Вот оно — счастье

С возвращением Сажерука домой, все будто даже наладилось. Ненадолго ясное дело, в Омбре вообще ничто хорошее не задерживалось обычно. Но пока опасность ещё не стучала в двери, у Роксаны была возможность насладиться мужем. Женщина она гордая, но не смотря на обиду и подозрения об измене за все эти года, она до жути любила этого таинственного огнедува, его появление лишь напомнило насколько ей его не хватало. Прошло дня 3 и Роксана уже со всей любовью позволила Сажеруку вернуться в их постель. Крапива, ясное дело, не одобряла такой поступок и пыталась "вправить мозг" ученице, но кто вообще слушал одинокую знахарку в любовных делах? И если Сажерук утопал в любви и счастье, что никогда прежде Фарид на его лице не видел, то самому мальчику такой расклад не нравился. Даже не смотря на яркие плюсы этого сказочного мира, например феи, управление огнем, красивые башни замка в центре города, шпильманы, ярмарки и даже Мегги которая то и дело краснела от его выкрутасов, минусы были ярче. Роксана отбирала ЕГО Сажерука, спать приходилось в помещении а не под звездами, так она ещё и вечно на него зыркает как будто Фарид это какой-то непонятный зверёк! Роксана каждый день после этих подозрительных взглядов говорила Сажеруку что араб его сын, и хоть Фариду это даже нравилось, такие расспросы раздражали. А сегодня, ишь что эти голубки заявили! Спать они вместе будут... Ревности Фарида придела не было, а как же он? Что, сам, среди этих призраков спать будет? Он и так ночевал в одной комнате с Еганом, раздражающим мальчишкой которого Роксана нагуляла с другим мужчиной. Ночь началась кошмарно, пошел дождь, гремел гром которого Фарид, честно говоря, побаивался. Тень от занавесок напоминала ему о том, что в этом мире призраки вообще-то есть и они действительно могут оказаться у него в комнате. Так бы он и пролежал без сна всю ночь, но Еган проснувшись от очередного расската молнии выбежал из комнаты и вбежал в соседнюю, туда, где спал Сажерук с Роксаной. Ну и малышня, грозы он испугался... Фарид прокрался к двери послушать розговор. Ну так, ради интереса... Еган видимо хотел лечь с мамой, или уже лег. Роксана что-то пробубнела но не прогнала мальчика. Больше звуков не было, лишь тихое сопение и дождь шумящий за окном. Интересно, будь у Фарида мама, он бы тоже так бежал к ней спать во время грозы? Хотя какая там гроза, он же жил в пустыне, там и дождю взяться толком негде. А если бы дождь и был, мамы то у него нету, даже гипотетически. Как и отца. Хотя, Сажерук вот вполне на эту роль подходил, он учил его всему чему знал и вроде даже воспитывал. Наверное, именно так отцы и поступают. Фарид размышляя об этом прокрался в их спальню, Еган уже уснул в обнимку с матерью, Сажерук лежал лицом к жене. Опять эта шпильманка... Раз её сынок так спокойно лег к ним в кровать, то неужели Фарид не может этого сделать? Мальчик максимально тихо залез в постель и лег под боком у Сажерука, так как делал целый год до этого. Он не накрывался одеялом в попытках не розбудить огнедува, и, соответственно не отхватить порции ругани, но план его с треском провалился. Мужчина повернулся к нему лицом. Волосы растрепались но сонливости в нем не было ни грамма. — Иди к себе, Фарид. Тебе не 8. — Отрезал огнедув настолько серьезно и тихо, чтоб слышать мог только мальчик. И что на это ответить? Что он хочет чтоб ему было 8 и он легально мог лежать с ним? — Но я всегда спал с тобой... — У нас выбора не было. — Фарид нахмурил брови от слов Сажерука. Мальчонок этот упертее любого барана, спорить бесполезно. Он скорее ляжет на пол рядом с кроватью чем уйдет. — Я хочу спать с тобой. Еган же уже пришел сюда. Я тоже не люблю грозу. — Сажерук закатил глаза. Этого действия Фарид из-за темноты не увидел, но тяжелый вздох до него отчётливо донёсся. — Бог с тобой. Спи. Только не тулись ко мне как обычно. — Сажерук отвернулся утыкаясь носом в волосы Роксаны (до чего же они прекрасно пахли помаранцем...) а Фарид счастливо залез по одеяло прижимаясь к спине огнедува. Ну, а зачем его слушать если он все равно ничего не будет делать чтоб не розбудить Роксану. Наверное, вольный поступок Фарида должен был раздражать Сажерука, но он даже особо не возражал. И вот, лёжа в постели с двумя самыми близкими для него людьми он снова ощутил это давно забытое чувство — счастье. Он дома. Все ужасно изменилось, но разве это важно? Он спит в постели с самой любимой женщиной в этом мире и мальчишкой, которого он хотел уберечь от всего и научить всему. Сажерук лег на спину и приобнял Роксану. Вторую руку он положил на уже задремавшего Фарида поглаживая его спину. И вот это чувство тепла развивающегося по телу. Он любил их. Сильнее всего на белом свете.