Среднестатистическое фэнтези

      В этот солнечный день королевская семья принимала гостей из соседней Империи. - Принцесса Мира, для меня огромная честь быть представленным вам, - изящной руки в тонкой перчатке из куриной кожи коснулись маслянистые губы принца Якова, чье расплывшееся во все стороны тело по его словам обильно потело только от ужасной летней жары, даже не смотря на лёгкие одежды - Действительно, - скептически протянула рыжеволосая девушка в длинном лазурном платье из шелка украшенное по вороту и рукавам беличьим мехом, под которым был не только затянутый на максимум корсет, но и положенные нижняя льняная рубашка и широкая фижма. Мира мысленно возносила благодарности богам за то, что ее любимая мода в очередной раз спасает положение. - Безумно надеюсь на благополучные переговоры о нашем браке! - отпустив стиснутую ранее руку, Яков начал протирать лоснящееся лицо шелковым платком. - Безумно, - рыжая бровь дернулась.       

***

- Эй, ты! - из-за стойки вышла ранее протирающая пивные кружки миниатюрная девушка с собранными чтобы не мешались в бублики по бокам волосами. Суконное коричневое платье так же для удобства было обрезано до колен, открывая вид на сильные ноги       Высокий под два с половиной метра ростом мускулистый мужчина, покрытый сине-бордовой чешуей с распахнутыми за спиной неуклюже застыл, так и не переступив порог харчевни, когда малюсенький для него ноготок уткнулся в грудь. Зои зловеще посмотрела на несчастного посетителя, встав на цыпочки. - На стене перед дверью написано, - при новом слове трактирщица вновь и вновь тыкала в широкие мускулы пальцем, - где сказано, что демонов обслуживаем на открытой площадке, - последние слова были уже произнесены настоящим шипением, когда от неуклюжести несчастного дверной проем начал жалобно стонать. Увы, но заскачившему за пивом парню пришлось пятиться спиной назад. - Так-то лучше.

***

      По гравийной дорожке вокруг королевского дворца прошел караул, на который с предложением из башни смотрела Мира. - ...Семь, шесть, пять, четыре, три, - наконец стража скрылась за поворотом, и принцесса выбросила в окно связанные друг с другом шторы и гобелены, досчитав скороговоркой последние цифры. Проверив, хорошо ли она привязала импровизированную верёвку к опорной балке, она выпрыгнула из окна, со всей силы хватаясь за узлы, чтобы не скользить, держа подол платья принадлежащего одной из служанок в зубах. - Рад он, - слюнявя ткань, рыжая уверенно сползала вниз, - брак ему подавай, - на несколько секунд остановившись, чтобы зубами зажевать подол, дабы тот не цеплялся за охотничьи сапоги, продолжила.       Вдруг, из-за угла, куда свернули стражники послышался металлический лязг. Застонав, Мира страдальчески уткнулась лбом в замковую стену, слегка сдирая об шершавый камень кожу. - Принцесса! - крики приближающихся воинов были полны первобытного ужаса. И спустя мгновение она почувствовала, что воспарила, от неожиданности отпустив не только связку тряпья, но и подол. Подняв голову, выпученными глазами Мира узрела огромное грязное чешуйчетое брюхо. - Пи...

***

       -...роги сгорели! - Зои перестала вытягивать разбушевавшихся пьяных эльфов за и без ее помощи длинные уши. Бросившись на кухню, девушка узрела не только стоящий под потолком черный дым, но и мелких бесов, бегающих от деревянных полов до поддерживающих брусьев, поджигая их.       Мило улыбнувшись застывшим от неожиданности вредителям, пойманным на месте преступления, Зои достала свои любимые ножи, хищно сверкающие в свете распространяющегося пожара. - Вам конец, - все ещё улыбаясь, слишком радостно возвестила трактирщица.

***

      "...Запись от усемного дня пятого, посевного, месяца тресатного года бурь энохального наступления.       Известну тропу, что путниками обознанана не иначе, чем "Трактом Пожирателя", мною была обыскана, но бесчестного уврагу не сыскала, не слыхала. Иметь мною усом, что вэк увраг уйти в иные нески..."       Отложив в сторону уголёк, которым делала записи в толстом толмуде из выделенной человеческой кожи, девушка в местами прохудившихся доспехах размяла шею, покрутив той и плечами в разные стороны. Толстая коса пурпурного цвета скатилась со склоненной спины на плечо, едва не угадив в пламя костра, над котором нанизанный на толстую ветку жарился небольшой грызун, слишком смахивающий на внебрачного сына бобра и крокодила. Руми тоскливо вздохнула, когда ее живот начал кричать, стоило носу уловить начинающие исходить от чешуйчатой шкурки запахи. Под нотами зелёных незрелых кислых яблок аппетитные аккорды жареного мяса. Слюнки просто текли, стоило этим "яблокам" наливаться.       В один из моментов, когда девушка начала с надеждой смотреть, как чешуя начала отходить пластинками и падать в огонь, а из теперь уже беззубой пасти через дырку, где раньше были мощные резцы начала вытекать чернильного цвета кровь, над редкими полуголыми еловыми деревьями раздался торжествующий трубный рев, сопровождаемый едва уловим человеческим криком. - Это не мое дело, - откинувшись на стоящее за спиной полудохлое деревце, Руми прикрыла глаза, дабы не видеть, как в небе неподалеку летит матёрый дракон, разменявший не одно тысячилетие, который похоже и был тем чудищем, который жрал как теперь она понимает и местных путников.       Но не прошло и пары минут, как послышался странный гул. Затем, под ободранными о придорожный сущостой запрыгали малюсенькие камушки. Протяжно вздохнув, она открыла глаза, понимая, что всё-таки сам мир говорит ей, что придется переться в уже износившихся кожаных сапогах по остому гравию поднимающихся скалистых предгорных холмов. Главное, чтобы полуголые чумазые эльфы ей не меш... - А?       Карие глаза вылупились на пробежавшую сквозь то, что с очень большой натяжкой можно было бы назвать подлеском, толпу подпаленных ушастых, чьи одежды в большинстве своем были изрезаны в свисающие неровные лоскуты.       Сложив вместе безымянный, средний и указательный пальцы, Руми провела перед собой вертикальный круг, будто отгоняя недоброе знамя.

***

      Пещера была узкой и длинной, поэтому ящер, чье тело напоминало бочку, таким отъевшимся оно было, снача закинул визжащую вкусно пахнущую добычу. Мясной комок, с глухим стуком ударившись об один из достаточно высоких сталагмитов, чтобы не напороться на онный, едва слышно застонал.       Шипяще фырча, дракон начал волоком затаскивать вслед за своими передними лапами свое массивное тело, а после и неуклюжие задние лапы, в которых путался весьма длинный тонкий хвост. Его ждал весьма изысканная на вкус трапеза.

***

      Мира могла поклясться, как ее позвоночник трещал после удара об острые каменные шипы. Ободранными в кровь об гальку ладонями она попыталась приподняться, но от боли, отдающей в ребра от любых прилогаемых ею усилий вновь упала, загнано дыша в сырую землю пещеры. В нос ударял запах плесени и моха, перекрывая тухлятину от разлагающихся чуть в стороне чьих-то останков, среди которых угадывалась как оторванная человеческая голова с вывалившимся изо рта разбухщим языком, так и обглоданная кость с копытом какого-то крупного животного, в то время как все остальное в куче больше походило на жидкий фарш и перемолотые кости.       К горлу подкатывала тошнота. Голова била пульсацией от кровоточащего затылка, вызывая в глазах разноцветные круги.       Ничего, медленно думала угосающим сознанием принцесса, я этой твари поперек горла встану.

***

      Жаркий летний день подходил к концу. Солнце уже ушло за горизонт, освещая последними лучами далёкое небо. Духота в воздухе возвещала о скором дожде, который придет вместе с плывущими к горам тяжёлыми тучами.       Наступает очередная ночь.