Bequeath

      Рыцарь — вот кем должен быть Кайто. Он должен защищать свою страну и свою королеву. Он должен бороться за свободу и поднимать флаг своей Родины. Он должен верно служить всем до самого конца.       Тогда почему сейчас он трусливо убегает?       Тесные доспехи плотно прилегают к коже, но Кайто отказывается снимать их — доспехи, доставшиеся ему от павшего наследника трона. Руки, скованные раскалённым металлом, тяжело поднимаются, когда он даёт лошади знак бежать. И сейчас, предавая своё королевство, сидя на коне в доспехах покойного наследника, он не может не ощущать себя самым верным слугой своей принцессы.       И всё же он не чувствует вину, потому что страх, движущий им, гораздо сильнее.       Страх. Страх отрезвляет, заставляет руки двигаться и торопить обессиленную лошадь. Она повинуется, громко фыркая в знак недовольства, но быстрые ноги дрожат от усталости. Кайто не может ей посочувствовать.       Принцесса, просыпающаяся от дневных кошмаров и ощущения приближающейся смерти, занимает все его мысли.       Принцесса Айри и её личный рыцарь. Рыцарь, всегда ставящий её безопасность в приоритет, но подвергающий опасности слишком много раз, чтобы считать это простительным.       Принцесса Айри. Святая, святая принцесса и её грешный слуга. Слуга, всегда ставящий её желания на первое место, но поворачивающийся к ней спиной слишком много раз, чтобы его можно было назвать верным и незаменимым.       Момой Айри и безымянный Кайто, ограничивающийся лишь кличкой, данной ему хитрыми койотами, который менялся слишком много раз, чтобы все его личности можно было заковать в цепи имени.       Айри. Милая, добрая, дерзкая Айри. Милая настолько, что Кайто иногда задумывается, сколько раз он ещё сможет выдержать взгляд розовых глаз, прежде чем сломается окончательно. Добрая настолько, что Кайто иногда считает, что прикосновения её нежных, мягких рук режут его больнее всех полученных в бою травм. Дерзкая настолько, что Кайто иногда хочет, чтобы беззлобные подшучивания перешли за грань замечаний, полных ненависти и презрения.       Иногда Кайто хочет, чтобы она его ненавидела.       Может быть, так ей легче было бы прощаться с ним, нежели провожать его в каждый бой со слепой надеждой на возвращение, махая белым платком и вытирая льющиеся слёзы.       Может быть, так ему было бы легче прощаться с ней, нежели каждый раз целовать солёную щёку в надежде повторить это по прибытии.       Он спрыгивает с лошади и снимает мешающиеся доспехи на ходу. Он влетает в замок, пробегая мимо мёртвых стражников и сворачивает к ближайшей комнате — к комнате её Величества. Дворецкий сидит, облокачиваясь на стену, а в его груди зияет кровавая рана. Королева, закрывая глаза, складывает руки на груди, но, завидев его, начинает тянуться, шепча слова, которые Кайто не может расслышать.       Рука Её Величества безвольно падает, а с губ срывается последний вздох. Он подходит к её кровати и, вставая на одно колено, целует холодную руку.       Кайто бежит, направляясь к комнате Её Высочества, возле двери которой уже лежит груда мёртвых тел.       Он вбегает в неё и пронзает мечом ближайшего врага. Кайто прокладывает себе путь из мертвецов, направляясь к Айри, его принцессе, его Музе.       Последний враг уничтожен, и Кайто садится на кровать. Лицо Айри залито слезами.       — Спать днём вредно, — Айри утыкается ему в плечо. Рубашка сразу намокает, но рыцарь просто обнимает её, гладя по спине.       А потом по его телу разливается агония.       Он поворачивается и встречается взглядом с жёлтыми глазами, которые тут же закрываются, когда Кагамине безвольно падает на пол.       Айри поднимает голову и слёзы начинают литься с новой силой, когда Кайто прижимает руку к ране, давясь собственной кровью.       Он начинает петь дрожащим, прерывающимся голосом, и кладёт руку на щёку своей принцессы, заливая кровью подол её платья.       Она начинает подпевать, и замолкает, когда Кайто наклоняется, целуя её в губы.       — Прощай, принцесса.