его душа

тишина. наконец-то. рыжий парень устало шагает по коридорам здания портовой мафии. босс его сегодня изрядно нагрузил работой. и вот, осталось одно, последнее и самое легкое задание — отнести бумаги с отчетами в кабинет. чуя устало передвигает ногами, стирая подошву на ботинках о пол.  руки с трудом держат бумаги от усталости, так, что листы еле заметно подрагивают.  подросток резко останавливается. что это? у него галлюцинации появились от переусердствования?  медленная мелодия эхом раздается по до этого тихому этажу. она исходит из закрытой двери в самом конце коридора.  кто это там играет?  красивое звучание нот сопровождается тихим постукиванием старых клавиш. пианино расстроено, но это делает мелодию только необычнее.  «ох, наверно это не моё дело.» — подумал парень и зашел за угол, но остановился. мелодия ускорилась. что-то неведомое ударило в голову, и чуя быстрым, но тихим шагом пошел к двери, из которой исходила музыка.  он аккуратно приоткрывает дверь, пытаясь не издавать лишнего шума, дабы не спугнуть музыканта. он заходит внутрь, приглушенный и теплый свет окутывает комнату. за пианино сидит..осаму? чуя думает на секунду, что совсем сошел с ума.  осаму дазай. мой..напарник. его худые, изящные пальцы мягко стучат по клавишам, будто лаская их. по комнате распространяется мелодия. она..берет за душу. у чуи перехватывает дух, когда пальцы начинают быстрей передвигаться по пианино, а сам осаму слегка покачивается, будто проникаясь мелодией. он проживает её — и от этого хочется упасть на колени. выронить все листы — пусть их белизна закружится в полумраке, будто снег среди тьмы. хочется..заплакать. что-то сжимается внутри от этой картины и звучания. чуя будто только что узрел настоящего осаму дазая. его душу. она хрупкая и звонкая, как хрусталь. чуя вдруг подумал, что ему хочется раствориться в этом моменте и остаться в нем навсегда. провести свою вечность в этом моменте, наблюдать, как мягко пальцы осаму трогают клавиши, как легко покачиваются его волосы и плащ от почти аристократичных движений. слушать мелодию и проникаться ей до глубины души. вслушиваться в каждую ноту, каждый стук клавиш, скрип старого дерева. собирать это все в один до ужаса прекрасный пазл. смотреть на него и чувствовать, как по щекам стекают слезы.  парень положил стопку бумаг на пол и прошел через пустую комнату к своему напарнику. он встал за его спиной и наблюдал, как изящно бегают его пальцы друг за другом перебирая клавиши. осаму, до этого сидевший с закрытыми глазами, чуть их приоткрыл. он поднял голову и посмотрел на чую. его каштановые волосы упали вниз, открывая лицо. теплый свет охватывал его, делая акцент на золотисто-коричневых глазах. его руки все ещё играли на пианино, пока сам дазай осматривал с легкой улыбкой лицо чуи. на лице не было привычных бинтов, закрывающих его прекрасные глаза.  сердце чуи пропустило удар. он впервые видел осаму таким..живым? настоящим?  его глаза сияли, мягкая улыбка вызывала трепет, а не ужас.  что это за чувство? накахаре вновь вскружило голову, и он поддался неведомой силе внутри, которая тянула его к осаму. чуя провел рукой по его лицу, убирая маленькие прядки. он наклонился и невесомо коснулся губ осаму. они были сухие, с маленькими трещинками, но до безумия приятные. задержав свои губы на пару секунд на чужих, чуя отстранился. он вдруг осознал что только что сделал. — осаму..— дазай смотрел на своего напарника с..удивлением? на его лице было непривычно видеть подобную эмоцию - это ведь дазай осаму, холодный убийца. почему же его глаза в этот момент сверкали? будто блестели от подступивших слез…это так необычно. это так приятно — видеть его таким.  — чуя..спасибо. — на лице у брюнета появилась легкая улыбка. он повернулся лицом к чуе.  — спасибо? за что, дазай? — чуя потерянно посмотрел на парня. осаму встал напротив. их разделял всего один шаг. он поднял с пола взгляд на голубые глаза парня.  — спасибо что не ушел.