Несколько тысяч слов о чем-то

      На следующий день Келу пришлось идти с Джином. Молчание отчего-то было почти гнетущим несмотря на то, что Лайм тоже часто бывал молчалив и ничуть эти не напрягал. Но парень не терял надежды, что если он сошелся с Рошей, то и с ее другом найдет общий язык.       – Тебе, кажется, нравится в Развалинах гулять. Мы с Рошей договорились прогуляться по зданию заброшенного университета. Пойдешь с нами? – попытался завести диалог он.       Джин на это только рассмеялся.       – Мне и моего университета хватает.       Кел удивленно посмотрел на Джина, но быстро фыркнул, не желая, чтобы этот напыщенный тип увидел его интерес. Интересно, от Роши он огребает за подобные насмешки?       Но Джин даже не смотрел в его сторону. Может оно и к лучшему. Некоторое время Кел просто шел следом – он даже не знал, какой именно маршрут им предстоит, да и не интересовался этим, раз Джин решил взять на себя роль проводника.       И все же раздражение зудело где-то в животе. Неужели он не в состоянии завести разговор с человеком, с которым им предстоит работать вместе неопределенное время?       – Почему тебе нравится в Развалинах? – спросил он, надеясь, что этот вопрос снова сработает.       Джин на это расслабленно пожал плечами.       – Там спокойно.       И вот этот человек ему едва морду не набил в первый же день знакомства? Хотя чему удивляться, Кел и сам такой. Разгон от нуля до сотки за секунду.       Он долго пытался разговорить своего сегодняшнего напарника, но тот то ли блаженно утопал в своих мыслях, то ли просто не имел ни малейшего желания разговаривать с назойливым парнем. Хотя на вопросы он отвечал, интереса к беседе абсолютно не выказывал, скорее даже пытаясь оборвать ее короткими ответами, оставляя Кела в подвешенном состоянии и непонимании, как продолжать разговор, и стоит ли это вообще делать.       

***

      – Да как ты с ним общаешься? – проскулил Кел, утыкаясь лицом в сложенные на столе руки. Несмотря на то, что объект разговора сидел рядом и все слышал.       Они уже сидели в Баре, закончив работу на сегодня, и можно было наконец пожаловаться оказавшемуся в поле зрения Лайму.       – Никак, – усмехнулся Лайм и продолжил, увидев хмурый взгляд из-под упавших на глаза кудряшек. – Я просто с ним не разговариваю.       – Очень приятно слышать тишину, – ответил Джин, запрокинув голову на спинку диванчика и прикрыв глаза. Кажется, все остальные фразы он вполне осознанно пропускал мимо ушей, просто дожидаясь, оплаты за этот день, чтобы спокойно уйти домой.       Кел попытался сесть прямо, но усталость давала о себе знать, и он подпер щеку кулаком. Его взгляд скользнул по Роше, которая, на удивление, никак не отреагировала на его жалобы на ее друга, и только косо посматривала на сидящего рядом Лайма.       Атмосфера оставляла желать лучшего, но ее вскоре прервал подошедший с четырьмя конвертами Син, который раскидал их по столу перед каждым из ребят.       – Идемте.       

***

      – Да как ты можешь с ней общаться?!       Лайм отнюдь не жаловался, как это делал Кел всего несколько часов назад. Он почти рычал он злости, толкнув особо не удивившегося этому парня.       Лайм, как оказалось, предпочел вести себя более сдержанно при людях, но Кела ему обмануть не удалось. Тот еще по пути заметил напряженность и особую прилипчивость, которая выражалась в постоянных попытках ткнуть, схватить, хоть как-то незаметно коснуться. Что угодно, чтобы выместить хоть малую долю своего раздражения.       Ну почему виноват кто-то другой, а огребать опять ему?!       Кел выдохнул, смотря, как Лайм вполне угрожающе снимает водолазку, стоя коленом между его ног. Вообще-то, зрелище было весьма сексуальным, но что поделать, если чувство угрозы и возбуждение у него вполне могли идти рука об руку.       – Что случилось? – решил он все же поинтересоваться таким тоном, будто вел светскую беседу, а не лежал под полуголым парнем, любуясь его телом.       – Ничего. Слишком много о себе думает, – ответил Лайм с неприкрытым раздражением. Или возбуждением? Кел уже слабо понимал разницу, когда Лайм наклонился к его шее, коснувшись сначала носом, а затем губами. Горячее дыхание отвлекало от слов, а рука, сжавшая шею, напротив вынуждала концентрироваться, чтобы не упустить чего-то важного. И в этой смеси проще было потеряться.       – Так и хотелось затащить ее в темный переулок и перерезать горло, – большой палец скользнул поперек шеи, иллюстрируя движение лезвия.       Кел судорожно вздохнул, наслаждаясь таким напором. Он коснулся руки Лайма, обвел напряженные мышцы, провел рукой дальше, по спине.       – Фу, какая пошлость. Решение затащить меня в постель определенно было лучше.       Лайм отстранился и дождался, пока Кел переведет на него свой взгляд.       – И кто из нас пошлости говорит?       – Я хотя бы к месту.       Пальцы сильнее сжались на шее. Кел на это поерзал и медленно согнул ногу в колене так, чтобы упереться коленом в пах Лайма.       Уже возбужден, не удивительно. Но это единственное, о чем он успел подумать. Пальцы привычно правильно давят так, чтобы не причинять боли, но перекрывать кислород. Голова начинает слабо кружиться.       Кел приоткрывает рот, пытаясь вдыхать через него, и смотрит на Лайма из-под полуприкрытых век. Этого мало, дышать уже тяжело. Он вздрогнул всем телом, начиная задыхаться, и схватился за руку, которая сжимала его горло. Теперь Лайм доволен полученной реакцией. Он наклонился и прижался к приоткрытым губам, целуя так, что даже ослабшая хватка на шее не помогла вдохнуть достаточно кислорода.       Может для кого-то это выглядело бы слишком грубо, кому-то показалось бы, что Келу неприятно... И Кел определенно рад, что этого никто не видит. Он и перед собой не собирался объясняться, почему его это заводит, почему ему нравится каждое грубое прикосновение, нравится послушно лежать, пока с его телом развлекаются не слишком ласковыми способами; нравится, что его не ограничивают в том, чтобы в какой-то момент взять на себя немного инициативы. Может дело и вовсе не в прикосновениях, а в том, как Лайм смотрел, как дышал, тяжело, нависая будто над пойманной добычей. Хотел его. Возможно, разорвать в клочья или съесть. Даже пытался иногда, сжимая зубы на шее, прямо как сейчас. Но у Кела оставалось глупое, возможно иллюзорное, ощущение, что он может что-то контролировать.       – Водолазки у тебя таскать буду, – проворчал Кел, чувствуя, что на коже снова останется синяк, но не чувствуя опасности, хотя голос дрожал. А Лайм пристально смотрел, будто придерживаясь правила не нападать, пока не почует страх.       Долго ждать не пришлось. Под таким взглядом Кел быстро занервничал и был готов не то, что не тянуть руки к чужим водолазкам. Да он бы прямо сейчас снял с себя и отдал толстовку, если бы она не была уже сброшена куда-то на полку шкафа. Так что мог он, на крайний случай, отдать разве что футболку, под которую руки Лайма уже вполне уверенно пробирались.       – Хватит так угрожающе смотреть, я не собираюсь никуда от тебя сбегать, – тихо усмехнулся он, протягивая руки к ремню Лайма и слабо притягивая ближе к себе. Тот подался вперед, убрав руку с шеи Кела и опершись ею возле его головы.       – Но руки я тебе на всякий случай свяжу, – он убрал руку из-под футболки и зацепил пальцем пряжку своего расстегнутого ремня.       – Ну и как мне тебя удовлетворять тогда?       – Думаешь я сам не справлюсь?       Кел требовательно уперся руками в бедра Лайма, ненавязчивыми движениями пальцев стаскивая брюки ниже, но не позволяя приблизиться сильнее.       – Так, стоп-стоп. Если собираешься трахать, то сначала в душ, – Кел и сам не мог предположить, какая реакция последует сейчас за этим требованием, и уж точно не ожидал увидеть довольную усмешку.       – Хочешь в душе? Ну пойдем, – Лайм, не церемонясь, схватил его за руку и потащил по направлению к ванной.

***

      – Ты все еще не ответил, как ты с ней общаешься?       – Я все еще не понял, в чем проблема. Она меня еще и гулять позвала, – пожал Кел плечами, лениво подползая к Лайму, чтобы устроиться у того на груди и вдохнуть запах геля для душа. – Пойдешь с нами в Развалины?       – А сам как думаешь? – хмыкнул он. Кел резко распахнул прикрытые глаза, когда за веками четко вырисовалась сцена, как Лайм исполняет свою угрозу в темном коридоре заброшенного университета.       – Не идешь.       – Вот то-то же... И слезь с меня, жарко.

***

      Кел сидел за столом и начинал верить тем культурам, которые считают четыре – плохим числом. Четвертый их рабочий день. Лами сверлила Лайма, севшего напротив, недовольным взглядом, Джин предпочел снова сидеть с закрытыми глазами, то ли раздражающе расслабленный, то ли притворяющийся таковым. Несмотря на внешнее спокойствие Лайма, Кел подмечал, как мышцы руки того то и дело напрягались в готовности схватить любого, кто перейдет черту его терпения. И откуда силы только? Келу и до Бара дойти тяжело оказалось, а еще рабочий день впереди. Даже интересно, какие расстояния они так каждый день проходят?       Кел незаметно ткнул пальцем в кулак Лайма, который тот сжал в кармане брюк.       Лайм достал руку из кармана и позволил Келу сжать его ладонь в своей. Кел расслабился, чувствуя легкие поглаживания по тыльной стороне и касания с нажимом к ладони, которые ощущались как приятный массаж. Он предпочел сконцентрироваться на этом, отвлекаясь от не слишком дружелюбной атмосферы вокруг.       – Кхм, – раздалось позади и Кел обернулся, надеясь выглядеть заинтересованным, а не так, будто его застукали за чем-то неприличным. Но все же заметил, как хмурый взгляд Сина скользнул по их рукам.       Лайм поднялся, чтобы пропустить Сина на его излюбленное место у стены. Кел поторопился следом, будто его руку все еще держали. Вот сейчас мог бы и дернуть, вообще-то!       – Сегодня заказов больше, но на завтра откладывать нельзя, – начал Син, садясь на свое место. – В идеале все еще управиться до шести вечера, пока большинство людей работают, но лучше нарушить этот пункт, чем задерживать доставку на день. Если управитесь, можете взять на завтра выходной.       Кел с облегчением выдохнул. Выходной! Какое прекрасное слово. Можно будет полежать.       – О, как раз можно будет прогуляться по Развалинам, – Роша явно приободрилась от одной этой мысли, после чего перевела взгляд на Кела.       Точно, университет. Кел уже не был так воодушевлен этим, так как снова придется пройти немыслимое количество шагов, поэтому пока только улыбнулся в ответ.

***

      В Центре стояла душная жара. Кел, уставший постоянно ходить с коробками в руках, в этот раз взял с собой рюкзак и Лайма подговорил. Рюкзак был полностью набит коробками неизвестного содержимого, угадывать которое в такой жаре совсем не хотелось, но, по крайней мере, не привлекал столько внимания, как стопка коробок.       Лайм рядом шел с таким же полным рюкзаком и каким-то конвертом в руках, без жалоб выдерживая жару в черной футболке и брюках.       – Ты внимания своим прикидом привлекаешь больше, чем коробками, – проворчал Кел, косясь на парня. Он знал, что лукавит. В Центре многие ходили в подобном виде. Если быть точнее, ВЫходили. Из такси. И тут же перебирались в какие-то здания, где наверняка была приятная прохлада от кондиционера и кулеры с холодной водой. В такие моменты Кел начинал действительно завидовать жителям Центра.       – А ты своей недовольной рожей прям вписываешься, – съязвил Лайм, даже не поворачиваясь.       – А сам-то?! Не особо довольным выглядишь. Интересно почему, если тебе комфортно.       – Мне комфортно. А вот частям людей в коробках не очень, подванивать начинают.       Кел вздрогнул бы, если не жара, которая в целом не допускала резких движений, только плавные, будто подтаявшие. И от того, когда он приблизился к Лайму и принюхался, выглядело так, будто он наслаждается приятным запахом духов, а не вынюхивает признаки гниения. Лайм с ухмылкой скосил на него взгляд.       – Да пошутил я.       – Кажется я правда чувствую что-то... – обеспокоенно ответил Кел, но отстранился.       – Запах разложения моей души? – спросил Лайм с видом, будто читал стихотворение.       – Фу... Вряд ли души целиком, скорее уж совести и понимания приличий, – скривился Кел и сделал шаг в сторону, собираясь пихнуть парня локтем, но тот раньше вытянул руку и ущипнул за бок.       – Ай! – Кел оскалился, поворачиваясь к Лайму и раздраженно смотря на невозмутимое лицо.       – Это была самозащита, – спокойно бросил Лайм и продолжил идти.       – Кому еще от кого защищаться надо...

***

      К вечеру город наполнила прохлада, сменив невыносимую жару. Кел и Лайм доставляли последнюю посылку, но, как только та была оставлена на заказанном месте, из-за угла вышли несколько мужчин.       – А я-то думаю, кто нам эту мерзость подкидывает, пробасил неожиданно голос.       Ситуация нервная, даже пугающая, и из нее нужно было как можно быстрее выбраться.       – Мы просто..., – начал спокойно Кел, рассчитывая объяснить, что они понятия не имеют, что там за «мерзость» и просто выполняют свою работу. Но мужчины слушать явно не собирались, напряженно следящий за ними Лайм это отчетливо видел по выражениям лиц.       Двое вышли вперед с дубинками в руках. Парни вдвоем рванули в противоположную сторону, собираясь, как советовал Лад, разбежаться в разные стороны, но едва не влетели в еще двоих, неловко тормозя. С запозданием они все же кинулись в стороны. Лайм почувствовал, как его схватили за руку, тут же заламывая и толкая его на землю. Кел схватился за ворот толстовки, который резко начал давить на горло, когда его поймали за капюшон. Парни стукнулись плечами, когда их обоих притянули к земле, и переглянулись, едва успев осознать, в какой ситуации находятся. Все происходило слишком быстро.       – Обойдемся без бит. Дайте мальчикам подышать, – прозвучало где-то позади, прежде чем к лицу прижали мокрую тряпку.       Глупое желание проверить на себе действие хлороформа, возникавшее когда-то из праздного любопытства, растворилось гораздо быстрее сознания.

***

      Кел очнулся, комфортно и привычно устроившись тяжелой и гудящей от боли головой, но вот все остальное тело ныло от неудобного положения. Он приоткрыл глаза, отмечая знакомые бедра и живот – ляжки Лайма под головой он всегда узнает, и хотел было перевернуться на спину, но в плечо отдало болью, а двинуть рукой и вовсе не удалось.       – Идиот, – послышалось сверху, пока ситуация постепенно прояснялась. – Ты даже не пытался задержать дыхание?       Но Келу было не до ответов на такие вопросы. Он понял, что чувствует на руках веревку, стягивающую их за спиной. Хотя, сказать вернее, чувствует лишь давление веревки, так как руки нещадно затекли.       Он попытался подтянуть к себе ногу, чтобы подняться, но ноги тоже оказались связаны. Неудобно. Чертовски неудобно. Он предпринял несколько попыток подняться или сменить позу, забавно ерзая и пытаясь оттолкнуться от пола хоть чем-то, в ход пошла даже голова, за чем Лайм наблюдал со снисходительной усмешкой. Подняться все же удалось, хоть и с большими усилиями. Только тогда он понял, что Лайм тоже связан, и они вместе сидят на полу спальни будто в неплохом гостиничном номере, залитом теплым светом люстры.       – Голова раскалывается, – пожаловался Кел, морщась от неприятных ощущений и чувствуя себя только хуже из-за почти довольного выражения лица Лайма.       – Ну, давай тогда еще немного отдохнем, – пожал плечами Лайм. Его голос звучал так нейтрально, что Кел даже не уловил едва заметную язвительность, но его так просто не одурачить. Он скептически посмотрел на парня, который просто не мог так сказать с абсолютной серьезностью.       И да, он в курсе, в какой ситуации они находятся!       – Ага, только руки мне развяжи. У меня от этого твоего шибари уже все затекло, – Кел развернулся спиной, буквально плюхнувшись ягодицами на пол и зашипев от неудачного приземления на копчик. Смешок позади не был чем-то удивительным. В отличии от последовавшего шепота: шутки шутками, но разве Лайм не должен был сейчас повернуться спиной и своими связанными руками пытаться развязать Кела, как в фильмах? Романтичная натура, как всегда, мешает трезво оценивать ситуацию.       – Может все же еще немного поиграем? – Кел почувствовал, как натянулась веревка на руках, а по шее провели носом, выдыхая горячий воздух.       – Лайм! – шикнул Кел, но едва это произошло Лайм резко отстранился, а руки следом дернуло назад с характерным звуком разрезаемой веревки. Кел обернулся и через плечо действительно увидел почти перерезанную веревку и нож в руках Лайма.       Не вышло пафосно выпендриться, с первого раза веревка не поддалась. Но Лайм, цыкнув, только снова придвинулся, вывел руки как можно сильнее в сторону и еще одним резким движением перерезал веревку до конца.       – Не смотри на меня так.       – Как? – Кел и правда никак по-особенному не смотрел, просто наблюдал, пока снаружи не раздались мужские голоса.       – Как будто мы не находимся в проблемной ситуации, – он быстро пихнул нож Келу, который в этот момент быстро выпутывался из веревок. Как только руки оказались свободны, Кел схватил нож и освободил руки Лайма. Дверь распахнулась, пока он пилящими движениями перерезал веревки на ногах.       – Доставай свой нож, эти идиоты не проверяли карманы, – тихо подсказал Лайм, перехватив нож и продолжив свое освобождение самостоятельно. Кел послушался совета и уже через пару секунд рывком перерезал веревочный узел на своих ногах.       Мужчины уже втроем стояли у двери в небольшой комнате, наблюдая за попыткой побега почти с насмешкой. В несколько шагов они приблизились к парням.       Лайм перегородил им дорогу, замахнувшись ножом, выиграл немного времени, чтобы Кел тоже успел подняться.       Они бросились в разные стороны, но против трех мужчин, которые почти вплотную перекрыли путь к двери, что-то сделать было тяжело.       – Куда это вы собрались? Мы ведь еще не поболтали...кха!       Кел застыл на месте, увидев брызги крови – Лайм особо не раздумывал и ударил одного из мужчин по шее, стирая с его лица мерзкую ухмылку. Пожалуй, только этот вид спас Кела от уже занесенного на него удара, хоть и добавил к головной боли чувство тошноты.       – Ты что делаешь, маленькая тварь! – взревел мужик, который попытался схватить Кела, но отвлекся, и тот смог увильнуть. Мужик, который стоял по центру, подхватил раненного товарища, и тогда Лайм тоже смог отбежать к двери.       Ошарашенные парни ринулись к на удивление открытой двери гостиничного номера. Впрочем, удивление прошло, как только на пороге появился еще один человек, но тот настолько был удивлен шумом и криками, что парни на ходу оттолкнули его в сторону и побежали по коридору. Едва осознавая происходящее, они пытались найти выход под непонимающими и осуждающими взглядами других постояльцев отеля.

***

      – Сбежали, – пожал плечами Кел под пристальным взглядом Лада.       Они, уставшие, выдохшиеся от бега, вернулись в Бар уже поздним вечером. Только по пути через залитые искусственным светом фонарей улицы Кел понял, что провел без сознания несколько часов. И хоть отдыхом это не назовешь, именно он рассказал всю ситуацию Ладу. Ну, как всю? Со спокойным и невинным видом он умолчал, что Лайм применил нож сильнее, чем стоило в подобных ситуациях.       

***

      Джин и Роша уже разошлись по домам, поэтому парни отправились вдвоем. После таких событий Кел шел домой, едва перебирая ногами, Лайм же устал настолько, что даже не пытался подстебнуть на эту тему.       Они зашли в квартиру, едва не синхронно выдохнув от облегчения. Мысль о завтрашнем выходном грела душу. Кел скинул кроссовки, наступая на пятки, чтобы лишний раз не наклоняться, и направился прямиком к ванной комнате.       – Я в душ, – бросил он по пути, побаиваясь предложения снова пойти вместе.       – Ага, – Лайм поймал удивленный взгляд Кела, но нашел силы только слегка приподнять уголок губ в усмешке. И, конечно же, в таком состоянии он не собирался трахаться в ванной. Вообще нигде не собирался. Только прошел на кухню для того, чтобы выпить пару стаканов воды и найти что-нибудь перекусить.

***

      Вскоре они уже лежали в постели, в тишине, наслаждаясь отдыхом для всех уставших мышц.       – Лайм..., – позвал Кел в какой-то момент.       – М? – отозвался тот, не отрывая взгляд от телефона.       – Как думаешь, он жив? Тот мужчина       – Которого я пырнул? – Кел кивнул, надеясь, что Лайм заметит это хотя бы боковым зрением. – Очень жаль, но скорее всего да.       Кел, до этого удобно лежавший головой на животе Лайма, поднялся и сел, скрестив ноги. Кровать жалобно скрипнула треснувшей деталью.       – Ты бы хотел, чтобы он умер?       – Я бы хотел его расчленить, – Кел мягко улыбнулся, привыкший слышать такие слова серьезным тоном. Хоть и знал, что Лайм правда не шутит.       – Именно его?       Лайм открыл было рот, чтобы ответить, но задумался.       – ... Нет, без разницы. Просто кого-нибудь убить и расчленить – это было бы интересно.       – Что насчет меня? – спросил Кел игриво, подперев щеку рукой.       – М? Ты подельником быть хочешь или жертвой? – Лайм едва заметно прищурил глаза, сейчас с ним лучше не шутить.       – Я не хочу. Просто интересно, подхожу ли я тебе в качестве жертвы.       – Да. Давай прямо сейчас и начнем, – он отложил телефон и двинулся к Келу.       

***

      – Ааа! Нет! Отпусти, пожалуйста! – Кел изо всех сил пытался вырваться, но силы откровенно заканчивались. – Я же так сам расчленюсь... Ах! Ахах, аха!       Лайм продолжал заламывать ему руку, но щекотать перестал, давая хотя бы небольшую передышку.       – Я понял, понял! Меня ты только трахаешь. Расчленяй других.       – Серьезно? Это все выводы, которые ты сделал? Может нам стоит продолжить? – его рука уже двинулась снова по ребрам к подмышке, но Кел буквально заверещал:       – Нет! Нет, пусти, я больше не буду тебя провоцировать!       Он смог спокойно выдохнуть только тогда, когда Лайм наконец отпустил его и слез с его спины.       Он понимал, что зря ведет такие разговоры, в курсе, какие желания часто зреют в голове его парня и каких усилий иногда требует сдержаться и не пустить Кела на такие вот эксперименты.