Ход короля

*** Палату освещал лишь тусклый свет лампы. Больница стихла с наступлением ночи. Врачи и медсёстры, заступившие на ночное дежурство, проверяли тяжело больных пациентов. Другие обитатели госпиталя либо уехали домой, либо спали. Никто из них даже не мог предположить, что в эту ночь произойдёт преступление, которое ещё долгое время будет оставаться безнаказанным. Женщина, лежавшая на кровати, смотрела на настенные часы. В обычное дни для неё они были просто вещью, которая показывала время. Сегодня же они отсчитывали последние минуты её жизни. -Моя смерть тебе ничего не даст, и ты это прекрасно знаешь. Я буду все лишь ещё одной невинной душой на твоей прогнившей совести. Женщина говорила ровным голос, без страха, без мольбы. Пусть она и не хотела уходить так рано, но сделать ничего не могла. У неё забрали право выбора и слова. Но было то, что забрать невозможно. Храбрость. Если ей суждено умереть, то назло всему миру она это сделает с гордо поднятой головой. Мужчина, стоявший у окна, дернулся от её слов и резко развернулся. -Невинной душой? -Слова были наполнены ядом. -Ты всё это время играла против меня. Прикидывалась дурой и строила заговоры за моей спиной. О какой невинности ты говоришь? -Ты посадил меня в клетку, перекрыв кислород. Я долго терпела, но ты перешёл все границы. Мои поступки это всего лишь желание защититься, и у тебя нет права меня судить. Мужчина резко приблизился к кровати. -Может я не судья, но в твоей истории буду палачом, лицо которого будет единственным, что ты увидишь перед смертью. Женщина улыбнулась и повернула голову. -Уверен? Ты считаешь себя Богом, королём ситуации, но это не так. В этой игре ты был всего лишь пешкой, которой умело руководят. И останешься таким навсегда. Если ты думаешь, что это конец, то ты ошибаешься. Это только начало. Возможно не сейчас, но через пять или десять лет, найдётся человек, который тебя переиграет. И тогда мы встретимся вновь. Мой палач эту кукловод. Его решение совершить этот поступок свидетельствует о том, что он воспринял меня как угрозу. Следовательно, я одержала победу. Твой же исход предрешен как поражение. Это были последние слова женщины. Её голова мягко опустилась на подушку. Глаза закрылись. Можно было подумать, что она уснула. Только это был очень-очень крепкий сон. Глава 1 Моё имя Астрид Оливия Морган. Возможно, вы подумали, что я девочка из обычной семьи, где мама домохозяйка, а папа трудоголик, но судьба решила иначе. Наш род никогда не славился достижениями мирового уровня, но мой дедушка-Адам Морган решил прервать эту традицию и основал свою строительную империю. Теперь наша семья сотрудничает с людьми по всему миру. Единственным ребёнком дедушки была моя мама-Лилиан. Она с маленького возраста любила рисовать и в студенческие годы стала хорошим дизайнером одежды. У неё было мало времени чтобы раскрыть свой талант до конца. Мама рано вышла замуж и родила моих брата и сестру. А после моего рождения скоропостижно умерла. Эта трагедия до сих пор оказывает влияние на нашу семью. Мой отец, Калеб Браун, не имел ничего общего со светской жизнь до знакомства с мамой. Его родители были обычными фермерами. С Лилиан они познакомились на весеннем фестивале и влюбились друг в друга. Дедушка не одобрял их отношения, но узнав о беременности согласился на их брак. Моё детство не было наполнено яркими воспоминаниями. Отец часто пропадал на работе, а в те редкие моменты, когда я заставала его дома, он уделял внимание старшему брату и сестре. Дедушка тоже не отличался сентиментальностью. Говорят, что после смерти мамы он закрылся в себе и мало с кем контактировал, только если это не касалось семейных дел. У меня были праздники и подарки, но всё это казалось формальностью. Отец старался оградить меня от Джонатана и Амелии. В какой-то степени у него это получилось. С сестрой мы обменивались взаимной ненавистью. Но Джонатан не отвернулся от меня. Мы вместе играли, смотрели мультики. В школе он помогал мне с учёбой. Делал всё, что положено старшему брату. Я думаю, он чувствовал некую ответственность за меня. Его поддержка не всегда была безусловной, но его можно понять. Никто не хочет ощутить на себе гнев родителя. В основном моим воспитанием занималась миссис Боун. Она была моей няней, которая заменяла мне маму. Ещё одним моим вечным спутником был телохранитель Генри. Я редко покидала поместье без его сопровождения, но его компания мне нравилась. Он рассказывал истории из своей молодости, часто приносил сладости и старался научить тому, что знал сам. До 14 лет я пыталась добиться расположения своего отца. Но всякий раз получала равнодушное: “Я занят” или “Мне это не интересно”. Расстраивало ли меня это? Чуть-чуть. Злило? Безумно. В тот период, девочка, нуждавшаяся в родительской любви, исчезла и появилась новая, которая хотела доказать себе и всему миру, что способна достичь высот без отцовских подачек и похвалы. Я пошла против всех правил и стала самостоятельно строить свою судьбу. Заводила знакомства, которые никто не одобрял. Занималась стрельбой, в то время, пока другие девочки учились рисовать. Я была буйной, всегда стояла на своём, и даже угрозы отца или удары ремнём не могли меня остановить. К 21 году, благодаря успехам в учебе, я смогла открыть несколько салонов красоты, инвестировав средства из трастового фонда. Не то, чтобы меня интересовала данная индустрия, но моя лучшая подруга Грейс окончила медицинский колледж и прошла курсы косметолога. У меня были деньги для помещения и оборудования, у неё знания и люди, которые хотели работать с нами. Так появилась сеть салонов “Royal Treatment Salon”. Я получила признание многих успешных женщин и попала на обложку журнала “TIME”. Это вызывало у сестры приступы ярости, но все, что злило её или отца, доставляло удовольствие мне. Единственное, что пока оказалось выше моих сил, так это переехать жить отдельно. Поместье меня не отпускало, как будто “кричало” о помощи. Оно было единственным местом, связанное с мамой. С учётом огромных размеров дома я могу вообще не пересекаться с другими его обитателями, но было бы слишком скучно постоянно избегать встречи с ними. Поэтому сейчас я спускаюсь на первый этаж, чтобы встретить Джонатана и Амелию, которые вернулись с осенней недели моды в Париже. Они стояли в холле, окруженные горой чемоданов и пакетов из различных люксовых бутиков. -Сестрица, я смотрю ты продолжаешь бездумно тратить деньги. Надеюсь, в этот раз прикупила себе, что-то подлиннее серой юбки, которая еле прикрывает твою очаровательную попу? - Я невинно улыбнулась и похлопала глазами. -Астрид. - Амелия выплюнула моё имя словно яд. – Неужели твоя жизнь настолько скучная, что единственное твоё развлечение — это разглядывание моей задницы? Амелия коварно улыбнулась. Я же громко засмеялась. Это единственное, что смог выдавить из себя скудный мозг моей сестры. Амелия была красива. Небольшой рост, тёмные густые волосы, пухлые губы и огромная грудь. Всё, что нужно для соблазнения мужчин. Но под красивой обёрткой не было ничего кроме зависти и тщеславия. -Нет, моя жизнь наполнена вещами поинтереснее твоего тела, но счастливее я становлюсь, когда смотрю на твои выступления. Не хочешь записаться в труппу местного цирка? Тут засмеялся уже Джонатан. Его всегда забавляли наши перепалки. -Сестрицы, вы, как всегда, очаровательны и прекрасны. - Он подошёл ко мне и поцеловал в щёку. – Обед уже готов? -Конечно, все с самого утра готовятся к возвращению главных наследников. - Я сделала вид, что выполняю реверанс. Джонатан зашёлся ещё одним приступом смеха. Амелия к тому времени стала похожа на помидор. Наше представление прервал вошедший в холл отец. Он, как всегда, был одет в дорогой костюм, сшитый на заказ, идеально белую рубашку и туфли от Armani. Рост у отца был около 185 сантиметров. Стройная фигура и острые черты лица. Это дополнялось чёрными, как смоль волосами и безжизненными серыми глазами. Джонатан был его точной копией, разве что взгляд повеселее. Я же из всех детей была похожа на него меньше всего. Рост у меня был 175 сантиметров, светло-русые волосы и изумрудные глаза. -После обеда мы едем на встречу с Миллерами, будьте готовы. Больше он ничего не сказал и сразу же ушёл прочь, зная, что Джонатан и Амелия беспрекословно выполнят его указания. Меня на такие мероприятия не брали. Спустя несколько секунд после ухода отца, Джонатан вернул моё внимание на себя. -У меня для тебя подарок. Я подумал оно хорошо будет сочетаться с глазами. – Он протянул мне пакет со своей фирменной улыбкой на лице. Мои глаза заискрились счастьем. Внутри лежало длинное тёмно-зелёное платье. Корсет был украшен сложными узорами из драгоценных камней. Юбка платья переходила в шёлковый шлейф, он был недлинным, так что при ходьбе можно было обойтись без помощи подруги, которой бы пришлось его поправлять. -Ты умеешь хорошо одевать женщин. - Я заключила его в недолгие объятья. -Только, если эти женщины так же хороши собой, как и ты. Джонатан всегда был мастером комплиментов. Его харизма никого не могла оставить равнодушным. С её помощью он отлично разрешал любые конфликты. Амелия, глядя на нас, презрительно фыркнула и, отдав приказ охране поднять чемоданы в её комнату покинула нас. - Я думаю, она не выспалась в самолёте. - Прокомментировал Джонатан. -В таком случае, она не высыпается всю свою жизнь. - ответила я. Обменявшись еще парой шуток, Джонатан пошёл переодеваться к обеду, а я решила подышать воздухом. Последние пару дней меня не отпускало ощущение, что скоро случиться, что-то плохое. Прогулки в нашем саду помогали успокоиться и сосредоточится. *** Подойдя к беседке, я оглянулась на дом. Мы жили в Скарсдейле, это примерно в 40 минутах езды на машине от Нью-Йорка. Дедушка всегда любил тишину, поэтому обжился здесь. Наш дом был самым большим в округе. В нём было два этажа, однако за счет его длины он казался огромным. Спортзал, сауна, кинотеатр, бильярд. Временами мне казалось, что в некоторых торговых центрах развлечений меньше, чем у нас дома. Фасад выполнен в классическом стиле. Множество колонн, белый мрамор всё будто кричало о немыслимом количестве денег на банковских счетах нашей семьи. Интерьер соответствовал внешнему виду дома. Белая мебель, вычурные люстры, всегда блестящий начищенный пол и минимум вещей, которые могли создать визуальный шум. Моим любимым местом в доме был уличный бассейн, но после одного случая, я перестала приближаться к каким-либо местам, где много воды. Погрузившись в свои размышления, я не заметила, как кто-то подошёл ко мне. -Мисс Морган, я искал вас в доме, но Эмма сказала, что вы вышли подышать воздухом. Я вздрогнула и резко обернулась к источнику звука. Это был Генри. -Боже, ты зачем так пугаешь. - Я схватилась за сердце, как будто была в шаге от приступа. – И почему ты продолжаешь обращаться ко мне формально, даже когда мы наедине? Я много раз говорила, чтобы ты звал меня по имени. Генри виновато улыбнулся и переступил с ноги на ногу. Он был довольно симпатичным мужчиной: высокий, широкие плечи, мускулы. Он мне понравился с первого взгляда, потому что у него были добрые глаза. А за слегка рыжеватый оттенок волос он получил от меня прозвище “хомячок”. Правда он об этом не знает. Раньше он служил в военно-морском флоте. Потом получил травму и решил обзавестись более спокойной работой. Большая часть нашей охраны — это его сослуживцы. -Издержки профессии, Астрид. – Он специально сделал акцент на имени, как бы признавая своё поражение. -Так-то лучше. – Я похлопала его по плечу. – Так что ты хотел мне сказать? -В почтовый ящик положили конверт, подписанный твоим именем. Мы проверили. Ничего опасного в нем нет. Я оставил его у тебя в спальне на тумбочке. Я немного удивилась, так как в основном бумажную почту получала только домработница на оплату счетов. – Любопытно, я думала мы живём в веке технологий и всё такое. -Иногда бумажные носители надёжней электронных, скорее всего там что-то важное. Я кивнула головой, соглашаясь с Генри. -Могу задать тебе вопрос? -Я давно хотела обсудить одну тему с Генри, но все не решалась влезать в его личную жизнь. -Конечно можешь. -У тебя нет жены или детей? Если это слишком интимный вопрос можешь не отвечать. Просто сколько себя помню ты всегда на работе. Взгляд Генри стал грустным. Он помедлил с ответом. -В молодости у меня была любимая. За короткий срок она стала для меня всем миром. Тогда я как раз собирался уходить в армию, она обещала дождаться меня. Мы регулярно обменивались письмами, но потом она перестала их писать. Позже я узнал, что она погибла в автомобильной аварии. С тех пор никого сильнее неё я полюбить не смог. Да и не хотел. Даже спустя столько лет мне кажется, что, уйдя она забрала часть моего сердца. Во мне смешались несколько чувств. Первое-это чувство стыда, что я всё-таки решилась затронуть это тема. Второе-это чувство горечи. -Прости, мне жаль. -Ничего страшного. Моё решение может показаться глупым, но оно было осознанным. -У тебя даже не возникало желание стать отцом? Завести семью? -У меня есть семья. Мои товарищи, Эмма, ты. -Генри позволил себе легонько потрепать мои волосы, после чего на его лице снова засияла улыбку. -Этого достаточно, чтобы быть счастливым. Я была безумно благодарна судьбе, за то что у меня был такой друг. -Ты тоже для меня, как семья. -Я протянула ему мизинец и как в детстве решила взять с него обещание. -Поклянись, что никогда от меня не откажешься. Генри, не думая, протянул свой мизинец и перекрестил их. -Клянусь своей жизнью. В моём кармане завибрировал телефон. Я достала его и увидела сообщение от Джонатана, что меня ждут в обеденном зале. Я тяжело вздохнула. Придётся уделить время очередному обмену “любезностями” с семьёй. *** Десять минут все сидели молча. Первой тишину нарушила Амелия. -Астрид, как твой салон? Ещё никого из клиентов не убила? – Амелия подняла на меня глаза и демонстративно отправила себе в рот помидорку черри. -А ты с какой целью интересуешься? Если хочешь заглянуть, нам как раз привезли новые инъекции ботокса, можем испробовать на тебе. – Я сделала паузу, как будто размышляла о чём-то. - Хотя, извилины твоего мозга давно разгладились от всех инъекций, что ты уже сделала. Не стоит рисковать. -Ах ты! -Амелия вскочила со своего места, но ничего не успела сделать. Её остановил голос отца. -Довольно! – От его выкрика прошлась небольшая вибрация, но этого хватило, чтобы мы с Амелией умолкли. Отец перевёл свой взгляд на меня. – Астрид, я давно хотел поднять одну важную тему. Вы бы видели мои брови, я клянусь, они почти достигли потолка. Отец в принципе никогда не заводил со мной разговор первый, а тут ещё и что-то важное. -Удиви меня. – Я широко улыбнулась и расслабленно откинулась на спинку стула. Следующие слова в мгновение ока разбили моё показушное спокойствие. -Я хочу, чтобы ты вышла замуж.