Жизнь чтобы жить

Сцена: конференц-зал. Питер в рубашке, без галстука. На столе бутылка воды, к которой он не прикасается. За спиной — представитель профсоюза, формально присутствующий для защиты интересов Питера. Комиссар #1: Мистер Паркер, спасибо, что пришли. Мы надеемся, вы понимаете, почему вам задаются эти вопросы? Питер Паркер: Да, понимаю. Комиссар #2: Вы можете прямо ответить: состоите ли вы в романтических отношениях с Тони Старком? Питер (после короткой паузы): Да. Комиссар #3: С какого момента вы начали встречаться? Питер: Мне тогда было уже двадцать. Я взрослый человек и... я знал, что делаю. Комиссар #2: Вы же понимаете, что Тони Старк — глава корпорации, в которой вы работаете. Это создаёт зависимость — неформальную, но всё же реальную. Вы ощущали на себе какое-либо давление с его стороны? Питер: (быстро, почти перебивая) Никогда. Ни давления, ни принуждения. Тони… всегда относился ко мне с уважением. Он... он никогда бы не сделал ничего против моей воли. Комиссар #1: Тем не менее, вы начали общаться в возрасте пятнадцати лет. Он стал для вас наставником, помог вам получить доступ к Stark Industries, дал вам шанс, которого не было у других. Вам не кажется, что из-за этого — вы могли чувствовать привязанность, путать благодарность с чем-то большим? Питер: (заметно напрягается, но говорит чётко) Вы говорите, как будто я не способен отличить одно от другого. Я… да, я многим обязан Тони. Но если бы это были просто благодарность или зависимость — я бы не сидел здесь и не говорил всё это открыто. Я с ним не потому, что он мне что-то дал: в материальном смысле слова. А потому что он — человек, которого я выбрал осознанно. Комиссар #3: Вы понимаете, что внешне это выглядит как неэтичное поведение со стороны Тони Старка? Сотрудник, когда-то подросток, под опекой, теперь — в отношениях с владельцем корпорации. Это вызывает сомнения у совета акционеров. Питер: (чуть тише) Я высококвалифицированный инженер, я разрабатываю технологии, которые приносят миллионы долларов в год, я руководил группой на последнем контракте с NASA. Я заработал своё место, и… мои отношения с Тони — это не плата за должность. Это часть моей жизни. Личной. Комиссар #1: Если бы перед вами стоял выбор — остаться в отношениях с Тони Старком или сохранить свою должность в Stark Industries — что бы вы выбрали? Питер: (опускает глаза, тяжело дышит) Если вы считаете, что я не могу быть с человеком, которого... и работать там, где я могу приносить пользу — тогда, наверное, мне придётся уйти. Комиссар #2: Вы бы ушли? Питер (глядя прямо): Если бы это защитило его, да. (пауза) Комиссар #3: Спасибо. На сегодня этого достаточно. Мы свяжемся с вами после консультаций. Питер кивает, встаёт. В дверях он оборачивается — и будто хочет что-то добавить, но молча уходит. ***       Питер сам открыл дверь в квартиру Старка: замок со сканерам отпечатка пальца хранил данные Паркера, но обычно Паркер звонил, ведь Пятница не работала тут на вход. Вид ему открылся на Старка, который в домашних штанах и футболке ворует из тарелки еду. Питер с радостью стянул кардиган, кинув его на спинку ближайшего кресла, он глубоко выдохнул, будто вместе с тканью хотел оставить и усталость.       В ту же секунду из коридора вылетела Морган, не успел Паркер и рта раскрыть. Она бросилась прямо к Питеру, повисла у него на шее.       — Как у тебя дела? — спросил он, осторожно придерживая её за спину, а сам посмотрел на Тони.       — Хорошо! — выпалила девочка и, мгновение спустя, уже ускакала дальше, растворяясь в комнатах. В гостиной снова стало тихо. Тони оперся бедром о столешницу:       — Ну что, подписал?       Питер кивнул:       — Да, подписал. Завтра пресс-конференция, — Паркер устало опустился в кресло. Решение подписать Заковианский договор, которое Питер так долго откладывал, наконец состоялось. Тони прекрасно понимал состояние Паркера. Увидев мрачное его настроение, он не оставил его одного — отправил за ним машину и настоял, чтобы тот приехал на ужин.       — Давай ужинать, — предложил Тони. В этот момент из своей комнаты выскочила Морган в купальнике, босиком, с растрёпанными волосами. Она кинула халат на диван и сделала колесо прямо на ковре.       — Я русалка, Питер! — радостно заявила она, расправив руки.       — Морган, тебе мыться и спать, — строго сказал Тони.       — Нет, я хочу играть! — возмутилась она.       — Морган, пойдём, — позвала её няня, появляясь в дверях. Но на девочку это не подействовало.       — Папа, а Питер теперь будет с нами жить? Мама так сказала, — неожиданно выпалила Морган, повернувшись к отцу.       Питер вспыхнул, чувствуя, как краска стыда заливает лицо.       — Нет, никто здесь не будет жить, — невозмутимо ответил Тони. — Это вобще временное жильё. Где ты вобще нашла купальник? Тебе пора мыться и спать. Завтра в школу.       И, несмотря на зарождающийся протест, он легко увел дочь в комнату.       — Дурдом какой-то. У меня нет даже минуты подумать насчёт нового жилья, тут слишком тесно, — ворчал Тони, возвращаясь из коридора, минут через пятнадцать. Он прошёл в гостиную и опустился на диван, откинувшись на спинку. Питер наблюдал за ним, и вся эта картина — детский смех, заботливая няня, усталый отец — вызывала у него тёплое умиление. В жалобе Старка другой бы рассмотрел позерство, но Питер знал, что Тони совершенно искренен: ему было мало пространства. А Старк тем временем продолжил:       – Пятница, что стало с тем домом где вид был на Гудзон? Я помню я жил в таком.       – В него выстрелили террористы ракетами и он был разрушен, а землю вы продали, – глухо ответила Пятница из своего плена колонок, подключённых к ноутбуку.       – Ну, что я за человек, зачем продавать то сразу было. Пятница узнай, можно ли выкупить эту землю обратно и сделай мне подборку земли и недвижимости с похожими критериями, – тут Тони спохватился, – Хотя, от туда далеко ездить в школу! Ладно, подготовь, там решим.       – Ты можешь выкупить это здание или несколько этажей, – подсказали Паркер.       — Как вариант, но тут столько частных квартир, что договориться с каждым та ещё головная боль. И потом, я привык гулять во дворе голышом, — Тони подмигнул, — Иди сюда, — Старк убедился что голоса из детской стихли и распахнул обьятья, приглашая, и Питер осторожно устроился рядом на диване. Для него это до сих пор оставалось чем-то новым: просто подойти, коснуться, позволить себе близость. Он всё ещё робел, каждый раз проверял границы. Старк, напротив, был расслаблен: откинулся на подушки, положил ладонь на плечо Питера, будто это было естественно и давно принято. Питер украдкой посмотрел на него: часть его всё ещё не верила, что он может сидеть так близко, в тепле этих объятий, и что Тони действительно этого хочет.       Уткнуться носом в тёплое плечо Старка и просто лежать оказалось невероятно приятно. Питер даже прикрыл глаза, позволяя усталости завладеть собой. Одну руку он перекинул через грудь Тони, лениво, но крепко, пальцы машинально вцепились в мягкую ткань футболки. Так они сидели какое-то время, оба не сговариваясь сползли чуть ниже по дивану — так, чтобы макушки скрывались за спинкой, если вдруг кто-то заглянет в комнату.       — Ужин, — напомнил Старк спустя паузу.       – Да-да, сейчас… ещё пять минут, — пробормотал Питер, не открывая глаз.       — У тебя есть какой-то план? — тихо спросил Тони. — Я имею в виду… конференцию.       Голос его был низким, глухим, и вибрация отдавалась во всём теле Питера.       — На самом деле, — признался Питер, не открывая глаз, — мне сказали только объявить, что я Человек-паук, и всё. Вопросов будет немного, буквально десять минут. Думаю… я справлюсь.       Тони усмехнулся, чуть сжал его плечо:       — У меня нет ни малейшего сомнения, что ты справишься.       Питер чуть приподнял голову и открыл глаза. Сонная тяжесть ушла, уступив место странному ощущению ясности. Совсем рядом лежал Тони запрокинув голову, с закрытыми глазами. Питер жадно рассматривал его: редкую седину в волосах, изгиб бровей, шрам на носу от перелома. Словно почувствовав это внимание, Старк распахнул глаза, они оказались так близко — почти нос к носу и Питер потянулся вперёд. Его губы осторожно коснулись губ Старка. Тони напротив был уверен, он развернулся всем корпусом, и запустил пятерню в кудри Питера, целуя влажно, весомо, как и все что делал Старк. Однако, почувствовав, как Питер вжимается в него сильнее, Тони разорвал поцелуй.       — Так, нам нельзя разгоняться, — тихо сказал он, имея в виду, что они не одни.       Питер разочарованно выдохнул.       — Да, хочется уже разогнаться, — признался он.       — Ужин, — Тони хлопнул его по колену и, поднимаясь, заставил того тоже сесть ровнее.       — Ужин, — повторил Питер, тоже поднимаясь. — И вроде как мы достаточно пришли в себя.       Старк нахмурился, не сразу поняв, что он имел в виду. Лишь спустя несколько секунд до него дошло: это отсылка к их первому разговору, когда Тони пообещал объясниться. Скептически посмотрев на Питера уже за обеденным столом, он произнёс:       — Ты серьёзно хочешь затеять разговор о наших отношениях в ночь перед жизненно важной пресс-конференцией?       Старк удивился: он прекрасно знал, что разговор нужен, что тянуть нельзя. Но думал, что сегодня — точно не лучший момент. Питеру завтра выступать перед журналистами, и ему важнее отдохнуть, очистить голову от лишних тревог. Сейчас у него мелькнула мысль что это манипуляция со стороны Питера? Зная его, он не сомневался: тот верит, что Старк не скажет сейчас ничего, что может серьёзно расстроить, значит из Тони можно вить верёвки.       — Да, почему нет, — невозмутимо ответил Питер, встретив взгляд Старка. — Я хочу, чтобы хоть где-то была ясность.       Тони отложил вилку, сложил руки на столешнице и внимательно на него посмотрел. Взгляд у него был не привычно-ироничный, а серьёзный.       —Ладно, Питер, я хочу, чтобы ты ясно осознавал свою мотивацию вступать в эти отношения, — начал Тони, подбирая слова медленно, опасался ранить. — Ты вырос без отца. И наша разница в возрасте… говорит о том, что ты ищешь такую фигуру рядом.       Питер чуть напрягся, но не перебил.       — И я не то чтобы против, — продолжал Старк. — Но ты сам отдаёшь себе в этом отчёт? Понимаешь, к чему идёшь? Сейчас я играю в долгую. И если мы начнём, то я отношусь к тебе и к нам серьёзно.       — Ты упрекаешь меня в несерьёзности? — тихо спросил Питер, и в голосе его послышалась обида.       — Нет, — покачал головой Тони. — Это не упрёк. Я понимаю, что у тебя этап… Ты ищешь стабильности в этом мире, где всё непредсказуемо. И я готов тебе эту стабильность дать. Но для этого не обязательно быть любовниками.       Он замолчал, давая Питеру время переварить.       — Тони, я… ты, мне кажется, ищешь того, чего нет. Да, возможно, отчасти… но… — начал Питер.       — Питер, я имею в виду, что тебе не нужно обменивать свое внимание или секс на близость, — перебил его Старк, стараясь говорить ровно.       — Я хочу и внимание, и близость, и секс. Можно, да? — с иронией отозвался Паркер, прищурившись.       — Ты должен понимать, что отношения со мной — это внимание к твоей персоне. И большей частью — не позитивное. Такой уж у меня ореол.       — Я в курсе, — Питер резко поднял голову. — Ты вообще-то сам хочешь со мной… что-то? Или ты меня отговариваешь? Я должен за тобой бегать, как за принцессой? — вспылил он.       — Хочу, Питер. Хочу, — Тони произнёс это без колебаний, — Но я не хочу быть чьим-то «летним приключением». Даже если сейчас ты уверен в обратном. Подумай и о моих чувствах.       Питер замер: с этой точки зрения он не смотрел, но он быстро нашёлся.       — Так мы вроде бы для этого и собрались, нет? — сказал Паркер, ковыряясь вилкой в салате. — Выяснить… какие отношения для нас приемлемы. Обсудить это.       — Что, умный, да? — со смешком отозвался Старк, чуть приподняв бровь. Питер улыбнулся, а вместе с этим улыбнулся и Тони — почти незаметно, но этого хватило, чтобы тяжесть разговора притупилась *** Стенограмма пресс-конференции. Нью-Йорк. (Шум в зале, вспышки фотокамер. На сцену выходит Питер Паркер, явно волнуется, поправляет микрофон. За его спиной виден логотип «Avengers Initiative».) Питер Паркер: Здравствуйте. Спасибо, что пришли. Я понимаю, что сейчас я собираюсь сказать… изменит многое. Но я считаю, что правда важнее. Я долго скрывал, кто я есть. Долго притворялся обычным парнем из Квинса. И это правда — я обычный парень. Но у меня есть ещё одна часть жизни, о которой вы должны знать. (Пауза. В зале становится тише.) Питер Паркер: Меня зовут Питер Паркер… и я Человек-Паук. (Вспышки камер. Гул в зале. Журналисты переговариваются.) Журналист 1: Вы хотите сказать, что все эти годы, пока в городе действовал Человек-Паук, под маской был вы? Питер Паркер: Да. С пятнадцати лет. Я пытался совмещать школу, потом университет, работу и… защиту Нью-Йорка. Это было непросто. И не всегда получалось идеально. Но я старался делать всё, что в моих силах. Журналист 2: Паркер, вы действовали самостоятельно или сотрудничали с другими супергероями? Питер Паркер: Поначалу я был один. Потом… меня заметил Тони Старк. С тех пор я работаю вместе с Мстителями. Это большая честь для меня и огромная ответственность. (Некоторые журналисты аплодируют, другие задают вопросы наперебой.) Журналист 3: Что скажете тем, кто считает вас угрозой? В прессе не раз писали, что ваши действия приводили к разрушениям. Питер Паркер: Я понимаю такие опасения. Каждый раз, выходя на улицу, я рискую. И да, иногда бывают разрушения. Но если взвесить — без вмешательства супергероев потери были бы куда страшнее. Я стараюсь спасать жизни. Это всегда приоритет. Журналист 4: Паркер, как изменилась ваша жизнь после того, как вы стали частью команды Мстителей? Питер Паркер: Она перестала быть только моей. Я понял, что ответственность — это не просто слово. Это выбор каждый день. Это люди, которые доверяют тебе. Это товарищи, готовые прикрыть спину. Журналист 5: Что будет дальше? Вы намерены продолжать работать с Мстителями? Питер Паркер (улыбается неловко): Ну, я ведь не зря сюда пришёл. Я готов официально сказать: да, я Человек-Паук, и да, я продолжаю работать с Мстителями. (Аплодисменты, шум в зале. Питер благодарит всех и уходит со сцены.)