Цепи льда и пламя бунта

      Скрытый от смертных глаз храм венчает вершину высокой горы, что окутана вечным льдом и холодом. Стены сложены из чёрного базальта, испещрённого мерцающими голубыми рунами, некоторые из которых беспощадно пробиты, как и стоящие недалеко друг от друга колонны. Не остаётся сомнений, что храм осквернили, и нечего даже думать о том, кто это был.       Сунь Укун. Великий Мудрец, Равный Небу. Царь Обезьян. Он был здесь. Активировал несколько ловушек, оставленных нынче покойной хозяйкой этой обители, но ни одна не смогла остановить бессмертную, мистическую обезьяну.       Урод. Как смел он заявиться на порог без приглашения, принеся разруху и беспорядок в храм той, кто желала спасти этот чёрствый мир? В очередной раз лишь доказательство тому, что начать всё с чистого листа — правильное решение.       К сожалению, Байгуцзин не смогла исполнить своё предназначение. Снова ей помешали, не дали совершить задуманное, не позволили сделать этот мир лучше.       Герои празднуют, радуются победе, наслаждаются тем, что их реальность продолжит гнить и утопать в разгромах, воровстве и смертях. Мерзость. Как их можно назвать героями, когда они позволяют такому процветать? Лишь одна видела правду этого мира, и её больше нет, но это не значит, что её идеи ушли вместе с ней.       Верный слуга ступает на порог храма, звон его шагов отдаётся эхом в пустых коридорах и залах. Он бросает взгляды на каждую вмятину, оставленную незваным гостем, но старается не думать об этом дольше необходимого. У него есть дело, которое не требует отлагательств.       Им не следовало оставлять его в той подземной библиотеке одного. С верёвками он справился сразу же, как только так называемые герои отправились на, как они думали, финальную битву. Они полагали, что без своей леди он не опасен. Как же они просчитались.       Бывший генерал входит в главный зал, в тот же миг бросая взгляд на трон, что возвышается на ступеньках, украшенных острыми шипами. А прямо над троном должна была быть картина, в центре которой изображена была женщина с чёрными волосами, в розово-белых одеяниях. Но вместо прекрасной картины в стене теперь огромная дырка.       Мужчина делает глубокий вдох и выдох, мысленно напоминая, что идти в бой против каменной обезьяны сейчас — верная смерть. У него будет шанс отомстить каждому в той треклятой команде героев позже. Кто умеет ждать — дождётся большего.       Говоря о том, кто ждал слишком долго.       Пройдясь влево от испорченной картины, мужчина заходит за трон. На первый взгляд, ничего не обычного. Генерал достаёт из кармана подвеску ромбовидной формы. Синий камень висит на тонком чёрном шнурке, который прикреплён к небольшому металлическому кольцу. Сам ромб имеет белую кайму. — Хорошо, что моя Леди предусмотрела и такой исход, — самому себе говорит верный слуга Костяного Демона, и голос тихим эхом отражается от стен.       Он подносит подвеску к стене, на которой в тот же миг появляется голубой символ, своим светом озаряя часть зала. Повезло, что Великий Глупец не удосужился проверить золотым зрением каждый уголок в этом храме. Какое упущение с его стороны.       Глифа в одно мгновение стала больше, открывая проход в потаённую часть обители Байгуцзин, позволяя пришедшему пройти дальше, и, как только он заходит, стена вновь появляется за его спиной, как будто ничего и не происходило.       Мужчина проходит в глубь тёмной комнаты. Он знает путь наизусть, а потому ему нет нужды плутать по объятым мраком коридорам, чьи пути переплетаются между собой в надежде запутать того, кто осмелится без ведома проникнуть сюда, — ещё одна помеха на пути.       Генерал с лёгкостью проходит лабиринт, представ прямо перед двухметровой глыбой магического льда. Он подходит ближе, кладёт свободную ладонь на поверхность твёрдого холода и проводит по нему, стирая иней, тем самым давай себе возможность получше увидеть силуэт внутри.       Уголки губ мужчины быстро ползут вверх, озаряя его лицо маниакальной улыбкой. Он подносит подвеску ко льду, и на нём в тот же миг пошла большая трещина. — Пришло время исполнить свою судьбу, Бин Синь.