Кровопролитие

      Спертый затхлый запах. Здесь влажно и пол отдаёт не просто холодом, а обжигающим первые секунды три ледяным прикосновением. Девушка заёрзала на месте, но внезапное головокружение, как будто дышать стало невозможно, ибо ноздри зажали, заставило сбавить темп. Конечности отказывались слушаться, но сначала Тори успокаивала себя мыслями, что попросту спала в неудобной позе, вот руки, ноги затекли, однако в попытке потянуться она ощутила сильное жжение на запястьях, — подобно попавшему в рану поту. Сердце начало отбивать лихорадочный ритм раньше, чем пришло осознание, что кисти стянуты верёвкой.       —Ты уже очнулась? —откуда-то со стороны послышался голос; он был низким, а акцент, изначально позабавивший девицу, придал в нынешней ситуации устрашение, сопровождая звуки тяжелых шагов.       Машинально отпрянув назад и, блуждая большими глазами по углам комнаты в яркой панике, девушка прижимается спиной к бетонной стене. Совершенно не думая, дёргает связанными запястьями, но тут же сдержанно шикает от возникшего огня в растёртых местах. Боль вызвала только больший страх; тело непроизвольно покрылось мелкой дрожью, обнаженные пятки поскользили по полу в отчаянном желании девицы стать меньше, сведя ноги к животу.       —Здесь случилось какое-то недопонимание, — хватаясь боязным взглядом за массивную фигуру, что безжалостно нависала густой тенью над каштановой макушкой, Тори начинает заикаться.       Новый знакомый улыбался, но движение уголков губ отличалось от того, что дружелюбно отражалось в пенистой поверхности нефильтрованною парой часов назад. В этот раз янтарный взгляд казался немного притуплённым, от чего совершенно неясно, что за ним скрывалось; разве что в сведённых к ложбинке на лбу бровях скрывалось липкое удовольствие картиной. Забитая в угол девушка, её беглый, чуть наглый в своей испуганной туннельной зависимости от одного только вида похитителя, взгляд и то краснеющее, то бледнеющее личико, — это то, что называется «мечта» в весьма извращённом понятии. Мужчину крайне позабавила реакция девчушки: стоило ему приблизиться, как с её губ сорвался звук, похожий чем-то на попытки заики быстро вымолвить слово и жалкий скулеж собачонки, попавшей под ноги прохожего, чей день был окончательно испорчен.       —Недопонимание? —улыбаясь шире, играючи переспрашивает плотный мужчина, прежде чем опуститься на корточки прямо напротив Тори. На мгновение их взгляды пересеклись, от чего жертва судорожно вздыхает, — думаю, всё как раз наоборот.       Веселье мужчины было неуместно. Девушка прерывисто выдыхает, морщась и без стеснения готовая умолять отпустить её. Всё её лицо, казалось, оживилось, встретившись со страхом, заиграло разными эмоциями, как картина красками, но от этого голова и начинала погружаться в туманность. Стрейд протянул руку к, блестящему в желтоватом излучении лампы, лицу, но как только собрался провести большим пальцем по щеке, как девица отчаянно замотала головою из стороны в сторону, упираясь. Поняв, что нормального разговора не выйдет, похититель быстро берёт ситуацию в свои руки, приложив кулак в маленький нос. Это произошло мгновенно. Вспышкой старого фотоаппарата. Как в детстве, когда шутки ради приложил руки на нос, резко дёрнул их вбок, одновременно щёлкнув костяшками. Однако в действительности Стрейд наблюдал за более интересной картиной: нос Тори действительно сломался. Сложно сказать, что первее потекло, — алая струя крови или же слёзы, искрами посыпавшиеся из глаз. Девушка на мгновение потерялась и с выражением шока в глазах, сама того не ожидая, захныкала. Дышать стало невозможно, а хватая ртом воздух нельзя было не пускать слюни. Боль была острой, словно под кожу загнали одну большую иглу, но затем она сменилась на адский зуд, опоясывающий не только нос, но и под глазами. Это был точный удар током, не иначе. Пульсация казалась бесконечной, вся мрачная картина подвала поплыла и Тори не понимает в чём причина; в слезах? Или в том, что в одно мгновение, по щелчку, она и ослепла и оглохла.