***
Тяжёлые шаги эхом разносятся по пустому коридору, в котором не было окон. За каждой из дверей решались судьбы множества людей. Кто-то находился здесь из-за своих самых тяжких преступлений, а кто-то просто был вынужден сидеть в душном кабинете, пропуская через себя очередного злодея с его моральным уродством. Юнги помнил, как не так давно и сам был здесь. Тогда он даже и не думал, что судьба подкинет ему столь приятный подарок. Мужчина подошёл к одной из дверей и настойчиво постучал. В кабинете раздался мат, а после громкий топот. Дверь резко распахнулась и на пороге появился уставший и чуть заспанный агент Чон. — А я думал, мне придётся ждать куда больше, — насмешливо сказал Юнги, рассматривая мужчину, который совсем не ожидал увидеть у своего кабинета Мина. — Господин Мин, что вы тут делаете? — Хосок моргнул и, убедившись, что мужчина ему не мерещится, нахмурился. — Я могу войти, Чон? Или нам придётся разговаривать прямо на пороге? Агент чуть скривился и отошёл назад, позволяя незванному посетителю пройти в его душный кабинет. Юнги медленно вошёл внутрь и огляделся. Слева стоял большой шкаф, в котором аккуратно расставлены папки с делами, прямо был стол, заваленный кучей бумаг, а по правую сторону расположился не большой потрепанный диван, где всё ещё находилась маленькая подушка и серый плед. — Живёте прямо на работе? — хмыкнул Юнги, брезгливо скидывая со стула на пол пустую коробку из под пиццы. — Приходиться. Сами должны знать из-за чего. — И как продвигается расследование? — спросил Мин. — Зачем вы пришли, господин Мин? — проигнорировал вопрос Хосок, скрестив руки на груди. От чего-то агент не мог себя ощущать в безопасности, хоть они и находились в полицейском участке. Казалось, что Юнги было на это плевать. Он продолжил насмешливо смотреть на агента, засунув свои руки в карманы брюк. — Хотел бы обсудить то, что вы написали Чимину. — Извините, но это вас никак не касается, — Хосок нахмурился. — Ооо, ошибаетесь, агент. Я присяду? — и не дожидаясь ответа, Мин плавно опустился на деревянный стул, закинув ногу на ногу. — Видишь ли, теперь всё, что касается Чимина, напрямую относится ко мне. Поэтому, я бы хотел знать, что там такого случилось, от чего тебе потребовалось беспокоить его в три часа ночи? — Господин Мин, это полицейская тайна. Я не имею права разглашать её без непосредственного согласия со стороны заинтересованного лица, — проговорил агент Чон, опускаясь на диван. — С вами не просто иметь дело, агент Чон, — усмехнулся мужчина. — Давайте заключим сделку? Я поведаю вам кое что про убийцу, которого вы так ищете, а взамен вы расскажете мне о том, зачем Чимин звонил вам. Хосок чуть сощурил свой взгляд, посмотрев на Юнги. Его начинало раздражать такое поведения мужчины. Эта его самоуверенность выводила агента из себя. — Хочу напомнить вам, господин Мин, что не смотря на то, что вас оправдали, подозрения на ваш счёт всё ещё остались. Желаю вам быть осторожнее в своих высказываниях. — Подозрения не помогут вам поймать настоящего убийцу, а вот я вполне бы мог, — Юнги улыбнулся, чуть склонив свою голову в бок. — Почему вы раньше не предложили это? — Тогда у меня не было бы козыря сейчас, — пожав плечами, ответил Мин. Хосок всё ещё сверлил его своим взглядом, пытаясь хоть что-то разглядеть на дне тёмных глаз мужчины. Выбор был сложным. Однако всё хорошо взвесив и обдумав, агент всё же решил, что сейчас главное было наконец-то поймать убийцу и избавить город от его чудовищных преступлений. — Хорошо. Я согласен на эту сделку. Только пообещай, что господин Пак от этого не пострадает. — Агент Чон, думаю, что это вас всё ещё никак не касается, — Юнги опасно сверкнул глазами. Хосок устало вздохнул и поднялся с дивана, подходя к столу, где лежали несколько листов бумаги, на которых ясно читалось: 《 Ли Хенджи...》 Маленькая комната, погруженная в полумрак, с едким запахом химикатов, надёжно скрытая от множества чужих глаз. Пошарпанные, серые стены увешанные фотографиями, изображения на которых были не самыми радужными. Мягкий свет ламп, что ещё больше нагнетал атмосферу, придавая ей пугающий вид. И в центре всего этого, около аппаратуры для проявки фотографий, сгорбившись над одной из них, стоял тёмный силуэт. Его горящий безумством взгляд, с обожанием разглядывал изображение в своих пальцах, криво улыбаясь. — Скоро, скоро, очень скоро, — змеинным шёпотом выдал он, облизывая губы. — Ты должен будешь похвалить меня. Ведь я помог тебе. Избавил тебя от помехи. Это был я. Комнату заполнил скрипучий смех, отражаясь от стен и погружая всё вокруг в ещё более безумную и пугающую атмосферу.... Мужчина остановился около облезшей двери, оглядываясь по сторонам. Ему никогда не нравились дешёвые мотели. Слишком затхлый запах, а ещё не самые приятные условия для проживания. Занеся кулак, он крайне настойчиво постучал по двери, а после брезгливо отряхнул свою руку. По ту сторону, раздались торопливые шаги и явно не довольный голос хозяина комнаты. В следующую секунду дверь перед ним резко распахнулась, а на пороге показался чуть помятый и крайне недовольный парень. — А ты весьма бесстрашен, — насмешливо произнёс Юнги, оглядывая парня перед собой. — Какого черта ты здесь делаешь? — Хенджи выпрямился и со злостью посмотрел на мужчину. — Знаешь, иногда полезно прислушиваться к своему инстинкту самосохранения. Ведь он может однажды спасти тебе жизнь. Джи продолжил смотреть на незванного гостя со злостью, после чего чуть отошёл, молча приглашая того внутрь. Мин медленно зашёл в комнату, оглядываясь. Односпальная кровать, тумба, на которой стоял ноутбук, стол с тремя полупустыми коробками из под пиццы и чуть вдали чёрный чемодан, из которого торчали мужские вещи. — Как ты нашёл меня? — Хенджи отошёл подальше от мужчины. — У меня свои методы, — пожал плечами Юнги, останавливаясь возле стола. — Что тебе нужно? — Я пришёл поговорить о Чимине. — Какого хрена тебе надо? — голос Джи стал грубее, а в глазах проскочила яркая искра злости. — Дело в том, что мы с ним стали очень близки в последнее время. К сожалению, он слишком привязан к тебе и переживает, когда ты ведёшь себя так. — Если ты его хоть пальцем тронешь, я убью тебя! — воскликнул Хенджи, не выдержав давления от мужчины. — Да, да, очень страшно, — посмеиваясь ответил Юнги. — В общем я пришёл сказать тебе, что так, как мы с Чимином теперь вместе, то... — Ты ведь заставил его выбрать тебя? — теперь, казалось, что Джи был точно на грани. Его раздражала такая самоуверенность мужчины, которого в свою очередь, весьма забавляла эта ситуация. — Я не заставлял его делать ничего, чтобы он сам не захотел, — Юнги повернулся к парню спиной, устремив взгляд за окно. — Чимин очень дорог мне и я не желаю видеть его расстроенным. Если кто и причинит ему боль, то это буду я, но никак не ты. Так как ты позволил себе оставить его, то будь добр, сделай это правильно. Позвони ему и убеди, что ты в полном порядке. Ты понял? Хенджи лишь хмыкнул, облокотившись на стену. Только Юнги был серьёзен, как никогда. Его губы были плотно сжаты, а взгляд стал на тон темнее. — Ты не думаешь, что в твоих словах слишком много самоуверенности? С чего ты лезешь в наши отношения? И с чего ты решил, что Чимин захочет остаться с тобой? — Потому что он уже со мной, — Юнги обернулся и посмотрел парню в глаза. — Я вижу, что ты влюблён в него. И это коробит тебя. А ещё ты злишься, потому что по итогу он выбрал меня, а не тебя. — Если твою вину не доказали, то это не значит, что ты всё ещё невиновен, — Джи в миг оказался рядом с мужчиной. — Ты убийца. Я знаю это и Чимин тоже, хоть и пытается отрицать, потому что ты запудрил ему мозги. Вот только вскоре ты оступишься и совершишь ошибку. Что тогда он скажет? М? Ты же не хочешь причинять ему страдания. — Ты меня совсем не слушаешь, — усмехнулся Мин. — Если кто-то и причинит ему боль, то это буду я. — Ты больной психо... Договорить он не успел, согнувшись от резкой боли и тут же рухнул на колени, начав судорожно хватать ртом воздух. — А теперь послушай меня, — Юнги присел на корточки, грубо схватив парня за шею, ещё сильнее затруднив ему дыхание. — Чимин мой и мне совершенно плевать, что ты думаешь об этом. С этого момента, больше никогда даже не думай появляться в его жизни вновь. Ты позвонишь ему и убедишь, что с тобой всё хорошо, а после разорвешь с ним все связи. Иначе я найду другой способ избавиться от тебя. Он брезгливо оттолкнул от себя парня и тот упал на холодный пол, пытаясь дышать. — И да, — уже стоя в дверях произнёс мужчина. — Если Чимин узнает о нашей милой беседе, боюсь тебе придётся навсегда покинуть этот мир. — Только попробуй его тронуть, ты, ебанный убийца! — закричал Хенджи, пытаясь подняться с пола. — Пожалуй, передам ему от тебя привет, — Юнги усмехнулся и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Лишь эхо удаляющихся шагов, ещё долго доносилось до скрючившегося на полу от боли Хенджи.***
— Гуки, привет, — Чимин ослепительно улыбнулся, опускаясь рядом с парнем и вынимая из рюкзака конспекты. — Привет, привет, — Чонгук подозрительно окинул старшего взглядом. — Что-то не так? — заметив на себе взгляд, поинтересовался Пак. — Это я бы хотел узнать у тебя, хён. Чего такой счастливый? — Ну, скажем так, у меня кое-кто появился, — уклончиво ответил Чимин, убирая рюкзак на пол. — Серьёзно? Это интересно, — Чон сверкнул глазами, пододвигаясь ближе к другу. — Рассказывай давай. — Ну, ты тоже его знаешь. — Правда? Это кто-то из универа? — Нет, — Чимин отрицательно качнул головой. — Это Юнги. Мин Юнги. Между ними воцарилось молчание, от чего парень не много нервно покосился на своего друга, чуть боясь его реакции. — Эмм, это тот самый Мин Юнги? — удивлённо поинтересовался Чонгук. — Который обвинялся в тех убийствах? — Его вообще-то оправдали, — смутившись произнёс Пак. — О, точно, — кивнул Гуки. — И у вас всё хорошо? Я имею ввиду, что он тебя не заставляет ведь делать что-то, чего ты не хочешь? — Нет, Чонгук. У нас всё отлично, — Чимин улыбнулся. На самом деле многое изменилось за это время. Особенно его отношения к Юнги. Раньше Чимин дрожал от страха при одном взгляде на мужчину, но теперь всё было иначе. Как оказалось, первое впечатление не всегда верное. Люди не всегда такие, как могут показаться на первый взгляд. — Он тебе сильно нравится? — шёпотом спросил Чонгук, чуть наклонившись ближе к другу. Чимин лишь кивнул. Да, ему определённо нравился Юнги и быть рядом с ним тоже нравилось ему. Хоть порой их разговоры и были странными, а его поведение иногда заставляло Чимина пугаться, но от чего-то парень был уверен, что на самом деле у мужчины очень доброе сердце. Ему нравилось, как Юнги крепко сжимал его в своих руках, как нежно целовал. Ему нравилась его сила и страстность. Нравилось ощущение защиты, которое тот дарил ему. Чимин хотел наслаждаться горячими поцелуями и чувствовать себя нужным и желанным. Ему всё это слишком нравилось и отказываться от этого он не собирался. Через пару дней профессор Ким раздал темы для заключительной работы по его предмету. После очередной лекции, Чимин подошёл к профессору желая поменять тему. — Господин Пак, почему вы отказываетесь? — Намджун поправил свои очки, посмотрев на парня. — Эта тема будет совсем не сложной для вас. Тем более у вас уже имеется не большой опыт в этой области. — Профессор Ким, я просто уже устал от всего этого. У нас сейчас из каждого телевизора, и не только, передают об убийце. Тошнит уже от этого. — Чимин, послушайте, — профессор подошёл к нему ближе, опустив свои руки на его плечи и чуть сжав их. — От этой работы зависит ваше будущее. Вы справитесь. Я уверен в этом. Пак не стал больше возражать, прекрасно понимая, что Намджун был прав. Он вернулся домой и сразу же сел за ноутбук, принимаясь за работу и желая поскорее закончить её. Ему очень не хотелось вновь погружаться в изучения мотивов и психологии серийных убийц. Ещё после возвращения из Сеула, Чимин хотел перевестись на другой курс журналистики, но уже было слишком поздно. Разглядывая портрет очередного маньяка, парень обречённо вздохнул. Взяв в руки телефон, он набрал знакомый номер. Ему никто не ответил, а после его перекинуло на автоответчик. — Привет, Юнги. Это я. Надеюсь, я не отвлекаю тебя от чего-то важного. Я просто хотел узнать, как твои дела, — устало проговорил Чимин. — Я соскучился по тебе. Надеюсь, что ты поскорее закончишь свои дела и приедешь. Мне сейчас очень не хватает тебя рядом. Парень завершил вызов, а после отложил телефон в сторону. Возможно, ему не стоило звонить, но Чимину сейчас до жути, как хотелось услышать знакомый голос мужчины. Улыбнувшись своим мыслям, парень вновь погрузился в работу, то и дело, щёлкая мышкой. Войдя в номер отеля, Мин сразу скинул с себя одежду и пошёл в душ. Ярость и раздражение всё ещё охватывали его, а разум, казалось, вовсе был затуманнен. Он просто встал под прохладные струи воды, надеясь, что они помогут ему взять над собой контроль. Но, простояв там около получаса, Юнги так и не смог успокоится. Обернув белое полотенце вокруг бедр, мужчина вернулся в комнату и лёг на кровать, закинув руки за голову. Он пытался выкинуть все мысли из головы, но это удавалось с трудом. Где-то на полу послышался звон телефона. Юнги повернул голову в сторону брошенных брюк и, медленно поднялся с кровати, подойдя к ним, он запустил в карман руку, вытаскивая оттуда телефон. Уведомление гласило об одном новом голосовом сообщение. Тот улыбнулся, прислоняя телефон к уху, тут же вслушиваясь в тихий и такой родной голос. Как же он соскучился по этому голосу. Как же он хотел увидеть его, обнять и вдохнуть такой сладостный аромат. Только Чимин мог успокоить его, усмирить и подчинить. Такой хрупкий и нежный. Вот, что ему было нужно. Только он. Ещё несколько раз прослушав оставленное парнем сообщения, Юнги наконец-то сдался. Быстро собрав вещи, он оставил на прикроватной тумбе не много налички и покинул номер. Уже больше часа под окнами Пак Чимина, стояла сгорбленная фигура, в чёрный бинокль разглядывая его квартиру. Он просто наблюдал. Он смотрел на него и, как и прежде, восхищался красивыми чертами лица и стройной фигурой. Его забавляло то, как парень морщит свой нос и что-то бурчит себе под нос, пока сосредоточено скользит взглядом по экрану ноутбука. Эти мелочи заставляли его улыбаться и с интересом наблюдать. Безмолвный наблюдатель продолжил смотреть, пока силуэт парня не скрылся в комнате и свет в окнах не погас. Только тогда тот развернулся и скрылся в ночной мгле, оставив после себя лишь следы на белоснежном снегу.