История Леди Баг: из обычной школьницы в великую героиню.

Так как Даша жила ближе всех, то она раньше других вернулась домой. Затаив дыхание, она на цыпочках прошмыгнула в свою комнату через окно. В это время ее копия закончила делать уборку во всём доме. – Да ты ж моя умничка! – умиляясь произнесла Рина, когда исчезала копия.– Триккс, отдохни! – сказала она и приняла истинный облик. – Что там мать ещё просила сделать? А, подмести! – говорила она сама с собой. – Подметёшь и освободишься? – спрашивала квамми, уплетая мандарин. – Наверное. Можно было бы и копию отправить, но она и так много работала. Пусть отдыхает. – Даш, она не живая. Помнишь, что говорил хранитель? Это всего лишь материализованный воздух. – И что? Ей теперь отдыхать нельзя? Да и потом, надо же хоть иногда самой прибираться, а то я и так ленивая, а то и совсем ничего делать не буду. – Ленивая только на счёт уроков и уборки, – подметила Триккс. – В остальном ты проявляешь старание, по крайней мере пытаешься, – сказав, кваммии хитро прищурилась. – Ну всё, – вставая с края кровати сказала девушка, – пойду я, а то ты меня совсем заговоришь. И вот, – сказала она, достав яблоко из ящика в столе, – если мандарина не хватит. – Спаси-и-ибо, – поблагодарила Триккс, подлетев к фрукту. – А потом тренировки? – Да-а-а-а, – натянуто протянула Даша, – если мои нянки не заметят. Закрыв за собой дверь Даша вышла на улицу. Грачёв так и сидел, уснув, на лавочке. Подойдя, Даша поинтересовалась: – А вас ещё не сменили? – Нет, – ответил он и зевнул. – Напарник заболел, а подменить, пока, некому. Вот и не отправляют домой. – Капец! – всплеснула руками Даша и пошла в сарай за веником. – Ну, может пока он будет мух ловить я и смогу нормально потренироваться? – разговаривала она сама с собой вполголоса. Девушка принялась подметать двор. Она очень не любила это дело, так как после этого болели руки и спина. Можно было бы оставить это дело матери, но у женщины были проблемы со спиной, и лишний раз переутруждать её Даша не хотела. Да и потом, старания её копии придавали ей неплохую мотивацию. «Меня не было около двух часов, – рассуждала Даша, – и она смогла его полностью убрать. Раз смогла она прибраться, то и мне это по плечу. Тем более, только двор, это не дом до блеска вылизать. Да и мать не будет говорить, что как в сарае живём. Так. Стоп! А где она, собственно? Чёт я её в доме не видела. Хозяйство управляет? Да не. Там быстро. Там сыпанул, там налил. Она должна была уже освободиться. Может к Гречёву подойти спросить? Может видел? Но как это будет выглядеть со стороны? А так: я проворонила свою мать! Пиздося, блять! Ладно, подожду. Мож че то и узнаю.» Даша оглядела двор. Половина! Ровно половина осталась. Да и в этот раз она мела старательнее обычного. На такую работу было приятно смотреть. Но, обернувшись на оставшуюся половину, Даша поняла, сколько ей ещё работать. – Блять, и руки уже болят, – тут она притихла и обернулась, боясь, что Грачёв услышит её речь. Но, поняв что он спит, она облегчённо вздохнула. В этот же момент во двор зашла мать девушки. – О, мама, – заметила про себя Даша. Женщина остановилась напротив дочери, недоумённо глядя на почти чистый двор. – Даша, а дом? – Мам, там уже всё чисто, – быстро ответила она. – И кстати, где ты была, а то я немного уборкой убралась и потеряла тебя... – До соседки ходила, – быстро произнесла Юлия, проходя во внутрь и озираясь по сторонам. – Даша! – удивлённо воскликнула она. – Но как? Обычно мы вдвоём все выходные на уборку тратим, а тут ты сама почти за два часа! – Юлия ходила, осматривала комнаты, и никак не могла нарадоваться результатам. – Пыли нет, мусора нет и паутины. Полы и окна вымыты, ванная и санузел чистые... Как ты это сделала? – Да мне скучна стало, вот и решила хорошенько прибраться... – ответила девушка первое, что пришло на ум. – Ну... молодец. Хвалю, дочь! – неуверенно произнесла мама девушки и куда-то начала собираться. – Мам, а ты, собственно, куда? – Я... Ну, до соседки. – Ты только что от неё, – заметила Даша. – Дочь, ну у нас как будто бы соседей мало... Да и потом, мне управить хозяйство надо будет. – Ты утром ходила управлять: и собаку, и коров, – заметила Даша и подошла ближе к матери отчего та начала вести себя дёрганно. – Так, хватит! – последовал резкий ответ. – Некогда мне с тобой возиться. Я ещё до родителей обещала сегодня зайти. – Мам, скажи честно: ты боишься меня? – настойчиво спросила Даша, перекрыв выход на улицу. – Я? С чего бы?– хоть женщина и пыталась держаться холодно, было понятно, что она нервничает. Причём очень сильно. – Ну как с чего бы? Ты постоянно куда-то уходишь, давая мне при этом задания, что бы я не обращала внимания на твоё отсутствие, ты со мной прекратила общаться; раздача заданий на день НЕ считается; постоянно отводишь взгляд, если я пытаюсь поговорить, а после того дня, мы так и не поговорили...– голос Даши дрогнул, слова давались ей с огромным трудом. – Ведь, ты даже не знаешь что тогда произошло. Ты меня не спрашивала, а я... Я боялась первая начать. Я надеялась, что ты сама подойдёшь ко мне и поинтересуешься, что же там случилось,– глаза были уже на мокром месте, чего девушка не любила, но понимала, что не в состоянии их сдерживать. – А там много чего случилось. И у моего превращения есть причина. Но, ты так и не подошла, не спросила... И я...я... Мне страшно. Я не знаю почему, но я боюсь... Мам, поговори со мной, пожалуйста... Даша не смогла сдержаться и упала на пол, полностью отдавшись слезам. Её мама стояла рядом и не смотрела на дочь. Она тоже плакала, но беззвучно, стараясь скрыть слёзы. Ей было действительно жаль своего ребёнка, но Даша оказалась права. Она действительно её боялась. Стыди, корила себя за это, убеждая что это не правильно, что нужно поддержать дочь в этой ситуации, но не могла. Страх завладел ей, и она могла лишь избегать её, избегать разговора, избегать себя. Не выдержав всего этого Даша выбежала на улицу. С грохотом открыв дверь, она разбудила Евгения. Он лишь на мгновение увидел её заплаканный взгляд, перед тем как она выбежала за двор. Из дома выглянула и женщина, провожая взглядом дочь, но не решаясь пойти за ней. – Что произошло? – быстро спросил Гречёв, и, не получив ответа, направился за девушкой на улицу. Юлия отвела взгляд и прошла в дом. Даша бежала подальше от дома, направляясь в сторону леса. Она не плакала, она ревела, не понимая почему её мама не может пересилить свой страх и просто поговорить с ней. Ведь, она всё ещё её дочь. Не монстр, а всё так же человек. Да, была аккуматизирована; да, почти разрушила школу в которой училась девять лет; да, из-за неё могли пострадать люди, но обошлось без жертв. Урон получила она сама и Саша, а давка у школы была спрвоцированна взрывом, который устроили Аргос и Леди. «Если я в этом и виновата, то не напрямую. И вообще, я первая и пока что единственная, кто сам справился с аккумой! Да и потом, я две из трёх мисси провела бок о бок с Леди! Я помогала, я исполняла её планы! Я выслушивала её нытьё о том, что нам никто не нужен! Она ведь сама справится!» Даша уже почти вышла на федеральную трассу, отделяющую её от леса. Но, не дойдя пару шагов, споткнулась о яму в асфальте, отчего мигом же рухнула. – Да блять! – не стесняясь, ругалась она. – У нас хоть когда-нибудь сделают НОРМАЛЬНО дороги. Все, суки, на ямах! Она поднялась и стала рассматривать разобранную коленку, когда её нагнал Евгений. – Дарья Романовна, ну куда ж вы убежали? Я ведь за вас головой отвечаю. Мне ведь велено было не только от вас, но и вас оберегать. – Пошёл к чёрту! – не стеснялась в выражениях девушка. Она хотела пойти дальше, но лейтенант схватил её за предплечье. – Ну уж нет! – строго сказал он, удерживая Дашу на месте. – Я не знаю, что у вас там произошло, но так делать точно нельзя! У вас было недопонимание, и это понятно. Не понятно почему вы не пытаетесь его разрешить. Ведь, самое ужасное в любых конфликтах то, что люди либо не разговаривают друг с другом, либо разговаривают, но не хотят понять человека. Бегством ваши проблемы не решить. Их решит разговор. Поэтом прошу вас, вернитесь домой, поговорите с матерью и потом делайте что хотите. – Я не хочу с ней говорить! – крикнула девушка, вырвав руку. – По крайней мере сейчас, – добавила она тише. – А когда? Потом? Потом может быть поздно... Я тоже думал, что мой конфликт с сестрой может сам решиться, или хотя бы перенести разговор на потом, на пару лет. Но время шло, а мы так и не поговорили. Пока её не забрали... – Куда забрали? – В прекрасное место, откуда, увы, не возвращаются... И знаете, она ушла, а здесь, – он положил руку на сердце, – здесь осталась боль. Ведь, наш конфликт её и погубил... Если бы я смог всё уладить, она была бы жива... – Грачёв, – перебила Даша, – не надо драматизировать! Вы никак не могли её на тот свет отправить... Да и потом, мать моя, туда, – она указала пальцем в небо, а после скрестила руки на груди, пытаясь согреть себя, – тоже не собирается. Потом поговорим. Завтра, или послезавтра. Мне... Нам надо сначала разобраться со своими мыслями... – Это хорошо, что вы понимаете о том, что надо поразмыслить над тем что внутри... Но, если это затянется? Если не завтра, не после завтра вы не найдёте нужных слов. А ведь, наши родители не молодеют... – и, посмотрев на небо, лейтенант произнёс: – Это хорошо, если я и вправду не причастен к её уходу. Но, у неё были проблемы с сердцем, а наш конфликт добавил ей больше переживаний... И вот уже три года её дети растут без матери... На последних словах Даша резко обернулась в его сторону. А он продолжил: – И знаете, ничто в жизни меня так не ранило душевно, как просить прощения у могильного камня, – Даша непонимающе взглянула на него и он уточнил: – За то время, когда она пыталась мне дозвонить, а я не брал трубку. За те бессонные ночи, что она провела, не понимая почему я так поступил. За то, что даже когда она попала в больницу, я не соизволил явиться к ней... – Грачёв, вы мне пытаетесь на жалость надавить, что бы я с мамой наконец поговорила? Или что б у меня комлекс вины перед ней был? – Нет, ну что вы... Скорее, мне самому нужно было выговориться. Да и потом, разговор вам необходим. – Что ж, – со вздохом проговорила Даша, – возможно, вы и правы... Договорив она опять скрестила руки и сильнее съёжилась. Евгений, только сейчас обратя на это внимание, снял с себя куртку и подал ей. – Ну наконец-то! – сказала Даша, принимая куртку. – Долго же до вас доходит! Накинув ещё тёплую куртку на плечи, она мигом направилась домой. Грачёв пошёл следом за ней. Подходя к дому, Даша заметила Сашу. Он стоял у Дашиной калитке, собираясь позвонить, когда заметил уже свою бывшую девушку (правда он об этом ещё не знал). – О, Даше!, – начал он вальяжно разговор. – Какого дьявола ты сюда прирёрся? – послышался гневный вопрос. – Я к тебе пришёл. Поговорить, – Саша перевёл взгляд на Грачёва, который стоял у дороги, тем самым давая молодым людям спокойно пообщаться. – Я смотрю у тебя тоже новый знакомый, – сказал он и кивнул назад. Даша посмотрела в то направление и заметила другова полицейского, стоящего дальше Грачёва. – Ну, говори! – окликнула юношу Даша. – Или ты постоять пришёл? – Это... Прости, короче, за то... Ну это... Ну ты поняла. Лады? – Нахуй пшёл! Видеть тебя не хочу! Иди к своей "светленькой"! – Чего? – не понял Саша. – Какой ещё светленькой? – Который ты мою лисичку отдал! – Лису я отдал Лейке, с которой ты училась. – Лейке? Ты про Лэйн? – Ну да. Она сказала что тебе её подарила, помириться пыталась. Но что-то она не договаривала... – ТАК ТЫ ЕЙ МОЮ ТРИККС ОТДАЛ! – не выдержав, начала кричать Даша. – Ей! Да как ты! – Что ревнуешь? – спросил Саша и мерзко улыбнулся. – Не парься, рыжулечка моя! Я ей просто отдал игрушку. Это я должен тебя ревновать. – Не поняла, – Даша взглянула на парня исподлобья. – Ну смотри: я подхожу к твоему дому. Виже тебя в домашних шортах и футболке без СВОЕЙ куртки, но зато в куртке того хера, что следит за тобой. При этом вы пришли со стороны леса... Что, папика себе нашла? – ТЫ СОВСЕМ ДОЛБОЁБ ЧТО ЛИ?! – вскричала Даша вне себя от гнева. – Он мне в отцы годится, а ты такие вещи говоришь! Дебе самом-то не стыдно? Услышав ругань Даши оба полицейских подошли ближе. Видя это Саша не решился продолжить разговор. Он отвернулся и пошёл в сторону своего дома. – Давай-давай, пиздуй отсюдова! И что бы больше я тебя здесь не видела! – кричала ему вслед девушка. – Дарья, – начал лейтенант, не желая больше слушать маты от неё, – может всё-таки поговорите с матерью? Даша открыла калитку и направилась к дому. Перед входной дверью она замерла на мгновение, но посмотрев в сторону Евгения и увидев от него утвердительный кивок, она открыла дверь и прошла внутрь.