Полноценность жизни

Бобби стащил со шкафа ящик, аккуратно поставил на стол и сдул пыль с крышки. Как давно он его в последний раз открывал? Господи Боже, это ведь еще Карен была жива… Словно в прошлой жизни… Вдруг нечто обвило охотника руками поперек туловища и прижалось к спине. Не так давно, но тоже словно в прошлой жизни, Бобби отоварил бы это нечто из дробовика, облил святой водой и прочел заклинание экзорцизма, но сейчас лишь привычно повернул голову, чтобы адскому высочеству было сподручнее чмокнуть его в щеку. — Что там у тебя? — Кроули потерся подбородком о шею Бобби. — Какой-нибудь древний артефакт? — Можно и так сказать… Бобби открыл ящик и с каким-то сладким, тоскливо-щемящим чувством посмотрел на содержимое. Кроули же отлепился от охотничьей спины и с удивленным выражением на лице подошел к столу. — Лапуля, на это ты русалку не поймаешь, — он двумя пальцами выудил из ящика металлическую рыбку. — Какую, нахрен, русалку? — Русалка — в восточноевропейской мифологии… — Боже, блядь, я знаю, кто это такие! С чего ты решил, что я собираюсь их ловить? — Ну как же, — демон посмотрел на Бобби таким взглядом, словно объяснял почему дважды два — четыре, — сейчас самый сезон — солнцестояние. — Здесь этой срани один черт не водится, — ворчливо произнес охотник, забирая рыбку из демонских пальцев. — А если бы и водились… Зачем они мне сдались? То ли дело — щуки… Бобби на секунду прикрыл глаза, представив блестящую красотку фунтов эдак на пятнадцать. — Не знаю. Зачем-нибудь. И вообще, что я еще мог предположить? — Кроули уселся задом на край стола, каким-то демонским чудом оный не опрокинув. — Что ты собрался ловить обычную рыбу? — А почему нет? Потому что Бобби именно что собрался ловить обычную рыбу. Кроули с легким прищуром посмотрел на охотника. — Не подумал бы, что тебя интересует такое времяпрепровождение, — он царапнул ногтем по пыльной стенке ящика. — Это все твое, или в наследство от кого-то досталось? — Мое. Демон постучал пальцем по губам. — Занятно. Получается, ты решил вспомнить былое? — А что, если и так? — раздраженно процедил Бобби сквозь зубы. — Тебя в этом что-то не устраивает? — Напротив, любовь моя, — Кроули улыбнулся так, что раздражение Бобби куда-то испарилось. — Мне просто интересно — что тебя сподвигло? Бобби призадумался. А действительно, что? Тот факт, что мир пока не катился в пизду, и можно было выдохнуть и заняться чем-то для себя? Или смутное предчувствие, что возвращение к давно заброшенному хобби добавит идеальный штришок к его жизни, ставшей на удивление… полноценной? — Просто захотелось, — охотник пожал плечами. А то скажешь про полноценность жизни, и его адское величество непременно выпытает, что львиная доля этой полноценности — заслуга именно его адского величества. А оно и так от скромности не помрет. — И все-таки… Бобби зашипел, выставляя ладонь вперед. Может, как-нибудь потом он и потешит демонское самолюбие, но сейчас было не до того: Бобби отложил рыбку и принялся выкладывать из ящика остальные снасти. — Ладно уж, храни свои секреты. Кроули с легким шорохом исчез, а Бобби потряс головой, вытряхивая из нее демона и приступил к насущным заботам. Первым делом он любовно разобрал старую катушку до винтика, тщательно смазал и собрал снова. Крутанул ручку, вслушался и довольно улыбнулся: сколько катушке лет, а работает как часы. Сейчас таких не делают. Дальнейшие приготовления были нехитрыми — смотаться за новой леской и снастями взамен совсем уж потасканных и за едой. И если с первыми двумя пунктами Бобби успешно справился, то чем ближе он подъезжал к некогда им уважаемой закусочной, тем больше понимал, что брать с собой какие-то паршивые бургеры ему не очень-то и хочется. Приучила его адская принцесса к нормальной еде, разбаловала под старость лет… Бобби со вздохом проехал съезд к закусочной и порулил домой. Нажарив горку тостов — он их обычно делал для совместного завтрака с его высочеством, когда то соизволивало остаться до утра, но сейчас подумал, что это будет идеальный перекус и для него самого на природе — охотник мысленно пробежался по списку: рыбацкое снаряжение, палатка, провиант. Ничего, вроде, не упустил. Можно было отправляться. Если выедет сейчас, как раз к обеду приедет на свое заветное местечко. Как же Бобби в свое время радовался, что однажды, не поймав ничего на облюбованном местными рыболовами водоеме, плюнул, наугад ткнул пальцем на карту в первую попавшуюся речушку и поехал на разведку. И не прогадал: все года, пока не оставил рыбалку, ездил только туда. Местные рыбы были, конечно, ловкие — они каждый раз словно издевались, хватали наживку, но у самого берега срывались. Но все равно в конечном итоге Бобби оказывался ловчее и каждый раз вытягивал несколько щучек, одна другой жирнее и краше. Не повыловили ли их всех за столько лет?.. Бобби легонько похлопал себя по щекам, возвращаясь из воспоминаний в реальность. Вот и проверит. Он загрузил пикап, сел за руль и завел мотор. — Отлично, солнце, — чертово высочество материализовалось на пассажирском сиденье, заставив охотника вздрогнуть от неожиданности. — Поехали. — Чего?.. Ку… — Кроули жалостливо посмотрел на Бобби, и до того дошло. — Ты что, со мной намылился?! — Конечно. Я, между прочим, ни разу не был на рыбалке, а тут такой повод… Бобби со сдавленным стоном потер переносицу. На рыбалке он ни разу не был, конечно… У Бобби не было ни малейших сомнений, для чего демон хотел с ним — не рыбу ловить уж точно! А вот сам Бобби именно что хотел ловить рыбу, а не устраивать с его похотливым величеством палаточную романтику! Свежий запах хвои, плеск воды, потрескивание костра, горячее тело под боком… Бобби положил голову на руль. Ну вот зачем он представил? Да еще и в деталях… — Любовь моя… — Кроули легко пробежал пальцами по руке охотника, — Если ты не хочешь меня брать… Так и скажи, я не обижусь. Ну чуть-чуть, разве что… Бобби поднял голову, поправил кепку и нажал на педаль газа. Ну что он, в самом деле, не сможет совместить приятное с приятным? — Хрен с тобой. Только сильно не мешайся. — Ну вот так бы сразу, — Кроули с довольной мордой обожравшегося сметаны кота заложил руки за голову, а ноги закинул на панель. — А кого мы будем ловить, если не русалок? — Да что тебе эти русалки покоя не дают? — Ну во-первых, они красивые. Не подумай — ты красивее! Бобби не удержался от смеха. Первую половину пути Кроули рассуждал о русалках. Бобби слушал вполуха, так как был уверен, что все знает и без демонской лекции, лишь иногда вставлял свое экспертное «угу». Но Кроули не был бы Кроули, если бы не добавил любопытную деталь: — … а лет через двести-триста их вообще не останется. — Почему это? — Потому что новых почти не появляется. Сейчас топиться от любви не модно. Максимум фантазии — вены вскрыть или таблеток наглотаться, — демон пренебрежительно фыркнул. — Найти омут поглубже — романтика прошлого. А такие как вы их еще и истребляете. — И правильно делаем. Нехер людей убивать. — Ты ведь знаешь, что русалки убивают очень редко. — Но убивают же. — Какое лицемерие, лапуля… Акулы, например, жрут людей раз в сто чаще, но вы почему-то не спешите уничтожать всех акул. — Так акулы-то — это природа… Вторую половину пути Бобби пытался доказать, что природа это одно, а нечисть — совсем другое, но получалось из рук вон плохо. Кроули послушать, так даже вампиры — это «естественный регулятор человеческой популяции»! В конце концов Бобби вспылил: — Еще хоть слово, и я прямо сейчас отрегулирую популяцию демонов! И третью половину пути его величество провело, демонстративно отвернувшись к окну, а Бобби — в попытках насладиться моральной победой. Победил он, как же… Тупо рявкнул, когда аргументы закончились… — Ты ведь не пристрелишь меня за маленький безобидный вопросик, или я слишком хорошо о тебе думаю? Бобби чуть было облегченно не выдохнул, но смог в последний момент сдержаться. — А то ты не знаешь, что ни за какой не пристрелю. Что ваше величество желает знать? — Чью популяцию мы все-таки будем регулировать? Ты ведь так и не сказал. Карасей каких-нибудь? — Щук, принцесса, — ответил Бобби с легкой усмешкой. Из Кроули посыпались вопросы о ловле щук. Бобби сначала отвечал односложно, но после того, как услышал: — Лапуля, а ты червей не забыл? Что-то я не заметил у тебя червей… … понял, что демон и в самом деле ничего в рыбах не смыслит, покачал головой и обстоятельно посвящал того в рыбацкие тонкости до тех пор, пока не увидел спрятавшийся за соснами неприметный сворот. Бобби замолк, вцепился пальцами в руль, сбросил скорость и свернул на заросшую травой колею. С каждым ярдом сердце охотника билось быстрее, в предвкушении и легком волнении. Кроули, видимо, чувствуя его настроение, тоже молчал, отвернувшись к окну, но уже без напускной обиды. Наконец, они доехали до крошечной полянки у самого берега реки. Бобби заглушил мотор, вылез из пикапа, прикрыл глаза и шумно втянул носом воздух. Выдохнул. Открыл глаза и с улыбкой огляделся. Место сохранилось таким же, каким он и старался его оставлять каждый раз — чистым, нетронутым. О цивилизации напоминало только его старое, покрытое желтой осыпавшейся хвоей костровище. Идеально. Бобби оглянулся и увидел, что Кроули тоже покинул — очевидно, своим излюбленным демонским способом, поскольку хлопка дверцы Бобби не слышал — пикап и глазел вокруг. Без явного восторга, конечно, но хотя бы без привычной надменности. — Что стоишь без дела, высочество? Давай, ставь палатку. Демон издал неопределенный звук и поднял руку в знакомом жесте, и Бобби поспешил уточнить: — Э нет, ручками ставь, без своих сраных щелчков! — Это еще почему? — Ты на рыбалке, или где? Кроули с прищуром склонил голову на бок. Охотник вздохнул. Какие же очевидные вещи придется втолковывать… — Смысл рыбалки — в единении с природой. Все должно быть… — Бобби на секунду задумался, подбирая подходящее слово, — … естественно. Кроули презрительно фыркнул, а Бобби продолжил: — А так палатка сама поставится, огонь сам разожжется… Что дальше? Щука в костер сама прыгнет? Нет уж, принцесса. Напросился на рыбалку — веди себя соответственно. — Ты выставляешь условия постфактум! — но Кроули тем не менее склонился над кузовом и вытащил чехол с палаткой. — Ни стыда ни совести. — Кто бы говорил… Не забудь место расчистить, а то еще сядешь своей нежной жопой на шишку. — Какой же ты у меня заботливый… Уголки губ Бобби против воли поползли куда-то в сторону ушей. Охотник принялся собирать сухой валежник, краем глаза следя за Кроули в предвкушении забавного зрелища. Но тот, раскидав шишки и камни в стороны, выложил содержимое чехла на землю, внимательно осмотрел, постучал пальцем по губам и достаточно бодро принялся собирать конструкцию, и вскоре между сосен закрасовалась вполне себе приемлемая палатка. — Готово. Бобби неопределенно хмыкнул, сел на корточки и занялся костром, чтобы тот ближе к вечеру оставалось только разжечь. — А что там дальше по твоему плану единения с природой? А то у меня, знаешь ли… — Кроули медленно зашел охотнику за спину, наклонился, кладя ладони ему на плечи, и, понизив голос, проговорил в ухо, — … есть парочка предложений. Скажем, соединиться вон под той симпатичной сосенкой… Началось. Ненадолго же его хватило. — Нет уж, — охотник скинул руки демона с плеч и поднялся на ноги. — Сначала рыба, а потом — посмотрим. — Посмотрим так посмотрим, лапуля, — демон отшагнул назад. Как-то слишком легко… — Если ты займешься мной, у тебя не хватит сил на твоих милых щучек. Я понимаю, в твоем возрасте приходится выбирать что-то одно… Бобби пробурчал что-то нечленораздельное, и, не глядя на Кроули, собрал спиннинг, прицепил к леске первую попавшуюся под пальцы блесну, натянул резиновые сапоги, подхватил ящик со снастями и решительно пошел к реке. Но когда он дошел до воды, до слуха донесся звук разворачиваемой фольги. Охотник с подозрением обернулся, как раз чтобы увидеть, как проклятый черт, уютно устроившийся на крыше пикапа, тащит в рот один из его тостов. — Предполагалось, что это моя еда, — проворчал Бобби, но больше для порядка. — Лапуля, твоя еда в реке плавает, — Кроули с ехидной ухмылкой откусил кусочек. — Ты на рыбалке, или где? Вот же сволочь мстительная. Бобби усмехнулся, поставил ящик на землю и вошел в лениво струящуюся меж торчащих там и сям коряг воду. Прищурившись, он оценивающе оглядел водную гладь и вслушался. Как будто вон там что-то плескалось… Набрав полную грудь воздуха, Бобби примерился и забросил спиннинг. И в это мгновение в голове как будто что-то сместилось, щелкнуло, возвращаясь на законное место. Бобби почувствовал, как по его лицу расползается по-идиотски счастливая улыбка. Закинуть, вытянуть, повторить… Бобби с головой погрузился в процесс. Бродил то туда, то сюда, то вниз по течению, то вверх, изредка возвращаясь к ящику, чтобы сменить блесну. Закинуть, вытянуть, повторить… Не было даже намека на поклевку, но Бобби не переживал. Не ловится сейчас — выловится потом. Какая же все-таки благодать… Тихо так… Спокойно… Внезапное осознание выдернуло охотника из блаженной неги — а какого черта-то так тихо и спокойно? Его болтливое величество что, пресытилось природой и свалило по своим адским делам? Бобби развернулся и посмотрел на берег, но, к удивлению своему, увидел расслабленно привалившегося спиной к дереву Кроули. — Ты лови-лови, — демон с теплотой во взгляде приподнял руку и легко пошевелил пальцами. — Не переживай, я тут не скучаю, — добавил он, словно прочитав мысли охотника, — смотрю и учусь. — Не хочешь поучиться на практике? — Бобби потряс спиннингом. Кроули отрицательно помотал головой. — Армани и эта грязная водичка — вещи несовместные. — Ну, если надумаешь… Бобби отвернулся и продолжил свою охоту на рыб. Закинуть, вытянуть, повторить… И тут по руке Бобби разрядом пробежало то самое ощущение. Которое нельзя было ни с чем сравнить и ни с чем спутать. Бобби потянул удилище, подсекая. Точно — щука! И, судя по всему, здоровенная, вон как тащила… В крови кипел азарт, Бобби отточенными движениями подтягивал рыбину, сам потихоньку отступая к берегу. Давай, давай, еще чуть-чуть… Но, когда Бобби уже был уверен, что эта щука скоро будет жариться на костре, леска вдруг провисла. Что ж, повадки местных рыб остались такими же. Он подошел к Кроули, который теперь сидел на корточках у самой кромки берега и с хищным прищуром глядел на воду. — Вот, что такое рыбалка, принцесса. Азарт, противостояние. Почти как охота. Только щука тебя не притопит… — Щука — нет. А вот она… Кроули резко дернул рукой на себя, словно за невидимую леску. Из воды с воплем что-то вылетело и шлепнулось в воду в паре шагов от Бобби. — А вот она — может и притопить. Охотник приоткрыл рот, уставившись на голую бледную девицу с длинными светло-зелеными волосами. — Ты нечестно! — она с возмущением указала на Кроули пальцем. — Испортил игру! — И в какую же игру ты играла, красавица? — Бобби передернуло от ласковой жестокости в голосе демона. Девица задрожала, возмущение на ее лице сменилось паникой. — Он закидывает блестяшку — я ловлю! Как обычно! Он тащит — а я отпускаю! Наша игра! — она сдавленно пискнула и спрятала лицо в ладонях. Как обычно… Наша игра… Бобби оглушило осознанием. — Ну что ж, твоя игра окончена. — Кроули, нет! — охотник схватил уже сложившего для щелчка пальцы Кроули за запястье. — Подожди! — он развернулся к русалке. — Как давно ты здесь? Русалка с опаской взглянула на Бобби в щелочку между пальцев. — Просто… давно. Совсем одна. А потом ты пришел поиграть со мной, — русалка осторожно убрала руки от лица, в ее взгляде была мольба. — Нам же было весело! А потом снова совсем одна… А теперь ты вернулся, в такой славный день вернулся… — Какая прелесть. Значит, эта селедка не в первый раз портит твою рыбалку. Бобби чуть сильнее сдавил запястье Кроули и отрицательно помотал головой, а русалка перевела на того полные ужаса глаза. — … но с дьяволом вернулся… Отпустите! Прошу! — Бобби, солнышко, если ты вдруг еще не понял, это… — нетерпеливо начал Кроули, но Бобби его перебил: — Я понял, кто это. И если бы она хотела меня убить, то много лет назад бы убила. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Наконец, складка между бровей демона разгладилась. Бобби, проведя подушечкой большого пальца по запястью, отпустил его руку. — Вот бы все охотники были такими пацифистами, — Кроули со вздохом поднялся на ноги. — А я уже предвкушал русалочий шашлычок. — Тьфу, блядь, — Бобби скривился. — Кто русалок то жрет… И вообще, ты же сам трепался про вымирающий вид! — Вот именно! Представь, какой деликатес… Бобби махнул на него рукой и развернулся к русалке, опускаясь рядом с ней на корточки. — Не трясись, — ободряюще сказал он, — он так шутит. — Кто шутит — я шучу? — Как тебя зовут? Если у них вообще были имена. — Ленкой звали, — русалка заметно подуспокоилась и даже улыбнулась уголочками синеватых губ. Вот он и познакомился со своей неуловимой щукой. А столько лет мнил себя рыбным мастером… — А я — Бобби. … но от чего-то был не в обиде. Раз уж она сказала, что ей здесь одиноко… Бобби нахмурился. А не было ли тут других рыбаков, игры с которыми заканчивались… иначе? — Ты играла с кем-нибудь еще, Ленка, или только со мной? — осторожно спросил он. Ленка помотала головой. — Никто не приходит поиграть, никто не зовет потанцевать… Так одиноко… Совсем одна, — повторила она, опуская голову. — Как бы мне ни хотелось… — Бобби обернулся и увидел, что Кроули сосредоточенно смотрел в пространство, вытянув вперед руку, — но селедка не врет. Из смертей на этой речушке — только ее собственная. Бобби почесал затылок. — Но почему она стала русалкой? В Америке-то… — Важно не где, важно кто, — Кроули пожал плечами. — Дай угадаю, ты искала здесь лучшую жизнь, а нашла только эту реку? — Я не искала! — Ленка сердито ударила кулаком по воде. — Останемся дома, просила я, но они не послушали… Сердце Бобби сжалось. — … а потом — голод и холод. А еще потом — только я да папка остались… А потом — он. Высокий, красивый, — Ленка невесело усмехнулась. — Думала добрый, а он, а он… — Можешь не продолжать, — Бобби осторожно коснулся пальцами ее холодного плеча. — Ну вот мы все и выяснили, правда? — а вот на своем плече Бобби почувствовал не осторожное касание, а крепкую собственническую хватку. — А теперь плыви себе куда подальше, пока мы добрые. Ленка торопливо развернулась, поднимая тучу брызг, и чуть было не скрылась под водой, но Бобби пришла в голову одна мысль: — Стой! Погоди секунду. Ленка замерла и вопросительно уставилась на него через плечо. Бобби же вдохнул и выразительно посмотрел на Кроули. Тот со страдальческим видом закатил глаза. — Ну, давай. Выкладывай. Что у тебя на уме — взять ее к себе и поселить в ванне? — Ты можешь отправить ее домой? Глаза Ленки с надеждой забегали туда-сюда, то на демона, то на охотника. Кроули чуть прикусил губу и прищурился. — Может и могу… — неопределенно протянул он. Ленка встрепенулась. — Домой, домой… В Сазаву… — прошептала она. — Пожалуйста… — Но зачем бы мне это делать? — Потому что я тебя прошу. — И это, по-твоему аргумент? — насмешливо спросил демон, чуть сильнее сжимая пальцы на плече Бобби. — Да, — твердо ответил тот. Единственный аргумент, который мог бы заставить Короля Ада сделать что-то без выгоды для него самого. Долю секунды лицо Кроули выражало лишь сосредоточенное обдумывание. Но затем его глаза полыхнули красным, а зубы обнажились в оскале. — Вот, значит какие у тебя приоритеты. Просить что-то нормальное — здоровья, денег — у тебя гордость играет… Но как спасти какую-то дохлую селедку — так «Кроули, помоги»?! «Я прошу»?! Бобби невольно сглотнул. Вот тебе и порыбачили… Но, прежде чем он успел всерьез испугаться за Ленку, Кроули отпустил его плечо и отшагнул назад. — Ты безнадежен, — он махнул рукой. — И что я в тебе только нашел… Бобби, осознав, что все это время не дышал, выдохнул и бросил взгляд на Ленку. Та сидела, опустив голову, зажмурившись, прижав кулаки к груди. Кроули подошел к ней и с брезгливым видом постучал пальцем ей по макушке. — Подъем, селедочка. Русалка издала сдавленный всхлип, но открыла глаза и подняла голову. Кроули взял ее за подбородок и потянул, заставляя встать. Бобби нахмурился. — Кроули, не… — начал было он, но демон, словно не услышав, обратился к Ленке: — Обсудим сделку. — Сделку?.. — пискнула Ленка. — Сделку. Демоническую, — при этих словах Бобби нахмурился еще сильнее. — Десять лет поплаваешь в своей Сазаве, а потом… — Кроули, наткнувшись на взгляд Бобби, на секунду запнулся, — … а потом тоже продолжишь плавать в своей Сазаве. Мне в моем аду русалки не нужны. — А нахрена тебе тогда вообще сделка?! — процедил Бобби сквозь зубы. Кроули повертел голову Ленки, словно та была куклой. — Чтобы отвязать ее несчастную душу от этого места и депортировать на историческую родину. Или ты думаешь, что все проблемы можно решить щелчком пальцев? Ну так что, согласна? — обратился он к Ленке. Та с мольбой посмотрела на Бобби, словно ища подтверждения. Бобби поджал губы, но уверенно кивнул. — Все будет хорошо. Я обещаю. — Видишь, у тебя даже есть гарант. Редкая роскошь, — насмешливо произнес Кроули. — Я… согласная… — выдохнула Ленка и снова зажмурилась. — Ну-ну, — демон придвинул свое лицо к ее, — не бойся, я не кусаюсь. Я целуюсь. Бобби, конечно, знал, что это просто дежурная часть ритуала, но… — А вот это точно обязательно? — он, все же, не выдержал и тут же пожалел: губы демона сложились в препаскуднейшую ухмылку. — Обязательно. Тебе понравится, рыбка, — промурлыкал Кроули. — Я очень хорошо целуюсь. Бобби подтвердит… Бобби, стиснув зубы, развернулся спиной, прикидывая, как бы так незаметно освятить реку и макнуть в нее его величество. — А что, гарант не будет следить за процессом? — раздался разочарованный голос Кроули. — Какая необязательность… Бобби подавил порыв зажать уши руками, чтобы не выглядеть совсем жалко. Черт проклятый, с него ведь станется еще и постонать в процессе… Но, к своему удивлению, охотник услышал только вполне деловой чмок, а затем деловитое: — Давай руку. Ты, кстати, тоже. Бобби, пытаясь не выглядеть совсем уж довольным, развернулся обратно. Кроули сжимал кисть Ленки, на лице которой смешались радость и неверие, одной рукой, а вторую протягивал Бобби. — Зачем? — Затем. Не хочу потом выслушивать: «А ты точно вернул ее домой?», «А ты точно освободил ее душу?», «А ты точно…» — Все-все, не нуди, — Бобби переплел пальцы Кроули со своими. — Я понял. А Сазава это вообще… Бобби осознал, что они стоят на залитом лунным светом лугу, обрамленном белыми стволами берез… — … где? … в центре круга напоминающих Ленку бледностью и цветом волос девушек. Те ошарашенно уставились на них, а через секунду с визгами бросились врассыпную. — Ďábel! Král Pekla! — Даже в этой дыре меня знают, — Кроули с самодовольным видом отпустил руку Ленки, не отпустив, однако, руку Бобби. Ленка, приоткрыв рот, и, подняв ладони, словно ощупывая что-то кончиками пальцев, повернулась на месте, крутя головой. — Domov… Jsem doma! — она пошла к деревьям, среди которых скрылись другие русалки. — Sestry?.. Из-за ствола березы высунула голову, очевидно, самая смелая русалка. Она с опаской поглядела на Кроули и Бобби, затем перевела недоверчивый взгляд на Ленку. Та подняла ладони вверх и шагнула вперед. Русалка вышла из-за своего укрытия, медленно подошла к Ленке и осторожно коснулась ее волос. Что-то быстро проговорила и призывно помахала рукой. Из-за деревьев показались еще две русалки и встали вокруг Ленки кружочком. Бобби напряженно следил, готовый, если что вдруг, Ленку спасать, но та русалка, что вышла первой, бережно обняла ее, кладя ее голову себе на плечо. Остальные последовали ее примеру — одна прижалась к Ленке с левого бока, а другая с правого. Затем, разомкнув объятия, русалки со смехом взяли Ленку за руки и повели куда-то за собой, судя по доносившемуся плеску — к воде. Очевидно, к той самой Сазаве. Бобби мысленно выдохнул и улыбнулся. Не такого он ожидал, когда собирался на рыбалку, даже с адским высочеством… — Вот так вот, ни спасибо, ни до свидания, — Кроули взмахнул рукой и Бобби успел увидеть, прежде чем русалки скрылись за березами, как со спины Ленки исчезают алые буквы. — Чтобы я еще хоть кому-нибудь… … но чувствовал себя абсолютно счастливым. — Брось, принцесса, — Бобби легонько ткнул демона локтем в бок. — Неужели тебе не приятно осознавать, что ты сделал что-то хорошее? — Тебе что, на твоей рыбалке головку напекло? — Кроули приложил пальцы ко лбу охотника. — Единственное приятное в этой возне — твоя довольная рожа. Бобби усмехнулся. Ну, хоть так. — Но, знаешь, этого, все-таки, маловато, — демон стащил с его головы кепку и чуть придвинулся. — Я заслужил поцелуйчик. И не один. И не только… — Pánové… — Бобби оглянулся и увидел русалку, которая несмело протягивала два венка из причудливых, светящихся мягким красным светом цветов. — Vezměte si to. To je za Lenku. — Бобби, бери! — возбужденно прошептал Кроули. — Бери-бери! — А ты чего так оживился-то?.. — Бобби взял венки. — Как будет «спасибо»? — Děkuji. — Дек… дик… бля… Ну, в общем, да, — он качнул головой в сторону демона. Русалка засмеялась и унеслась в сторону рощи. Кроули выхватил из рук Бобби один венок и, ощерив зубы в улыбке, нацепил себе на голову. Бобби прыснул со смеху. — Ну, а ты чего ждешь? Надевай! — Не раньше, чем ты объяснишь подробнее, — Бобби с подозрением оглядел цветы: внутри лепестков словно горел огонь. — Что это за магия такая? — Очень древняя и очень могущественная, — Кроули вдруг крутанулся на месте. — Магия самой короткой ночи, — он мягко положил нехарактерно подрагивающие пальцы поверх держащих венок пальцев охотника. — Надень, пожалуйста. Тебе понравится. Я обещаю. Бобби с сомнением поднял венок на уровень глаз. Если эта магия проняла даже его демонское величество, что же она сделает с простым смертным охотником… Но… Кроули ведь не стал бы предлагать что-то, что может ему навредить, верно? Бобби решительно надел венок — и рухнул бы на землю, не подхвати его Кроули. — Еб твою мать… Охотник потер глаза и, для верности опираясь на руки Кроули, выпрямился и огляделся. Поляна выглядела так же и одновременно совсем иначе — словно кто-то добавил свежих красок поверх старого холста. Все искрилось, переливалось в лунном свете. Бобби казалось, что свой цвет есть даже у ветра, качающего верхушки берез. — Красиво, да? — Кроули, незаметно зашедший ему за спину, обнял его за плечи. Бобби смог только кивнуть и вытянул вперед ладони, совсем как Ленка чуть раньше, ощупывая струящийся меж пальцев воздух. Сквозь подошву казавшихся сейчас лишними ботинок, он чувствовал мерный ритм, в такт которому дышало все вокруг, каждое дерево, каждая травинка, а до обострившегося до невиданных пределов слуха доносилась тихая песня. Языка Бобби не знал, но понимал каждое слово: русалки пели о потере и возвращении. — Это… это… Бобби хотел было развернуться лицом к Кроули, но тот ловко повернулся вместе с ним, опять оказываясь за спиной. — Не оборачивайся на меня, любовь моя, — его голос прозвучал неожиданно грустно. — Не порти себе впечатление. Бобби хотел возразить, что ничего он себе не испортит. Сказать, что его, как охотника, уже ничем не удивить и не напугать. Объяснить, что ему плевать, как Кроули выглядит на самом деле. Доказать, что он любит Кроули тем, кто он есть, даже страшным чертом с рогами и хвостом. Но, прежде чем он открыл рот и повернул голову, Кроули сказал: — Я этого не хочу. Бобби сглотнул, проглатывая заодно все свои аргументы, и лишь спросил: — А чего ты хочешь? На плечи вновь легли горячие ладони. — Выгулять тебя по этой красоте. У нас есть пара часов — до рассвета. — А ты тоже… все это чувствуешь? — Да, — Кроули легко коснулся губами шеи охотника. — И мне, как ни странно, тоже нравится.