Семь минут в раю

Обычные студенты собрались в одной из комнат общаги, чтобы повеселиться и отдохнуть, после длинной и муторной сессии. Вроде ничего необычного, пока один из присутствующих не предложил сыграть в популярную игру "7 минут в раю". Правила игры были лёгкими для понимания, особенно на, не особо, трезвую голову некоторых. Два случайно выпавших человека запирают в шкафу на семь минут и дают свободу действиям. Можно просто сидеть и разговаривать, а можно и немного другое делать, все зависит от выбора и согласия двух сторон. Выбор двух счастливчиков решили определить обычным жребием, кто вытянет два одинаковых цвета те и идут в шкаф. По началу игра шла скучно, не было во истину интересных пар. До поры до времени. Саша вытянул листочек с красным концом и спешно оглядел комнату в которой собрались ребята. Глядя на руки присутствующих, в которых каждый держал листок, он выискивал красный. И тут его взгляд нашел то, что он искал: красный цвет. Подняв взгляд на человека, с которым он, по-видимому должен остаться на семь минут в тесноте и темноте, он увидел Илью. То что Яцкевич присутствовал в таком месте, как студенческая попойка, было неожиданно. Илья же лишь добро улыбнулся и двинулся ему на встречу. Большая часть компании затихла. Вот та самая неожиданная пара, тихоня-отличник и бурный тусовщик. Илья обогнул Сашу и направился к шкафу. Ермолаев двинулся следом. Кое-как поместившись внутри, он стал пытаться увидеть в темноте своего компаньона. Привыкнув к отсутствию света, Саша смог разглядеть Илью, честно говоря, лучше бы он оставался слепым, потому что к увиденному его ещё никто не готовил. Илья был очаровательным в своих очках, которые из-за тесноты скосились на бок. Его рубашка которая в начале вечера была строго застегнута на все пуговицы, теперь была расстегнута в начале на пару пуговиц, и из-за неудобного положения сидя, немного задралась обнажая кожу на теле. Саша мог поклясться, что ощущал горячие дыхание Яцкевича на своем лице. Их ноги сплелись и соприкасались чуть ли не везде. Спустя минуту их пребывания здесь, по крайней мере так казалось Саше, Илья решил сделать крайне опрометчивый поступок. Немного привстав и дав свободу Саше в ногах, чем тот непременно воспользовался устроившись поудобнее, Илья с совершенно невозмутимым лицом сел на Сашу, точнее на колени. Саша в миг задохнулся, а его глаза округлились до невозможного. Илья лишь продолжил смотреть на Ермолаева, с очень невинным лицом. Чуть привстав он снова сел, но уже ближе, Саша, каким-то невообразимым чувством, понял что он умрет если не сделает то что так долго ждал, когда если не сейчас. Ермолаев аккуратно положил свои руки на бедра Яцкевича и неспешно сжал, на что получил игривый взгляд исподлобья и странную ухмылку. Илья прижался к Саше, став ещё ближе, и опустил взгляд на губы напротив, быстро возвращая взгляд в глаза. Илья положил свои руки на шею и почувствовав горячую кожу, чуть направил вверх для удобства. Саша, следя за шальными глазами, что буквально раздевали и съедали его взглядом, принял правила этой игры и направил свою шею в нужную сторону. Илья быстро прижался губами к губам. По началу поцелуй был, спокойным, словно океан, они проверяли друг друга, смотрели как будет удобно и приятно. А после Илья перехватил инициативу и поцелуй стал страстным. Языки исследовали каждую частичку рта, руки Саши повели себя вверх под задранную рубашку, ощущение чужой горячей и гладкой кожи сводили с ума. Илюша, разорвав поцелуй, стал изучать шею, оставляя горячие следы и покусывая. Саша тяжело вздыхал и вдыхал. Стало душно, хотелось выбросить всю лишнюю одежду и продолжить, но тут парни услышали приближающиеся шаги, время вышло. Илья с молниеносной скоростью отстранился и сел как ни в чем не бывало. Спустя, примерно, десять секунд дверь открыла Кира, впуская прохладный воздух и выпуская ребят из шкафа. Выйдя наружу, никто вроде не заметил ничего странного, а Илья поправив очки, вновь стал обычным тихим студентом, от того человека который так жадно его целовал и похабно сидел на нем, не осталось ни следа. Возможно Ермолаев весь оставшийся вечер летал в облаках и не сводил взгляда с Ильи, но он правда не понимал, что с ним только что произошло. Этот эксперимент был слишком неожиданным, ещё более неожиданно было увидеть самого тихого человека на всем белом свете, в таком виде. Шея и губы до сих пор горели от недавних поцелуев, а в голове была надежда на повторение.