Good enough (to have a treat)

      — Я, по-твоему, ребёнок?       — Если сравнивать наш возраст, для меня — вполне.       Шанг Цунг одарил Бога Огня красноречиво презрительным взглядом накрашенных глаз. Единственное, что ему нравилось во всей этой абсолютно лишенной смысла вылазке, — у землян имелась удивительно сносная, даже стильная одежда, с кучей аксессуаров и побрякушек. Конечно, если у них были на это деньги, и, пусть колдун и скучал по своему более свободному, более подчеркивающему его суть и силу наряд, этот более современный человеческий образ подчеркивал всю красоту его тела. Особенно украшения на руках, на шее и в волосах. Нашлись даже очаровательные золотые серёжки и так походившие на его оружие коготки. При желании такими можно было даже кого-нибудь поранить.       И это всё, конечно же, оплатил Лю Канг. Тратить деньги, — интересно, откуда они вообще у божества? Он же Бог, ему деньги не нужны, — ненавистного тебе человека было вдвойне приятно. Бог Огня на это лишь терпеливо вздыхал, ожидая его снаружи примерочной, уже сменивший свою любимую, дурацкую одежду с кучей лишних дополнительных элементов на простую белую рубашку, с брюками и собранными в пучок волосами. Даже его глаза перестали светиться, приняв более человеческий, тепло-карий оттенок.       Увидев его таким, Шанг на мгновение замер, растерявшись и легонько нахмурившись. Как легко этому… существу было превратиться из ненавистного божества в обычного человека.       Фыркнув, колдун вздернул подбородок, махнув рукой, мол, я закончил. Куча украшений, которые, на удивление, смотрелись гармонично на нём, тихо звенели практически при каждом движении, и Лю Канг, терпеливо, хоть и напряжённо улыбнувшись, оплатил все его покупки.       Теперь на колдуне была распахнутая чёрная рубашка с тонкой, элегантной золотой вышивкой, брюки с высокой талией и куча золотых украшений, которые так правильно ложились на грудь там, где её не прикрывала ткань. Колдун даже лениво, очаровательно подмигнул одной из консультанток, заметив, как она пялится прямо на один из тонких, золотых сотуаров. Девушка тут же отвела глаза, заправляя волосы за ухо и стараясь подавить улыбку.       Эта часть была весёлой. Но теперь они переместились в парк аттракционов. И, если Шанга не тошнило уже от этого отвратительно приторного запаха сладостей, то от вида счастливых семей и детей его лицо перекашивалось, как от съеденной дольки лимона. С детьми и их слишком воинственными родителями у него были не самые приятные ассоциации.       И это он ещё не добился ответа на вопрос, что они здесь делают.       Шанг поёжился, деловито поправляя свои распущенные волосы.       — Если мы пришли посмотреть на то, как вон то огромное колесо с кучей людей свалится и покатится, давя всех на своём пути, я ещё смогу понять.       Лю Канг медленно и глубоко вздохнул, прикрывая глаза и стараясь, чтобы его улыбка не стала кривым оскалом.       — Ты вел себя достаточно хорошо и даже был весьма полезен последние два с половиной месяца. Считай это… вознаграждением.       Колдун скептически уставился на него, искренне надеясь, что это поможет Богу Огня почувствовать себя круглым идиотом.       — Во-первых, — я тебе не собачка, которую можно за лакомство обучить не грызть подушки. Чемпионов своих этим корми. Во-вторых, — мог бы просто мне заплатить, — тяжело и шумно выдохнул визави, цедя каждое слово сквозь зубы и поворачиваясь обратно к Колесу Обозрения, взглядом пытаясь выбить его из конструкции.       — Я заплатил. За одежду, — почти ехидно отозвался Лю Канг, поймав ещё один убийственный взгляд. — Наряжаться тебе, как я посмотрю, понравилось?       — Скорее тратить твои деньги, — злобно фыркнул Шанг, складывая рук на груди. — Твои монахи в курсе на кого ты все средства спускаешь?..       — Ты говорил, что в Храме тебе скучно. Здесь люди развлекаются.       Даже намёк на попытку развлекаться здесь был абсурдным, заставляя кровь закипать.       — Дети развлекаются, — прошипел колдун чуть ли не в лицо отвратительно спокойному божеству, резким движением напугав маленькую девочку, стоявшую рядом. — Я не ребёнок. Все развлечения здесь, — чистой воды идиотизм, я отупею, если проведу здесь хоть пять минут!       — Это, — единственное развлечение, на которое я могу тебя отпустить. Пока что, — безаппеляционно ответил Лю, дёрнув уголком губ. Кажется, он и сам немного потешался над реакцией колдуна.       — Отлично. Значит, я могу обойтись без твоего сиятельного сопровождения?       — Нет, — железно, но так же мягко отрезал Бог Огня. Шанг Цунг только устало вздохнул, потерев переносицу. Отвратительно. Он этого клоуна еле терпит, так теперь ещё и этот цирк выносить?..       Впрочем, если платит за всё он…       — Я всё равно не знаю, чем здесь заняться, — капризно и хмуро выдал Шанг, важно уперев руки в бока. — Здесь же всё…       Он неопределённо махнул в сторону парка, снова скривив лицо.       — Пошли. Я покажу.       Колдуна схватили за руку, ненавязчиво, но быстро потянув следом. Конечно, можно было сопротивляться, но хватка, пусть и была не сильной, но всё же достаточно крепкой и вырваться из неё шансов было мало.       — Очевидно. Никто другой не имеет столько опыта в занятии ерундой и растрачивании своего времени на дурачество со смертными, — тихо проворчал колдун, наивно полагая что в такой толпе и шуме его не услышат. Тем не менее, сразу после этих слов его дёрнули за руку, почти заставив споткнуться и больно вдавливая дорогие браслеты в кожу. Шанг Цунг молча поджал губы.       Спустя несколько аттракционов, раскритикованных колдуном, и ещё столько же детей, которые резко спотыкались, роняя свои сладости и царапая коленки, они подошли к палаткам с тирами, которые лениво оглядывал Шанг Цунгом.       — И это вы называете развлечением? Смотреть на то, как твои Чемпионы дерутся и то интереснее, — скучающе протянул он, рассматривая комически большого плюшевого белого медведя, которого уносила девочка вдвое меньше.       — Здесь за победу можно получить приз.       Колдун резко повернулся к Лю, вскидывая бровь.       — Детскую игрушку? Это смешно, — фыркнул колдун, пренебрежительно хмурясь и глядя в сторону американских горок. Забавно было бы, если у кого-нибудь там прямо сейчас отстегнулся поручень безопасности…       — Может, тебе понравится, — миролюбиво сказал Лю Канг, подзывая хозяина аттракциона с дротиками. Шанг немного задумчиво наблюдал, как Бог Огня протягивает ему купюру, удивляясь тому, с каких это пор монахи пользуются земными бумажными деньгами. Тем не менее, он с крайне недовольным выражением лица встал рядом, сложив руки на груди.       Больших усилий стоило сохранить это выражение, едва заметно дёргая пальцами каждый раз, когда Лю Канг пытался попасть в цель, очень метко попадая куда угодно, кроме неё.       Бог Огня, немного опешив, словно сконфуженная сова, склонил голову, разглядывая нетронутую мишень. Колдун же, стоявший рядом даже не скрывал злорадного смеха, когда его попытки закончились и тихое хихиканье начало иметь больше оснований.       — Ха! Кто бы знал, что Бог Огня не может выиграть даже в детской игре, — издевательски заявил Шанг, с подозрительным энтузиазмом опираясь на прилавок и неосознанно чуть выпячивая пятую точку в облегающих брюках, куда на единственную секунду упал взгляд Лю. — Дайте и мне попробовать. Он платит.       Продавец миролюбиво поднял руки в жесте «как скажете», отдавая мужчине с хитрющей улыбкой дротики. Тот, манерно выпрямившись и заложив одну руку за спину со слишком довольной улыбкой лениво, словно делая всем присутствующим одолжение, лёгким движением руки попадал в каждую цель, иногда хитро поглядывая на своего сопровождающего. Тот с меланхолично вскинутыми бровями наблюдал за этим, в свою очередь не глядя на колдуна.       — Ну что, я выиграл? — самодовольно уточнил Шанг, в привычной манере рассматривая свои пальцы, некоторые из которых теперь украшали золотые когти. Тоже бижутерия, но красиво.       Хозяин аттракциона с тихим смешком протянул длинную плюшевую игрушку чёрного кота, размером почти со взрослого. Колдун, потянувшийся было за призом на автомате, мельком увидел, как Лю отвернулся, старательно пряча улыбку. Фыркнув и откинув волосы с плеча, Шанг выхватил кота и тут же пихнул его Богу.       — Твоя идея, — ты и тащи, — буркнул Шанг Цунг, игнорируя тихий смех и отходя вглубь парка.       — Ты жульничал.       Шанг Цунг самодовольно ухмыльнулся, невинно пожимая плечами.       — В правилах не обговаривалось, что настоящую магию использовать нельзя.       Лю покачал головой, тем не менее, ничего на это не сказав.       — Но тебе понравилось.       Колдун на секунду замешкался, но тут же злобно на него зыркнул.       — Тебе показалось, — прошипел он, отворачиваясь и вздёргивая подбородок. Его взгляд вдруг наткнулся на ребёнка с какой-то огромной розовой ватой, которую он невероятно нелепо пытался засунуть полностью в рот. Колдун с сомнением покосился на счастливого родителя, смеющегося с этого.       — И ты меня считаешь сумасшедшим?.. Чем они кормят детей? — осуждающе фыркнул Шанг, складывая руки на груди.       — Это просто сахарная вата.       — Вата? — с ещё большим сомнением выгнул бровь Шанг Цунг, на что Лю подавил улыбку и подтолкнул его к стойке со сладким. Прикосновение чужой ладони к пояснице, направляющее, но подозрительно уважительное вызвало табун жарких мурашек по спине, и колдун молча поджал губы, стараясь выглядеть возмущённым.       После того, как Лю взял это до странного большое и розовое, сахарное облачко и протянул своему вынужденному спутнику, тот попятился с почти что омерзением на лице.       — Я не буду это есть, — катерогично заявил он, краем глаза замечая ещё одного ребёнка с подобной идиотский едой.       Бог Огня, снисходительно на него глядя, отщипнул кусочек от сахарного облака и спокойно отправил в рот.       — Я не буду тебя уговаривать, — просто пожал плечами он, быстро облизывая пальцы.       Образ как-то сам собой отпечатался в голове, вызвав короткое замыкание. Даже дыхание перехватило на секунду.       В следующую Шанг Цунг, уже нахмурившись, раздражённо схватил Лю за руку, державшую вату, а другой точно так же оторвал от неё кусочек, пробуя странное лакомство не отводя глаз от Лю Канга.       Шанг моргнул, чувствуя, как сахар тает на языке.       Вкус был таким… приторно сладким. Нежным, тающим во рту. Приятным и липким.       Колдун растерянно приподнял брови. Лю в лёгком замешательстве склонил голову.       — Не нравится? — его голос казался немного разочарованным.       Шанг моргнул ещё раз, поднимая на него взгляд, но продолжая обдумывать что-то своё.       — Нравится, — собравшись с мыслями, неохотно и тихо отозвался колдун, чуть опуская голову. — Возьми ещё одну и я хочу покататься на той адской штуке, — он капризно ткнул пальцем в Колесо Обозрения, возвращая свою высокомерную манерность, что заставило продавщицу сахарной ваты едва слышно захихикать. Она уже подготавливала новую порцию. Интересно, должно быть, они смотрелись со стороны.       — Как хочешь, — благосклонно кивнул Бог Огня.       —… Если бы всё было, как я хочу, ты бы уже лежал семь раз задушенный, — проворчал колдун, закусывая своё недовольство лакомством, отобранным у Богя Огня. Девушка, передавшая Лю Кангу ещё целых две сахарные ваты, отчаянно пыталась подавить широкую улыбку.       Спустя полчаса ожидания, пока освободятся кабинки, пятиминутных жалоб колдуна о том, что он не любит ждать и одного доведенного до белого каления вопросами о надёжности конструкции смотрителя аттракциона, они, наконец, оказались в двинувшейся наверх кабинке.       Колдун на удивление молча разглядывал открывающийся вид, игнорируя присутствие Лю, который втихаря отщипывал небольшие кусочки от захваченной сладости. Длинная плюшевая игрушка чёрного кота лежала на одном из сидений рядом.       Помолчав и позволив колдуну игнорировать его существование ещё несколько минут, пока они постепенно поднимались выше, Лю задумчиво вздохнул.       — Тебя смутил вкус сладкого?       Шанг Цунг, едва заметно вздрогнув, повернулся к спутнику, кажется, совсем позабыв, что находится не один на высоте нескольких десятков метров. Он показательно раздражённо выгнул бровь.       — Что, прости?       — Сладкое. Ты пробовал его раньше?       Колдун с удивительно обидчиво уязвимой эмоцией снова повернулся к виду на парк под ними.       — Не то чтобы у меня было много возможностей это сделать. В той реальности, которую ты для меня создал, — словно умирающая гадюка, прошипел колдун, стискивая зубы. К сожалению, чёртов божок и тут был прав, — если он и ел что-то приемлемо сладкое в детстве или юности, то это были исключительно подгнившие или неспелые фрукты. Они были сносными для еды, — и это всё. Но такое приторное, мягкое лакомство он пробовал впервые. Хотелось ещё, хотя от сахара уже вязало во рту.       Осознание, что неловкое молчание затянулось не только с его стороны, колдун глянул на притихшего Бога. Тот, как ни странно, всё это время смотрел на него.       Шанг Цунг с кислым выражением лица поджал губы. На смену лёгкому веселью пришло такое привычное во всех попытках защититься раздражение.       — Ну ладно. Хватит этих глупостей. Зачем ты на самом деле меня сюда притащил? Я не поверю, что для такого ребячества.       Лю Канг задумчиво посмотрел в окно кабины, но ничего не ответил. Колдун возмущенно фыркнул.       — Сказать нечего?       — Не у всех поступков должны быть скрытые мотивы, — просто пожал плечами Лю Канг, привычно складывая руки перед собой.       — Разве не ты говорил, что притащил меня сюда, потому что я «хорошо себя вёл»? Твои кнут и пряник имеют под собой цель заставить меня более не чинить тебе проблем. Любой поступок имеет под собой скрытый мотив, — уверенно фыркнул колдун, снова смахнув волосы с плеча. — Не надо строить из себя святого.       Он краем глаза увидел, как Лю Канг поднялся.       — Ты слишком высокого о себе мнения, колдун.       В голосе Бога проскочил намёк на угрозу. Опасность. Шанг Цунг буквально чувствовал, как нарастающий жар его магии давит, словно колоссальная разница в возрасте. Подумалось, может ли он своими фокусами случайно сломать аттракцион или хотя бы кабинку, в которой они находились.       Его дико выводил из себя этот унизительный дисбаланс сил.       Незаметно закатив глаза, глядя на парк, который снова опускался вниз, Шанг наигранно виновато поджал губы.       — О, так теперь ты злишься? Куда же делось твоё «милосердие»? — рука колдуна безошибочно и плавно легла на разогревающуюся, словно пламя в пасти дракона, грудь Лю Канга. — Неужели теперь ты хочешь, чтобы я, дрожа от страха, роболепно заверял тебя в том, что исправлюсь и что мои руки способны на добро?       В грозном взгляде Бога Огня мелькнуло отвращение, а губа дёрнулась в оскале. Его пальцы быстро и слишком сильно перехватили руку Шанга за запястье, убирая со своей груди. Впрочем, колдуна это уже остановить не могло. Свободная ладонь легла на затылок Лю Канга, а сам Шанг навалился на него, словно споткнувшись и пытаясь удержаться за его шею.       — Ах, Великий Бог Огня, Защитник Земного Царства, прости меня! — прижимаясь носом к горячей коже на чужом горле, намеренно наигранно вздохнул Шанг Цунг, вырывая вторую свою руку из ладоней застывшего Лю, и тут же обвивая ею шею Бога, словно змея. Прежде, чем продолжить, колдун шумно выдохнул и прижался губами к линии челюсти своей жертвы, почти целуя. — Мне так ужасно жаль, — промурчал он, зная своё дело. Пусть он этим не гордился, но опыт в соблазнении мужчин, даже очень стойких, у него имелся. К тому же, он прекрасно был осведомлён о своих сильных сторонах. — Быть может, я как-то могу загладить свою вину?..       Ладони Лю легли на талию Шанг Цунга, предотвращая его ёрзанье, и там и остались. Спустя несколько секунд молчания, колдун отстранился с презрительным, колючим взглядом.       —… Так вот что тебе нужно? Залезть мне в штаны, сделать послушной сучкой? — прошипел в лицо Богу Шанг Цунг, сгребая в кулаки ворот его рубашки. — Какое варварство.       Выражение лица Лю Канга приобрело суровый оттенок на несколько секунд, когда колдун аккуратно, но сильно толкнул его обратно на сиденье, заставив кабинку чуть качнуться, прежде чем он снова попытался оторвать от себя руки колдуна, облепившие его шею. Его жаркие ладони легли на запястья колдуна, увешанные кучей браслетов, но не стали останавливать. Взгляд Шанг Цунга выражал ядовитое бешенство, но руки, пальцы скользили по коже шеи и лица бережно, на пробу, изучая.       Лю Канг настолько потерялся в непонимании того, что происходит, что не заметил, как колдун с презрительной ухмылкой уселся ему на колени. Лю растерянно моргнул, отводя взгляд. Несмотря на свои же грубые сравнения, Шанг Цунг этим, кажется, наслаждался, пусть это и невыразимо его бесило. Их взгляды, сцепляясь то на пару мгновений, то чуть подольше, казались необходимым зрительным контактом, без которого происходящее не имело бы под собой никакого смысла.       Смотри мне в глаза. Сюда тебя привели твои решения.       — Такого… рода развлечений тебе хочется? — осторожно уточнил Лю, больше не пытаясь мешать Шанг Цунгу, лишь придерживая его под спину, где под тонкой тканью приятно перекатывались мышцы. Визави шумно выдохнул ему на ухо, отстраняясь и критически всматриваясь в его глупое лицо, словно желая его расцарапать или облить кипятком.       — Ну, у меня были еда и комната. Ты не удосужился узнать, нужно ли мне что-нибудь ещё, — улыбаясь так широко, что почти были видны зубы, тихо рассмеялся Шанг, игриво проводя наманикюренным ноготком с золотыми коготочками вниз по шее своего нерадивого стража, цепляясь за пуговицу на рубашке. С мстительный смешком он аккуратным движением дёрнул за неё, легко отрывая пуговицу и замечая, как замерло на мгновение дыхание Бога Огня.       Лю Канг стушёванно отвернулся, в который раз жалея о своём решении оставить колдуна при себе.       — Что я вижу? Неужели наш драгоценный Защитник Земного Царства умеет смущаться? — не отказываясь себе в удовольствии поглумиться, — в конце концов, это должен быть вечер для его развлечения, — Шанг всё так же изящно, прекрасно зная, что делает, подцепил острым краем золотого украшения на пальцах подбородок Лю, поворачивая обратно к себе, больно вонзая коготочки в по-человечески мягкую кожу, когда его сопровождающий попытался слабо сопротивляться.       Шанг тихо рассмеялся, оставляя маленькую царапину золотым коготком на щеке коротко зашипевшего Бога Огня.       — Ты всех своих союзников так дрессируешь? И чемпионов тоже? Уж Рейден-то перед тобой хоть на колени готов падать.       Хотевшего возразить такому вульгарному предположению Лю заткнуло медленное, но интенсивное движение бёдер колдуна. Руки Бога Огня моментально вцепились в чужую талию. Лю шумно выдохнул через нос.       Невыносимый.       — Нет? Только мне перед тобой ноги раздвигать? — всё так же ядовито, словно концентрация кислоты в словах сможет потом слюной разъесть лицо ненавистному Защитнику, прошипел Шанг Цунг. Отблеск золотого украшения на его руках отразился в тёмных глазах, создав образ злобного демона, притворившегося человеком. Он сделал ещё несколько маленьких царапин на лице Бога, который хотел напомнить, что он вообще ничего такого не предлагал, но формировать более осознанные предложения становилось всё сложнее из-за плавных, раскачивающихся движений визави. Лю Канг не мог сказать, приноровился ли он делать это так умело из-за своего стиля боя или у него была более насыщенная жизнь, чем казалось, но это и не особо его волновало сейчас.       — Если тебя что-то не устраивает, я могу очень быстро это прекратить.       Лю сначала даже не узнал собственный низкий, шипящий голос, пропитанный тем же диким, жгучим ядом, что и слова колдуна. Шанг Цунг усмехнулся, но улыбка быстро превратилась в оскал, когда он схватил Бога за щёки, больно царапая их коготками.       — Терпеть тебя не могу, — прошипел это почти в губы того, на чьих коленях он так удобно умостился, визави.       — Взаимно, гадёныш.       Блеск золотого снова сверкнул в его глазах перед тем, как он, будто змея, впился в губы Лю. Это даже нельзя было назвать поцелуем, — Шанг кусался и царапался, словно пытался отгрызть Богу Огня лицо. Одна из его рук старательно сжала рассыпающийся пучок волос, оттягивая назад, вынуждая Лю Канга едва сдерживаться, чтобы не откусить ему язык. Лю в свою очередь крепко, почти до хруста, сжимал одну из его рук, терпя, даже в какой-то извращённой мере наслаждаясь этой лёгкой болью, — было забавно думать, что подобные царапины, — всё, на что способен Шанг Цунг.       Та небольшая разумная часть его сознания, не отравленная чужим поведением, немного обеспокоенно подумала, что то, как Шанг на него влияет, выглядит жутко со стороны. Как легко он может ответить в той же гадкой манере на такую дозу яда, как быстро принять понимание того, что это приятно, — боль, жестокость.       Эта же мысль электрическим разрядом прошибла его очень далеким воспоминанием о лорде Рейдене, которого развратила тёмная сила.       Лю дёрнулся, уверенно отстраняясь от себя колдуна, не позволяя ему снова себя поцеловать и укоризненно сводя брови к переносице, тяжело дыша. Он чувствовал, что одна его губа была прокушена, видел, как прямо на неё задумчиво и нагло пялился Шанг. Визави дышал через собственные приоткрытые губы, в высокомерно вопросительном ожидании уставившись на Лю Канга. Тот, немного успокоившись и вернув себе осознание себя в пространстве, вздохнул, глянув в окно.       — Если тебе так хочется, давай лучше вернёмся в Академию.       Выразительно цокнув языком, Шанг Цунг слез с его колен, поправив украшения и смахнув несуществующую пыль с одежды. Не глядя больше на задумавшегося Бога Огня, он отщипнул немного сахарной ваты, оставленной на небольшом столике в центре.       — Зануда.