай возвращаться? А то становится прохладно. Кхаотан мог лишь кивнуть и прошмыгнуть вперёд Фёста, спасаясь в тепле и шуме бара.

***

Кхаотану казалось, будто у него открылось второе дыхание. Если он не учился и не работал, то проводил всё своё время с Фёстом. Если же они не могли встретиться, то бесконечно переписывались. Младший физически чувствовал потребность написать Фёсту, постоянно искал поводы это сделать. Он присылал ему фотографии уличных котов, мемы из тиктока или жаловался на противных посетителей книжного. И Фёст всегда отвечал. Отвечал так быстро, будто сидел и ждал сообщения от него. Подходил к ответу со всей серьезностью и энтузиазмом, даже если это была какая-то незначительная вещь. Кхаотан чувствовал трепет в груди от каждого его сообщения. Они часто виделись. Канапхан звал Кхаотана в кофейни, кинотеатр и даже зоопарк. Кхаотан — на велосипедную прогулку, парк аттракционов и книжные. Младший чувствовал невероятный комфорт и счастье, болтая с парнем о жизни, книгах и музыке, смеялся с его глупых шуток и с каждым днём терялся всё сильнее. Терялся в глубоких глазах Фёста, в его заразительном смехе, в очаровательной улыбке и теплоте объятий на прощание. Канапхана стало так много в жизни Танавата, но ему казалось, что этого недостаточно. Ему нужно чаще общаться с Фёстом, созваниваться по фейстайму, видеть его лицо. Слышать его голос, видеть как он запрокидывает голову от смеха и вдыхать запах его одеколона. И тогда Кхаотан понимает — ему нравится Фёст. Не как бывший одноклассник или друг, а как парень. Сначала Танават убеждал себя в том, что это совершенно нормально хотеть часто видеться и общаться с Фёстом, ведь он такой интересный собеседник и хороший друг. Ему было с ним весело и комфортно. И нет ничего странного в том, что Кхаотан хотел касаться Фёста, держать его за руку и обниматься, ведь младший был очень тактильным человеком. Однако всё изменилось, когда Танават впервые подумал о том, чтобы поцеловать Фёста. Они сидели в кофейне, обсуждали книгу, которую младший недавно прочитал, и Фёст достал из своей сумки гигиеническую помаду. Кхаотан не придал этому значения, старший часто пользовался ею, так как его губы вечно сохли. Но по какой-то причине именно тогда он посмотрел на губы Фёста, как парень аккуратно наносит средство на них, и Кхаотан впервые заметил, насколько у Канапхана пухлые губы. Младший буквально не мог оторвать взгляд. Фёст несколько раз причмокнул губами, распределяя помаду равномерно. Теперь его губы слегка блестели, и Кхаотан чувствовал невероятное желание поцеловать, почувствовать пухлость и мягкость его губ, ощутить вкус гигиенической помады. Кхаотан пришёл в себя только тогда, когда старший позвал его. — Кхао, всё хорошо? — спросил Фёст, встревоженно глядя на парня. — Д-да, всё отлично! — прощебетал он. Сердце по какой-то причине забилось быстрее, и младший чувствовал своё волнение на кончиках пальцев. — Просто задумался немного. — Хорошо, — Фёст улыбнулся и перевёл тему. Уже дома Кхаотан раз за разом проматывал этот момент в своей голове, вспоминал губы Фёста, и это вызывало трепет в груди. Он был в ужасе от своего желания поцеловать старшего, совершенно не понимания откуда взялось это желание. Через некоторое время бесконечных дум он пришёл к простому и очевидному выводу — Фёст ему нравится. Танават искренне не хотел верить в это, но по-другому своё поведение объяснить не получалось. — Кажется, это было неизбежно, — сам себе сказал Кхаотан, смотря в потолок. Он сделал тяжёлый вздох и заключил, что в этом случае нужно просто смириться. Дружбу с Фёстом рушить никак не хотелось, поэтому парень решил скрывать чувства. «Тем более это может быть временно». — подумал он. — «Может быть, скоро всё пройдёт».

***

Чувства к Фёсту не проходили. Они, казалось, с каждым днём становились всё сильнее, и Кхаотан уже не мог им сопротивляться. Каждое сообщение Фёста вызывало трепет в душе, из-за каждой его улыбки Кхаотан зависал и терял счёт времени, настолько она была прекрасна. А каждое прикосновение заставляло сердце на секунду остановиться и ухнуть вниз, в желудок. Танават будто заново родился. Он с новыми силами ходил в университет и на работу, на лице всегда была улыбка, как бы тяжело ему не было. Даже окружение парня стало подмечать, что он будто бы сияет. «Неужели у тебя кто-то появился?» — спрашивали все, и Кхаотан неловко отводил взгляд и в отрицании качал головой. Кхаотан не строил воздушных замков и не был наивным. Он прекрасно понимал, что его чувства могут быть невзаимными, и поэтому держал их в секрете. Дружба с Фёстом была ему намного дороже, и потерять её он никак не мог. Но Танават был обычным человеком — крохотная надежда, что Фёсту он тоже нравится, не покидала его. Иногда он задумывался о том, почему старший так хорошо к нему относится? Почему сам попросил его номер телефона, хотя они столько лет не виделись? Однако быстро отмахивался от этих мыслей, напоминая себе, что у него в приоритете дружба с Фёстом, а не отношения. Так прошёл месяц. Между Фёстом и Кхаотаном ничего не изменилось. Они всё так же часто виделись и переписывались. Кхаотан всё так же прятал свои чувства, а Фёст всё ещё был самым лучшим человеком на свете. Был вечер, и на этот раз они решили посидеть на набережной. На улице было уже не так жарко, дул прохладный ветерок, а обжигающее солнце садилось за горизонт. Парни накупили различных закусок и пару банок пива и расположились на одной из скамеек. Они болтали ни о чём. Фёст рассказывал, как прошёл его день, Кхаотан — про последнюю поездку в родительский дом. Расслабленные алкоголем они громко смеялись, не стесняясь прохожих. Кхаотан смотрел на медленный закат, за окрашенным в оранжевые и розовые цвета небом и думал о том, что не хочет, чтобы этот момент заканчивался. — Знаешь, — начал Фёст, — а ведь я был влюблён в тебя, когда мы учились в школе. Кхаотан застывает. Его сердце будто бы останавливается и ухает тяжёлым камнем в желудок. Он надеется, что ему послышалось. Парень перевёл взгляд с неба на Канапхана, смотря на него с широко открытыми глазами не то от удивления, не то от непонимания. Фёст не смотрел на него. Он всё так же смотрел вдаль и, расслабленный, с лёгкой улыбкой на губах потягивал пиво. В голове Кхаотана проносился целый рой мыслей, и ни за одну он не мог зацепиться. «Был влюблён в школе?» Когда? Почему Кхаотан этого не заметил? И почему в прошедшем времени? Неужели чувства Фёста успели остыть до того, как сам Кхаотан влюбился? В глазах начало неприятно щипать, и Кхаотан сильнее вцепился в банку пива. — Был влюблён? — голос младшего был тихим, на уровне шёпота. Он уже не смотрел на Канапхана — взгляд уставился на кроссовки. Кхаотан чувствовал, как предательская слеза стекает по правой щеке, и он старался дышать тихо и медленно, чтобы не сорваться на жалкий всхлип. — Ага, — спокойно отвечает Фёст, — поэтому я так часто тусил именно в твоей компании. Хотелось быть к тебе ближе. — Понятно, — младший кивнул и замолчал. Хотелось сбежать. Схватить вещи, ничего не объяснять и сбежать домой как самый настоящий трус. Потому что было больно и обидно. Кхаотан так старательно убеждал себя в том, что ему не нужна взаимность Фёста, но в глубине души сильно надеялся, что всё отношение старшего было не просто так. Кхаотан так сильно надеялся, что тоже нравится ему. — Ты в порядке? — Канапхан заметил, что младший притих, и посмотрел на него. — Тебе плохо? — Немного. Кажется, я перепил, — Кхаотан неловко улыбается, старательно избегая взгляда Фёста. — Пожалуй, я пойду. — Давай я провожу тебя. — Нет! — Кхаотан выставляет руки вперёд, останавливая парня. — Всё хорошо, спасибо, я сам дойду. Пока! Кхаотан хватает свои вещи и, не оборачиваясь, быстрым шагом уходит. Какая-то его часть надеется, что Фёст последует за ним. Однако Фёст остаётся на прежнем месте, на скамейке, и Кхаотан больше не сдерживает слёз, рвущихся наружу.

***

Сердце Кхаотана разбилось, разлетелось на тысячи осколков, словно оно было стеклянным, и вот его случайно уронили, не удержав в руках. Кхаотану больно. Он перестал отвечать Фёсту на сообщения. Каждый раз, видя уведомление о новом сообщении от него, на глаза наворачивались слёзы, и парень выключал телефон, ставя режим «не беспокоить». С его лица пропала прежняя приветливая улыбка. Все пары он рассеянно смотрел в окно, не реагируя ни на слова преподавателей, ни на друзей. А на работе взял больничный на неделю. Танават перестал видеть смысл хоть в чём-то. Он по несколько часов в день просто лежал на кровати и смотрел в потолок, думая о Фёсте. О том, каким же дураком Кхаотан был, раз подумал, что его чувства могут быть взаимны. Эти мысли вызывали боль, которая комом застряла в горле. В груди была невыносимая тяжесть, которую Кхаотан никак не мог скинуть. Он засыпал со слезами на глазах, когда настолько уставал, что просто не мог оставаться в сознании. В квартире раздался звонок в дверь. До того, как Кхаотан осознал, что звонят в его квартиру, в дверь начали стучать. С мокрыми глазами, в домашних спортивных штанах и кофте на несколько размеров больше парень поспешил в прихожую, недоумевая, кто бы мог к нему прийти. Кхаотан открыл дверь, и его сердце заново собралось из осколков. Оно сжалось в груди, а дыхание перехватило. Перед ним стоял Фёст. Запыхавшийся, с растрёпанными волосами и тяжёлым дыханием. Он всё ещё был одет в университетскую форму, белая рубашка и синие джинсы, будто бы сразу после пар побежал к Кхаотану. — Кхаотан, — Канапхан делает глубокие вдохи и упирается руками о колени, — Слава Богу ты открыл. — Фёст… Младший не знал, что делать. Он даже не осознавал, как сильно скучал по Фёсту. По его низкому голосу, очаровательной улыбки и таким красивым глазам. Парень был одновременно и счастлив, и невероятно волновался, не понимая, зачем старший пришёл к нему. — Как ты узнал, где я живу? — спросил он. Его взгляд метался с парня на пол. — Спросил у нашего бывшего одноклассника, — Канапхан наконец-то отдышался и выпрямился. Он смотрел прямо на Кхаотана и в его глазах читалась тревога. — Ты в порядке? Почему ты не отвечаешь на мои сообщения? — Я просто… Всё хорошо, правда. Кхаотану снова захотелось сбежать, прямо как тогда на набережной. Хотелось закрыться в квартире, спрятаться под одеялом и больше никогда не выходить. Он видел, что старший искренне переживает за него, и от этого становилось в сто раз больнее. — Кхао, — говорит Фёст, — пожалуйста, поговори со мной. Канапхан подходит ближе, между ними всего несколько сантиметров. Кхаотан понимает, что если он попробует закрыть дверь, то парень с лёгкостью её остановит. Глаза снова начали наполняться слезами. — Со мной… всё в порядке, — Танават делает шаг назад, — пожалуйста, уходи. — Но я же вижу, что всё не в порядке! Пожалуйста, Кхаотан, я очень… — Ты мне нравишься! Фёст хотел сделать ещё один шаг, но тут же остановился. Кхаотан больше не мог выносить этого — эту боль, эти глаза, в которых была только тревога за него, этот голос. — Ты нравишься мне не как друг. Я влюблён в тебя, Фёст, — Танават поднимает глаза на старшего и видит замешательство на его лице. — И я не надеялся на взаимность, я не хотел признаваться, я хотел дружить с тобой! Но потом ты рассказываешь мне, что был влюблён в меня в школе, и это так больно, так больно, что я не смог этого вынести. Кхаотан чувствует, как его потряхивает. Его плечи и правая рука, всё ещё держащая ручку входной двери, дрожат. Глаза неприятно щиплет от сдерживаемых слёз. — Я понял, что я не могу дружить с тобой, Фёст, — он делает судорожный вдох. — Я хочу быть с тобой как твой возлюбленный. Обнимать тебя когда захочется, держаться за руки, целоваться. Я правда старался вести себя как обычно, но я просто… Фёст за секунду сокращает расстояние между ними и целует Кхаотана. Прикасается своими пухлыми губами к губам младшего всего на несколько секунд, но этого хватает, чтобы Танават забыл все слова, которые только существуют в тайском языке. Он замирает и забывает, как дышать. Старший медленно отстраняется и, сохраняя между их лицами буквально миллиметры, смотрит прямо в глаза Кхаотану. На его лице расцветает нежная, влюблённая улыбка. — Прости, что заставил тебя страдать, — Фёст аккуратно поднимает левую руку и кладёт её на щёку Кхаотана, ласково поглаживая большим пальцем. — Я всё ещё в тебя влюблён. Глаза Танавата расширяются в удивлении, он не в силах заговорить или пошевелиться, боясь спугнуть момент. — Я влюблён в тебя со школы и до сих пор, я ни дня не забывал о тебе, — глаза Фёста полны невероятной нежности, младший чувствует, как он снова тонет во взгляде парня. — Тогда на набережной я сказал это просто для того, чтобы ты хотя бы так узнал о моих чувствах. Потому что я никогда не надеялся на взаимность. И в этот момент Кхаотан выдыхает, не заметив, что задержал дыхание, и чувствует невероятное облегчение. С его плеч будто спустили тяжёлый груз. Слёзы начинают катиться градом по его щекам, он больше не мог и не хотел их сдерживать. Парень бросается в руки Канапхана, обнимая его за плечи. Фёст сначала удивляется, но уже спустя секунду одной рукой обхватывает талию Танавата, а второй гладит затылок в утешительном жесте. Он шепчет младшему нежности, успокаивая его, ни на секунду не выпуская из тёплых и таких надёжных объятий. — Кхао, — прерывает Фёст тишину. Его голос тихий, тон ласковый, — ты будешь моим парнем? И Кхаотан, всё ещё плача в руках старшего, очень много раз кивает и крепче обнимает его. Канапхан шепчет «Спасибо» и утыкается носом в плечо Канапхана. Теперь они вместе и больше никогда не расстанутся.