План не без изъянов

Бад сам себе удивлялся — не в его стиле было серьёзно размышлять, строить планы и заниматься конспирацией, пытаясь что-то скрыть от Гленна. В конце концов, Гленн Поэфф был его самым близким человеком, он знал буквально обо всём, от него секретов не было никогда. А сейчас внезапно появился. Да что там секрет — он не просто что-то умолчал, а провел целую серию тайных операций, чтобы забрать нужную сумму денег, не вызывая подозрений у Гленна, ведущего книги доходов и расходов. А потом втихую взял несколько одиночных заданий (он ненавидел одиночные задания!), чтобы добраться до посредников и сделать заказ с другого чёртова континента. Ему пришлось контролировать всё, каждый шаг каждого человека, который оказался вовлечён в эту аферу. Потому что если бы что-то пошло не так, и Гленн узнал бы об этом раньше, чем нужно, Бад бы повесился к чертям собачьим. Вот прямо на десятке почтовых накладных, которые он хранил за пазухой, чтобы ни дай бог не кинуть куда-нибудь, где их можно было бы увидеть. Учитывая, что Гленн был вхож во все места его пребывания и заходил к нему домой, как к себе, предосторожность была обоснованная. Бад себе не доверял. И всё равно продолжал готовиться. Когда наступил день, помеченный его ежедневнике (боже, у него теперь был ежедневник!..) как точка невозврата, Бад изо всех сил старался быть спокойным. Он перепроверил всё четыре раза (или восемь, учитывая, что каждый раз он проверял дважды) и был настолько уверен, что всё пройдёт по плану, насколько только мог. Сейчас или никогда. Побережье, тихие морские волны, мягкое закатное солнце, полное отсутствие людей, очень тихий замаскированный наёмник с камерой, который должен всё снимать... Сейчас или никогда. — Гленн, — Бад изо всех сил старался звучать спокойно и красиво, — мы с тобой давно вместе... В глазах мага мелькнуло недоумение, он склонил голову к плечу и смерил Бада взглядом, как будто проверяя на наличие мозга. Судя по тому, как недоумение смирилось скепсисом, проверку на сознательность он не прошёл. — Мы с тобой давно вместе, поэтому я хотел бы... — Бад внезапно забыл не просто заготовленную речь, а вообще как формулировать слова в предложения. — Поэтому я хочу... Сказать тебе... Да, хочу сказать, что... — Ну так скажи уже, — Гленн поднял руку и прикрыл глаза, как будто это могло спасти его от странности ситуации. — Гленн, — попытался начать заново Бад, — ты — самое дорогое, что... Он внезапно прервался, замер и прислушался. Гленн, терпеливо ждущий, пока его партнёр соберёт мысли в кучу, тоже напрягся. — Да твою ж мать! — Взревел Бад. — Какого хрена?! Из города выли сирены охранных заклинаний. Их охранных заклинаний, которые терпеливо устанавливал лично Гленн, сильнейший маг Гильдии Наёмников. Тот самый Гленн, который успел вытащить магический посох и начал готовить заклинание телепортации — они находились достаточно далеко, чтобы дорога заняла больше времени, чем они могли бы себе позволить в критической ситуации. Глухо прогремел взрыв. — Блять! — Выплюнул Бад и с силой разжал руку, державшую коробку с кольцом, чтобы вытащить меч. Момент был не просто упущен — он был разрушен и уничтожен, как, судя по грохоту, и часть их главного здания. Их ограбили. Вынесли все охранные заклинания и полностью обчистили сейф. Причём обчистили, если верить свидетелям, их нынешние главные соперники — организация «Рука». Бад был вне себя от гнева и чуть не натворил того, о чём мог бы жалеть — от необдуманных поступков его спас, как и всегда, Гленн. И вот этому человеку ему помешали сделать предложение? «Рука» это или нет, но он их ненавидит. На этой провальной попытке Бад, разумеется, не сдался. Он был упорным и находчивым — именно эти качества однажды обеспечили ему титул Короля Наёмников. Он не сдавался так просто, после первой же неудачи. Во второй раз он подготовился так же тщательно, привёл Гленна в самое романтичное место, какое только смог найти — к изящному деревянному мостику в небольшом парке, вдали от всех возможных людей, проблем и сирен. Он ещё раз тридцать отрепетировал свою речь, поэтому сейчас, крепко сжав коробку с кольцом в руке, спрятанной в кармане, уверенно начал: — Гленн, ты — самый дорогой мне человек, тот, кто всегда рядом. Мы с тобой вместе уже много лет, — Бад отчаянно старался не забыть слова, — и я бы хотел, чтобы... Бад не успел заметить, каким образом это произошло — только что он стоял перед Гленном, а в следующую секунду летел вверх тормашками прямо в пруд. Просто — бац! — и он весь в воде, истерично шарит по карманам в поисках кольца. Слава Богу, нашёл. С мостика на него весело смотрела собака, задорно виляя хвостом. Гленн, как самый близкий ему человек, лучший друг, бессменный напарник и партнёр в одном флаконе, в шоке приоткрыл рот и зашёлся смехом. Бад хотел кого-нибудь убить. ...Но точно не эту милую собаку, которая просто слишком сильно хотела поиграть. Вторая попытка не удалась тоже. Но это ведь не критично, правда? Он просто попробует ещё раз и наконец справится! В третий раз Бад с остервенением проверил каждый закуток и расставил подчиненных по округе, чтобы никакая собака больше не смогла взять и скинуть его, слишком сосредоточенного на своей речи, в чёртов пруд. Гленн, вновь приведённый на тот же пруд, выглядел подозрительным. — Гленн, ты самый дорогой для меня человек, — начал Бад, — и мы с тобой уже много лет вместе. Вокруг всё ещё не было собак. И людей. И вообще никого и ничего, что предвещало бы беду. Свет пробивался сквозь листву, и фиалкового цвета глаза Гленна блестели, как драгоценные камни — Я люблю тебя, у меня нет никого ближе тебя, поэт... — Бад запнулся и закашлялся. — Кха-кха! Блять! Тьфу! Дико отплевываясь, Бад проклинал всё — свою жизнь, все свои решения и дерьмовую удачу, которая сделала так, чтобы именно в этот момент прямо ему в рот прилетела какая-то то ли муха, то ли мошка-переросток. Гленн, как будто самой этой ситуации было мало, смеялся. — Да пошло всё нахуй! — Рано или поздно ты обязательно договоришь, — всё ещё посмеиваясь, Гленн похлопал его по плечу в притворном жесте поддержки и... Ушёл. Вот просто взял и ушёл, тихо посмеиваясь. Бад в отчаянии дёрнул себя за волосы. Какого чёрта, просто какого чёрта? Мир что, сговорился, чтобы не дать ему сделать предложение лучшему мужчине в его жизни? Судя по всему, да. Мир его ненавидит. Именно к такому выводу пришёл Бад, когда решил поступить проще — просто ночью написать мелом под окном Гленна «выходи за меня» и с утра встретить его под окнами с цветами и злополучным кольцом за миллионы денег. Что здесь вообще могло пойти не так? Всё. Начиная с внезапного утреннего дождя, смывшего надпись, заканчивая пауком, скрывашимся в цветах и перепугавшим Гленна-арахнофоба до полусмерти. Бад, героически вынесший несчастного паука на улицу прямо вместе с цветами, искренне не понимал, почему. Просто почему. Но, разумеется, не сдавался. Возможно, если сделать так, чтобы всю работу сделал кто-то, кто не он сам, всё получится? Тогда Бад отвёл Гленна в местный уютный ресторан, заранее подговорив официанта вынести кольцо вместе с десертом на подносе. И сидел весь вечер, как на иголках, чтобы в итоге узнать, что подговорил не того официанта. Блять. В шестой раз он не готовился вообще. Просто они шли по улице, и Гленн казался таким красивым и расслабленным, что Бад не смог удержаться. Но, стоило ему поймать взгляд фиалковых глаз и робко начать бормотать имя Гленна, чтобы задать заветный вопрос, как на них сверху упала целая стопка каких-то бумаг. У Бада дёргался глаз. Серьёзно, это было не смешно — он сделал шесть, шесть попыток сделать предложение, и каждая из них провалилась. Что он делал не так? Почему? Расстроенный несколькими чёртовыми неделями неудач, Бад ходил, как в воду опущенный, и не переставал пытаться придумать способ, который сработает. Единственное, что казалось беспроигрышным — просто в этот раз играть до конца. Даже если ему на голову упадёт какой-нибудь рояль, он должен закончить говорить. Даже с роем мух во рту, даже из пруда, он должен просто взять и закончить делать чёртово предложение. В конце концов, это Гленн. Он видел его во всех возможных состояниях, так что его будет сложно удивить предложением руки и сердца во время падения в пруд. Он ведь уже и так знает, что Бад идиот, верно? В этот раз Бад ведёт Гленна на свидание, как будто идёт на очень ответственное задание. Он сканирует окружение и ищет опасности, но ведёт себя отработанно непринужденно. Гленн идёт рядом, красивый до безумия, и это единственное, что заставляет Бада развернуться и собраться с мыслями. — Гленн... — Выходи за меня, — внезапно раздалось до того, как Бад успел сформулировать те же слова. — Что? Гленн приподнял бровь, но повторил. — Давай поженимся. Выходи за меня. У Бада в мозгу закоротило. Кажется, у него галлюцинации. — ...Что? — Говорю, доставай уже кольцо и хватит ломать драму, — Гленн безошибочно указал пальцем на карман, где лежало кольцо. А как он узнал, где лежало кольцо? Бад, не до конца осознавая свои действия, подчинился. Потому что это Гленн, и Гленну он верил безоговорочно. Коробочка с кольцом раскрылась с лёгким щелчком. Не говоря больше ни слова, мужчина его мечты протянул руку. В край растерявшийся Бад смотрел на неё, как баран на новые ворота. — Как ты?.. И снова этот взгляд, как на конченого идиота. — Ты же не думал, что я ничего не узнаю, да? — Гленн приподнял бровь. — Ты вёл себя странно последний месяц, конечно, я всё разузнал. Ха. Действительно. Это же Гленн. Чего ещё он от него ожидал? Бад захихикал, глядя на всё ещё в ожидании протянутую руку и кольцо в своей руке. Смех отдавал нотками истерики, но и радости. Потому что, даже если он не успел сделать самому лучшему мужчине на планете предложение руки и сердца, это не значило, что он всё упустил.