Пока ты не исчезнешь снова.

*** — Ладно, но только если вы не будете перебивать нас в припеве, — заявила Мира, сложив руки на груди и глядя на Эбби с подозрением. — Я?! Перебивать?! — возмутился он. — Да я вообще молчу чаще, чем пою! — Это неправда, — одновременно сказали Мистери и Романс. Вся комната разразилась смехом. Huntrix и Saja Boys — две совершенно разные вселенные — теперь сидели в одной репетиционной, едва не на головах друг у друга. Мира с восторгом показывала Эбби и Романсу движения из их новых хореографий, пока Бейби и Мистери пытались повторить их, постоянно сбиваясь и шутя, что они танцуют как раненый робот. Руми стояла у окна, наблюдая за всем этим с улыбкой. Впервые за долгое время в её груди не было боли. Только тёплое, тихое счастье. А рядом — Джину. Тот, кто вернулся. К ней. К себе. К ним всем. *** Объявление об общем концерте прозвучало в прямом эфире. Huntrix и Saja Boys — воссоединившиеся и вдохновлённые — выходили в эфир одновременно, держа в руках общую афишу. Огромные буквы: "One Night. Two Worlds. One Love." Фанаты сошли с ума. Комментарии лились рекой. ❝О БОЖЕ ЭТО НАСТОЯЩЕЕ ЧУДО❞ ❝Saja Boys снова вместе???❞ ❝Huntrix и они?! Я ПЛАЧУ❞ ❝ДЖИНУ ЖИВ?????❞ — Да, я жив, — тихо сказал Джину в эфире, глядя прямо в камеру. — Потому что любовь умеет возвращать даже тех, кто ушёл. Он повернулся к Руми, и они просто взялись за руки. Без слов. Без пафоса. Но это был их момент. Их правда. *** Сам концерт был похож на сон. Huntrix открыли вечер песней «Phoenix Heart». Сцена горела розовым и золотым светом, будто от тепла воспоминаний. Saja Boys подхватили с новой, пронзительной балладой «Back from the Edge», написанной Джину за день до концерта. А потом… был он. Совместный трек. Песня, где два мира сплелись в один. Где голоса Руми и Джину звучали в унисон. Где все стояли рядом, спиной к спине, лицом к свету. Когда свет погас, зрители не могли дышать. Это был не просто концерт. Это было прощание с болью. И встреча с новой жизнью. *** Позже, уже ночью, все собрались у Руми дома. Кто-то приволок настолки. Кто-то — коробку с доставкой. Кто-то — гитару и колонку. Квартира гудела, как улей, полный музыки, смеха и споров о том, кто жульничает в «Уно». — Эбби, ты точно украл две карты! — Это тактика, Мира! Зои зевала, обняв подушку, пока Беби пытался сыграть на губной гармошке. Джину и Руми просто сидели рядом, касаясь плечами, не вмешиваясь. Просто… были. Когда ночь подошла к концу, друзья начали расходиться — неохотно, смеясь, обещая «завтра снова собраться». Последней дверь закрыла Зои, кинув подмигивание: — Осталось только вы двое. Не натворите чего без нас. *** В комнате стало тихо. Луна заливала всё молочным светом. И вдруг… у окна появился он. Белый тигр. Тот самый, снова, внезапно. Словно судьба, охраняющая их тишину. Руми, не удивлённая, подошла и села рядом, облокотившись о его мягкий бок. Он тихо урчал, как будто знал — теперь всё хорошо. А Джину… взял гитару. Он устроился рядом, положил голову ей на колени, перебрал струны и тихо запел. Мелодия была новой — но в ней чувствовалось всё, через что они прошли. Песня не для сцены. Песня — только для неё. — Знаешь, — сказал он, не прекращая играть, — когда я был мёртв, я думал, что любовь — это то, что удерживает тебя. А теперь понимаю: Она — это то, что делает тебя свободным. Руми провела рукой по его волосам. Он поднял глаза. Она улыбнулась. — Я люблю тебя, — сказала она. Он выдохнул, словно весь этот путь — все испытания, страхи и слёзы — сводились к одному моменту. К этому. — И я тебя. До конца. И даже дальше. Он медленно поднялся, глядя ей в глаза. — Можно?.. Руми не ответила. Только кивнула. Сердце билось громко. Джину приблизился, и в первый раз — по-настоящему — поцеловал её. Тихо. Нежно. Уверенно. Как будто мир замер. Как будто жизнь началась сначала. Тигр мягко выдохнул — и исчез. А они остались. С гитарой, луной, и музыкой, что теперь всегда будет их соединять. Конец.