Одержимость

Утро наступило резко. Ольга проснулась в темноте, за несколько минут до будильника. Как всегда. Она не позволяла себе проспать, не доверяла ни технике, ни телу. Всё должно быть под контролем. Квартира была холодной, почти стерильной. Бледный свет едва проникал сквозь плотные шторы, в воздухе стоял запах эвкалипта и чего-то металлического — возможно, от амулетов, разложенных у изголовья. Она встала молча. Не потянулась. Не посмотрела в окно. Направилась в ванную, включила холодную воду и окунула лицо. Холод пробежал по коже, но внутри — всё ещё тепло, и это злило. Эмоции мешают. Эмоции — слабость. С каждым шагом ритуального утра она восстанавливала себя — слой за слоем. Чёрный кофе, без сахара. Ровная стрелка на глазу. Осторожно застёгнутая пуговица рубашки. Серебряное кольцо на безымянном пальце левой руки — старый оберег, о котором никто не знал. Сегодня она снова выходит в поле. Не просто на шоу. А в пространство, где не прощают ошибок. "Экстрасенсы. Битва сильнейших." Сколько раз она уже видела эти слова. Сколько раз обещала себе, что это — в последний раз. Но что-то в ней снова откликнулось. То ли вызов. То ли привычка. То ли пустота, которую нечем больше заполнять. Она не боялась соперников. Нет. Ни один из них не знал, каково это — чувствовать смерть до того, как человек перестал дышать. Но был страх другого рода. Глубинный. Неуловимый. А вдруг она уже исчерпала свою силу? А если в этот раз всё будет иначе? Грязнее. Ближе. Личнее. А если она не справится? Ольга смотрела в зеркало, молча, долго. И вдруг подумала: "А если всё, что я знаю — устарело? А если они научились бить не в ауру, а в сердце?" Сердце. Она прикоснулась к груди. Там билось что-то живое, упрямое. Неправильно. Слишком человечески. Она резко отдернула руку, накинула пальто и вышла из квартиры, не выключив свет в ванной. Шаг — и ты снова не человек. Шаг — и ты снова маска. Пусть боятся. Пусть пытаются. Никто не увидит, как дрожат пальцы в кармане.