Глава 2
17 июля 2025 г., 03:51
Утро было почти идеальным.
Почти.
Гермиона проснулась от тишины. Такая тишина бывает только в деревнях или… на кладбищах. Ни ветра, ни птиц — только странное звенящее молчание за окном.
— Драко? — сонно позвала она.
Никто не ответил.
Она обмоталась пледом, вышла в коридор. Внизу — пусто. Кухня — холодная. Ни его запаха, ни кружки кофе. Только заварочный чайник, который ещё немного дымился, словно он ушёл буквально минуту назад.
На крючке у двери висел плащ. Второй — его любимый, тёмно-серый — исчез.
Он вернулся через час.
С сапогами в грязи и взглядом, который словно ничего не видел.
— Где ты был?
— Гулял, — коротко.
— Где?
Он пожал плечами.
— Поле большое.
Он сел пить чай, глядя в окно. Всё ещё молчал. И даже не бросил ни одной своей фирменной колкости, ни шутки на тему её халата. Он даже не смотрел на неё — только в поле. Туда, куда тянуло всё его внимание.
— Что там? — наконец спросила она, садясь напротив. — Почему ты так уставился?
— Иногда я думаю, — медленно сказал он, не отрывая взгляда, — что если долго смотреть на это поле, оно… начнёт смотреть в ответ.
Она рассмеялась.
— Звучит жутко. Ты перечитал Луну Лавгуд?
Он не ответил.
Позже, разбирая верхнюю полку буфета в гостиной, Гермиона случайно потянула за край деревянной панели. Та щёлкнула — и отъехала в сторону, обнажая небольшую нишу. Внутри лежали пергаменты. И один предмет: гладкий, круглый, с серебристым отблеском и странной вязью на ободке.
Когда она взяла его в руки — ей стало холодно.
Резко. До мурашек. Как будто кто-то выдохнул ей в шею.
— Ты не должна этого трогать, — сказал Драко, стоя за её спиной. Тихо. Почти шепотом.
Она вздрогнула и обернулась.
— Что это?
— Просто… старая вещь. Бесполезная.
— Тогда почему ты выглядишь так, будто я держу в руках хоркрукс?
Он не ответил сразу. Только подошёл, осторожно забрал предмет и вернул в нишу.
— Потому что с некоторых вещей начинается падение. А мы ведь пока на подъёме, да, Грейнджер?
Он закрыл панель. Почти мягко.
Потом поцеловал её в висок и ушёл на веранду.
А Гермиона осталась. И впервые за всё время почувствовала, что этот идеальный дом с окнами в поле вовсе не такой… безобидный.
