You smell just like vanilla

We've got all the ingredients

Except you loving me.

Джером стоял на кухне в шесть утра. Было странно вставать так рано не из-за грязных дел в Запретных Землях, хотя причина для этого была весьма весомая. Сегодня день рождения Скэриэла. Тот, вечно погружённый в свои книги, документы и тренировки с тёмной материей, наверняка забудет о дате вовсе. В тишине, нарушаемой только тиканьем часов над дверью, Джером колдовал над тестом. Кухня, обычно чистая и аккуратная (если, конечно, к ней не приближался Скэриэл), сейчас была в плачевном состоянии. Повсюду стояла грязная посуда, которую предстоит мыть целую вечность. Но это сейчас не важно. Он думал о том, что Скэриэл ведёт себя неправильно, что его цель не оправдывает средства, что Скэриэла стоит бояться и держаться от него подальше. Но вот он, Джером Батлер, встав с утра пораньше, пахнущий ванилью (потому что добавил в тесто ароматизатор) и лёгкой тревогой, старался создать для него вкусный торт по популярному рецепту из интернета. Странно? Наверное, но жить без Скэриэла — вот что по-настоящему странно. Наконец, торт стоял на столе – неровный, чуть покосившийся, с кривым рисунком котёнка по центру (на надпись места не хватило). Джером воткнул в него единственную свечу. Скэриэл уже проснулся и очень скоро появился на кухне. Он замер. Его взгляд скользнул по торту, по кривому котёнку, по лицу Джерома. — Что это? – Он ткнул пальцем в сторону торта. — И зачем? Ты же ненавидишь возиться с тестом, — голос был ровным, но в глубине карих глаз мелькнуло недоумение. — Ну... – Джером сглотнул, внезапно почувствовав всю нелепость своего утреннего подвига – Сегодня твой день рождения, и я приготовил тебе торт... — Просто и честно ответил он. Скэриэл молча посмотрел на торт, потом на календарь на стене, потом снова на Джерома. — Я думал, ты сторонишься меня, — произнёс он. — Ты что, меня отравишь? — Нет! Ну да, сторонюсь немного, но... Чёрт! В общем, это не повод не отпраздновать твой день рождения, про который ты без меня наверняка забудешь. Тебе 18 лет как-никак. Что-то тёплое, неожиданно мелькнуло во взгляде Скэриэла и тут же исчезло где-то в глубине тёмно-карих глаз. — Спасибо, Джером, – сказал он ровным голосом, как будто комментировал погоду. Но Джером знал его слишком долго, казалось, что Скэриэл и правда был благодарен. Хотя Джером уже не знал, чему верить. — Нужно задуть свечу, — Джером щёлкнул зажигалкой и зажёг её. — И загадать желание. — Желание... — задумчиво улыбаясь, протянул Скэриэл. Он замер, закрыл глаза, посидел так пару секунд, наклонился и задул свечу. Пламя погасло, оставив тонкую струйку дыма. Джером захлопал в ладоши. — Что ты загадал? — Секрет, а то не сбудется, — хитро улыбаясь, ответил Скэриэл. — Давай есть. Джером нарезал торт. Первый кусок, самый большой, он протянул Скэриэлу. Тот взял тарелку, аккуратно проткнул вилкой кусочек бисквита с кремом и съел. — Ну как? — Даже если отравлено, яд на меня не работает. Потому что я переносчик. — Прекрати, — они оба улыбались и ели торт. И хотя бы ненадолго оба были счастливы. Когда Скэриэл опустошил тарелку, он отставил её в сторону. Несколько секунд он просто смотрел на Джерома. Потом встал, обошёл стол и сел рядом с ним. Он наклонился – и быстро, даже нежно, коснулся губами его щеки. Это было неожиданно, тепло, пахло шоколадом и ванилью от торта. Джером замер. Это что, снова система подкрепления-наказания? И с Джеромом она работает просто безупречно. Теперь ему хотелось готовить Скэриэлу торты на все праздники, да что там праздники, даже без повода. Скэриэл отстранился, его глаза искали что-то в глазах Джерома. И то, что он там увидел, видимо, стало ответом. Он снова наклонился. На этот раз его губы нашли губы Джерома – мягко, уверенно, без спешки. Это был поцелуй благодарности, признания и чего-то ещё, чего он, наверное, сам не знал. Его руки невесомо гладили спину Джерома. Слишком мягко, этого как будто недостаточно, но уже очень много. Да и кто Джером такой, чтобы просить больше? Поцелуй длился несколько секунд – сладких, как крем на торте, тёплых, как огонь свечи. Скэриэл отстранился и отвернулся, собирая пустые тарелки, будто ничего особенного не произошло. У Джерома так сильно стучало сердце... Казалось, он только что убегал от погони. Ему хотелось обнять Скэриэла снова. Задушить в объятьях, прижать к себе и не отпускать. — Торт правда вкусный, — пробормотал Скэриэл, не оборачиваясь. Кажется, он говорил честно. Потом повернулся, встряхнув тёмными кудрями. — Твои губы тоже, — это был слишком явный флирт, который Джером не любил. Не любил потому, что такие "шутки" на него всегда работали. Щёки непроизвольно залились румянцем. Он отвернулся, делая вид, что отряхивает футболку от муки. Вот бы вся жизнь была такой: счастливой, с запахом ванили и шоколада, с совместной рутиной и поцелуями на кухне. Но то, что сделал Скэриэл, что ему (вроде бы) понравился торт, к сожалению, абсолютно ничего не значит. Будет неудивительно, если завтра или послезавтра он попытается убить Джерома за какую-нибудь оплошность или решит, что Джером стал помехой. Такая у них двоих обычно жизнь.