лимонный пирог

? :? ; ??????? ; ад. — бля, руслан, ты же понимаешь, что ставить детям подножки — это не дело, да? — раздается уставший голос в шумной обстановке вокруг гигантского черепа с длинными рогами. — я не повышу тебя до 17 уровня, если ты и дальше будешь только толкать старушек, проходить мимо бродяжих собак и курить там, где не положено. — ну люсь, — щенячьими глазами смотрит из-под о лба тушенцов. — не называй меня так. — лады, люс. а че на ужин сегодня будет? — усмехается брюнет, чуть подлетая на крыльях ввысь, чтобы ненароком не попасться под горячую руку. — как же ты меня заебал, — люцифер привстает, опираясь на подлокотники из вольфрама. скидывает на тушенцова свои очки, а спицы вязальные втыкает совсем рядом, чуть задевая футболку с надписью balenciaga. — сегодня ты драишь стёкла. руслан вздрагивает, завязывая острый хвост в тугой узел. хорошо, что отделался лишь футболкой, а не бедром, как в прошлый раз. шрам не маленький.

***

он так и не пошел мыть стекла, как было ему поручено, вместо этого — поднимается на черных крыльях вверх, просовывая руку в сероватые тучи. показывает рожки через туманные сгустки, после поднимая голову. не пришел еще, — думает про себя и садится на ближайшую поверхность. виляет хвостом туда — сюда и ждет как верный пес. резко вздрагивает, когда видит бледноватый нимб, но тут же опускает голову вниз, понимая, что это просто прохожий мимо ангел.

***

руслан просыпается от легкого удара в колено и тихого «прости» перед носом. — Боже, прости, пожалуйста! — шепчет рыжий и сжимает руки в замке. — ты чего? все в порядке, — тушенцов встает, обнимая парня. — че ты так долго? я, кажется, час прождал. — прости, прости! меня задержали на посту и я не успел тебя предупредить. руслан вдыхает ароматы свеч и лимонного пирога с белой рубашки. чужие перья щекочут спину, а руки обвивают шею. нежный поцелуй в щеку и оба улыбаются довольно. черные пальцы с когтями сжимают чужое запястье, после поднимая рыжую тушу на руки. одной рукой держит кашина, другой — закуривает мальборо. — опять ты куришь, меня за это отчитывают! и это не полезно. — ты переживешь. и я тоже. крылья взмахивают и летят уже в знакомом направлении.

***

темные лапы опускаются на землю, шагая в мрачный туннель. очередная сигарета падает на пол, рассыпая пепел под собой. бледную кожу касается меховой плед, а горячие руки лезут к затылку, прижимая к себе. — стой, русь. я думал, что мы просто посидим тут вдвоем и поболтаем, может. — данила кусает щеки изнутри, смотря в ноги. — ну ты же знаешь, я не люблю такое. но .это как-то неправильно что-ли. типа, ты делаешь то, чего я хочу, а я нет. блять, короче, — рогатый кладет себе руку на лоб и зачесывает челку назад. — мы можем это устроить, ну типа свидание. только я сейчас не в том виде, чтобы говорить о котятах и чае. понимаешь? — я тебя и таким люблю, разве внешний вид тебя беспокоит? — не то чтобы, но перед тобой неловко. ты весь такой. аккуратный, красивый, а я как чмо с помойки. даня краснеет. — ну что ты! в самом деле, у меня самый красивый парень на свете. — рыжий приближается к лицу лежащего тушенцова, кусая за нос слегка. — люблю тебя. и не обязательно быть идеальным для этого. в следующий раз, обещай мне, ты приготовишь мне лимонный пирог. — обещаю, — смеется руслан и кусает чужую губу, чуть сдирая кожу. данила икает, вздрагивая. крепко хватается за плечи массивные и дает себя потрогать везде, где можно и нельзя. стонет, когда шатен сильно давит на синяк и затыкает себе рот рукой, ошалевшими глазами смотря в раздраженное лицо чужое. — это че такое нахуй? — оскаливается руслан, показывая свои острые клыки. — да все в порядке, правда. ударился бедром о столешницу при обеде, — данила не умеет врать. — кто? — сводит темные брови недовольно, понимая, что правды он добьется. он добивается того, чего хочет. — всмысле? — кашин дрожит от такого беспокойного и злого руслана. — я, столешница. — нет, ты меня не понял. я спросил какие суки это сделали. в ответ молчание. он прекрасно знает того руслана, у которого глаза полностью красным заливаются от кипящей ненависти внутри. и прекрасно знает, что он сделает, если кто-то ему не нравится. — даня, не беси меня. — варя и саша. они из падших. варя такая с зелеными волосами, а саша с черными, он довольно высокий. — я разберусь с этим позже. укус в ключицу и тонкие, татуированные пальцы расстегивают последние пуговицы рубашки. когти чуть скребут по нежной коже, оставляя за собой красные следы. губы присасываются к ребрам, принуждая кашина выстонать самые громкие ноты. собственное колено утыкается в пах, вызывая у партнера табун мурашек и томный вздох в поцелуй. руслан лезет под резинку трусов и проводит мокрым средним пальцем вдоль члена. второй рукой лезет в коробку рядом, доставая розовый тюбик смазки. отпускает пенис и выдавливает пару горошин в правую руку, снова прижимаясь губами к подбородку, ведя слюнявую линию до брови. размазывает лубрикант и тянется обратно, доставая плотную перчатку, надевая на правую руку. вставляет первый палец и останавливается, понимая, что больно. — ты как? — шепчет на ухо, целуя под челюстью. — в порядке. — весь дрожит, сжимает футболку, кусает губы и щеки, но хочет. еще как хочет. тушенцов начинает двигаться, всего на сантиметр вытаскивает перст и вставляет обратно. через пару минут, чувствуя расслабленные стенки, добавляет еще палец, а затем и третий. двигается уже уверенно и точно, выгибая пальцы как только может. наконец-то слышит довольный вздох и ощущает поглаживания в районе плеч, выходя из нутра. откидывает штаны и утыкается уретрой, засасывая и кусая светлые губы. голубоглазый лишь прикрывает глаза, пытаясь не сойти с ума с этим индивидом. он доводит его до состояния овоща, а потом так нежно целует, будто и не демон вовсе. не успел кашин заметить, как внутри уже и половина. каждую вену можно почувствовать так сильно, как будто вокруг больше ничего нет. ни теплого мехового ковра, ни томного и горячего дыхания в шею. ничего. только малые вены и давящая заполненость. — а-ах!.. — закрывает рот сразу же, как чувствует грубый толчок и то, как его поднимают за бедра. — не смей закрывать рот. обе руки схвачены над головой, но данила сдерживается с помощью сжатых и, искусанных собой, губ. клыки встречаются с белоснежными зубами, покусывая язык иногда. слюна течет изо рта, но тушенцов слизывает сразу же и толкается глубже в обе дырки. данила вскрикивает резко, инстиктивно сжимаясь. хватает икрами чужие бедра, прижимает к себе. руслан грубо толкается в простату, дерет когтями живот и грудь, кусает, размазывая длинным языком кровоподтёки. а даня еле дышит, хватается за все, до чего дотянется и вечно жмурится. кричит и стонет от такого руслана. если в отношениях он довольно нежный, ранимый и бережный, то в сексе он грубый, требовательный и кусачий. и это пиздец, как нравится кашину. — сука. тушенцов оскаливает зубы в тике, сильно выгибаясь в спине. дергается и впивается в бока. — ай! — рыжий шипит от резкой боли, давая слезе скатиться. — прости, котенок, — целует, будто только что не втрахивал его в этот филлетовый плед, а готовил чай и раскладывал лимонный пирог по сервизным тарелкам. толкается сильно, все еще держа кашина на весу, а потом падает на грудь и кончает, но очень удивляется, когда замечает, что его партнер нет. — ты че, не кончил? — недоумевающе произносит шатен. — прости. это не из-за тебя! мне все понравилось, я просто за тебя испугался и не смог удержаться в ощущениях. — ты чего сегодня такой шуганный? извиняешься вечно. все хорошо, я просто подрочу тебе, ладно? — тот кивает и шатен поднимается на руках, но тут же трет эрогенную зону, размазывая предэкулят по всей длине, потому что дрочить на сухую — ужасная идея. комната отдает тихими постанываниями, а в ломкие, темные волосы зарываются бледные пальцы, перебирая, кажется, каждую волосинку. — русь, я так люблю тебя. на покрасненное лицо брызгает семя и руслан сразу же слизывает, потому что «кто успел — тот и съел.» тушенцов падает поверх кашина и обнимает шею. — не забудь приготовить пирог.