Ррраф, пожалуйста

***

      Рой мыслей кружил голову, машинально Олег оказался дома. Переодевшись, юноша достал холодное пиво из холодильника и опустился в кресло. Мёртвая тишина квартиры разрушилась резким пшиком крышечки. Делая глоток, по телу разносится холодок, горло приятно садило, бурлящие мысли отошли на задний план. Алкоголь берёт верх над разумом парня, редко притрагиваясь к напитку, организм не особо хорошо справляется со второй банкой. Тело становится тяжелее, пелена наплывает на глаза, а воображение генерирует картинки, в которых он счастлив рядом с татуированным. Ничего пошлого, объятья, поцелуи, прогулки по ночной Москве. Закусывая губу, наслаждаясь плодом воображения, из которого ой как не вовремя вырывает старший брат своим звонком.       — Да, блять! — Рявкнул на телефон, он всё-таки взял трубку, вдруг что-то важное, хотя сейчас трудно здраво рассуждать, когда в глазах всё плывёт и тело почти не слушается.— Алло? Что случилось, Саш?       — Ты пьян? — Ни привета, ни доброго вечера не прозвучало. Очень культурно. — Это тебя так первый рабочий день довёл? Смотри в запой не уплыви. Заливисто смеётся Александр, подстебнув младшенького.       — Это Дима.... — очень заторможенно, чуть слышно тянет Олег. — Он такой милый... Но воротит от меня нос. Что со мной не так?       Голос заметно дрожит и надламывается. Быстрый скачок со злости в милость и открытие дыры в грудной клетки .По ту сторону динамика старший понимает, что брат опустошён.       — Олеж.. — Саша практически всегда обращается к нему так, в глазах старшего он всегда остаётся маленьким ребёнком, хотя это давно не так. Сквозь расстояние, разделяющее их, он чувствует боль. Хруст костей, ломающихся от обиды, и как бежит слеза по щеке. — Понимаешь, Дима, он закрыт для новых людей, приходящих в его жизнь, и это нормально. Ему просто нужно время, чтобы привыкнуть к тебе. Будь собой, вот и всё! Всё обязательно наладится!       Болтая с братом довольно долгое время, Олега потянуло в сон. Язык и так еле ворочался, а сейчас удаётся выдавить только мычание. Звонок завершается на доброй ноте.

***

      Просыпается юноша примерно в обед, хотя уже давно должен быть в кофейне. Мышцы неприятно болят, всё-таки спать в кресле не самая хорошая идея. Всё тело затекло, горло пересохло, отдалённо напоминая пустыню. Неуклюже передвигаясь до ванной, Олег смотрит в зеркало, в котором отражается измотанный вид, растрёпанные волосы, похожие на птичье гнездо.       — М-да уж... — внешний вид вызывает сплошное отвращение, и желание идти куда-то совершенно отсутствует, но надо. Приняв душ, облик заметно оживился, но пустота не вымывалась гелем для душа 3в1. Она так и осталась в глазах Шепса. Завтракать не хотелось, он и так уже опаздывал.       Примчавшись на рабочее место, сероглазый достал ноутбук и сбросил рюкзак на сиденье рядом. Диму совершенно не заботило состояние начальства, но сейчас почему-то хочется помочь. Бесёныш молча обходит стойку и ставит бутылку минералки на стол.       — Спасибо... — глухо прозвучал голос, но врезался в уши, несмотря на задний шум. Жидкость оживляюще растеклась по горлу, спасая от засухи. Этот малый жест грел надежду, что хорошие взаимоотношения между нами не вымысел, а такое и вправду может произойти. Матвеев не знал, почему он помог ему, человеку, который за один день стал для него раздражающим фактором. Олег с Линой немного знакомы благодаря Владу, с которым Джебисашвили в отношениях. Ребята общаются в перерывах между клиентами, и всё так сладко, аж на зубах скрипит, как частички сахара. Диме не нравится вечно маячущий перед глазами младший Шепс, тот в свою очередь старался не сильно мешать татуированному, садясь подальше и не обращая на него долгих взглядов.

***

      Прошел месяц, как младший династии Шепс работал тут. Дима привык видеть его каждый день от начала и до конца смены. Изредка разговаривая и поддерживая зрительный контакт. Матвеев начал по особому привязываться к управляющему. Появились прогулки после работы и посиделки друг у друга. Дмитрий, чувствует себя умиротворённо рядом с этим человеком, винит, что изначально так грубо реагировал на попытки со стороны Олежи. Сейчас парень не выглядит обиженно или раненым, он просто смирился, что Диме нужно время и это действительно помогло. Оба ощущают гармонию между собой, спокойствие и радость находясь рядом. Им двоим нужно именно это — быть вместе. Затягивая пустоты и создавая счастье.       Беспокойство начинает брать вверх над головой бариста, ведь Шепс бесследно пропал. Нет ни одной смс-ки, ни звонка, да и его в кофейне тоже нет третий день. Напарница замечает поникшего парня, связывая такое состояние с отсутствием их общего друга. С каждым звоном колокольчика он надеется, что это Олег, но мечты рушатся шаг за шагом. Маска дружелюбия сходит на нет.       — Линчик, чо с ним? — отпивая напиток, спрашивает Влад. Ему, мягко говоря, не интересно, что там с Димой. Он пришел к Джебисашвили. Они познакомились года четыре назад, а сейчас делят одну постель и быт. Череватый почти всегда приходит, чтоб забрать девушку домой после работы, с интересом слушая истории за день и шутя над некоторыми клиентами, вызывая улыбку на милом лице. — Он таблетку из холдера сожрал?       — Уж лучше бы её, но его ненаглядный не посещает это прекрасное место уже несколько дней, — театрально наклоняя голову в грустном поклоне, ответила она.        — А самому, видимо, позвонить нельзя. Лина недовольно посмотрела на напарника.       — Мммм, — сочувствующе тянет Владислав. — Этот доходяга валяется дома с температурой. Объясняется за друга, обращаясь уже к Диме. Услышав, что Олег приболел, он решил наведаться к нему. Зная со слов его приятеля, тот вряд ли пьет таблетки, надеясь, что всё пройдёт само собой. Написав краткое сообщение, он судорожно выдохнул, ожидая конца смены. Дмитрий Я зайду после смены 16.34

***

       Время тянулось мучительно долго, казалось, оно вообще не шло. Ожидание ощущалось удушающим мгновением, вот и ему настал конец. Подхватывая вещи, татуированный пулей вылетел с работы и направился в ближайшую аптеку за лекарствами. Взяв что-то от температуры, кашля, головы, носа. Также посетил и продуктовый. Лучше перебдеть, чем недобдеть. Набирая код квартиры, Дима шагнул в подъезд, светлое помещение в кофейных тонах, яркое освещение, приятный аромат. В лифте парень погрузился в мысли, не слишком ли он навязывается со своей помощью, нужно ли это Олегу? Он даже не ответил на это сообщение. Раздумья постепенно начинали грызть изнутри. Вывести из этого состояния смог электронный голос, сообщая о прибытии. Проморгавшись, он шагнул из кабины в поисках нужной двери.       Трель дверного звонка разрушила спокойствие квартиры. Перебирая ногами, Шепс открыл дверь. Он не ожидал увидеть Диму сейчас, с удивлением смотрит в тёмные бездны напротив, пытаясь переварить происходящее.       — Привет, проходи, — опомнившись, чуть слышно поприветствовал заболевший охриплым голосом, впуская его к себе.Татуированного встретила пара красных глаз, шмыгаюший нос и домашний уют. Сероглазый был в растянутой футболке и широких серых штанах. Взъерошенные волосы, которые парниша поправлял рукой. На фоне бегал сквозняк. «Блять, ну что за гений, температурит, а решил ледники устроить» — нахмурился Димон, вслух же пробурчал       — Ты чего тут зимовку устроил? — ставя пакет с покупками на лавку, укоризненно сказал парень. — Поди и не ел нифига.        Он напоминал заботливую маму, ругая ребёнка за непослушание. На замечание Шепс тихо кашлянул, а друг уже вовсю хозяйничая в чужих владениях. Прикрыв окна, пришедший заглянул в холодильник, как и ожидалось, там пустота.       — Не переживай, не травану, — успокоил младшего, чувствуя во взгляде скепсис. Гремя кастрюлей и начиная готовить.       Шепс лениво плюхнулся на мягкий диван, полностью доверяясь Матвееву. Тем временем у плиты Дима варил бульон и что-то напевает под нос. Хочется запечатлеть эту картину, так тепло на душе, а татуированный смотрится так гармонично в этой квартире, словно живёт здесь, а не пришел на час. За такое короткое время он стал таким родным. Олегу захотелось прижаться к нему, сгрести в объятия и никуда не отпускать, целовать везде, куда дотянется. На столик опустился стакан воды и таблетка.       — Выпей, — требовательно просит его кареглазый, — тебе станет лучше. Мягко улыбнулся парень и ушел на кухню. Молча согласился и принял помощь. Лекарство начало действовать, и Олега утянуло в сон.       — Олеж, — обернув голову, позвал Дима. — Иди ужинать.       Перед глазами предстал свернувшийся в клубочек, он выглядит совершенно иначе. Не такой язвительный, дерзкий и наглый, а беззащитный и нежный. Подкравшись к спящему, накрыл его пледом и, не зная, какой черт потянул, но бариста поддался эмоциям. Убрав упавшие пряди на лоб, и оставил на нём лёгкий, почти невесомый поцелуй. В этот жест парень вложил частичку себя. Весь трепет и заботу, возможно, Олег почувствовал, но стыдно будет завтра. А сейчас они одни, только вдвоём, источающие самое тёплое и одновременно жестокое чувство — любовь...