Оковы

Они стояли на краю барьера хижины и происходившим за ее пределами апокалипсиса, который последний раз зажегся до полного затухания. И этот последний раз был самым больным. Стоя по разные стороны, они смотрели друг на друга с противоположными мыслями — Стен, ты не правильно понял! — Жалобно говорил Форд, он никогда не видел брата таким подавленным. Вот, вот конец, обычная жизнь, только без родного брата, который прошел с ним весь путь, и в конце этого кошмара просто может взять и уйти, вставив на последок нож, в самое сердце. — Стен! Стен! Прошу! Дай мне объяснить! — Кричал в след уходящему брату Форд. — Билл, дай мне минуту, обещаю, обещаю, вернусь, дай, всего одну! — Шестопал посмотрел на Билла и увидел кивок Минута пошла. Форд забежал в дом и нашел Пайнса на кресле, понуро опустив голову. Послышался такой непривычный всхлип брата. 40 секунд. Он присел на колено перед братом и посмотрел на него скорее всего в последний раз — Стен, послушай. Я не мог, слышишь, не мог по другому, обещаю, братством нашим клянусь, я вернусь! — Он его обнял. Стенли был хладнокровен, сделав для себя выводы. Он понял, что человек, который заменил после их восседения смысл жизни ушел. Ушел к их общему врагу. Хотя, переступив однажды через порог хижины Форд станет ему врагом, хуже Шифра — Форд, уйди. — Стен поднял глаза, с намокшими ресницами и ненавидел себя, что показал ему эмоции, что тот ему дорог, как никто в этом мире. — Ты мне не брат больше, прочь! — Стен... — Форд, поднявшись ушел, закрыв за собой дверь. Минута, даже полторы закончились Все. Теперь он на стороне Билла. Но только физически, его сердце всегда будет принадлежать только Пайнсам. Племяшки смотрели через стекло на чердаке до самого конца провожали их взглядом. Как же больно тогда было Форду. Но его шея была туго сжата цепью, из-за чего он мог только идти за Биллом Форд обязательно вернется. Поздно ночью или рано утро. К началу весны или к концу лета. Этот день настанет, рано или поздно, Форд никогда не предаст свою кровь — Форд..? — Стен, я же обещал