Тёмный дворецкий (сборник драбблов)

«Знаю лишь, что делать подобное, когда ты в жизни с таким не был знаком, очень тяжело… Но необходимо перебарывать собственные страхи и идти дальше»

(аксиома Сиээля)

      Погруженный в полутень коридор и приевшийся уже давным-давно стук каблуков. С каждым новым шагом простирающееся пространство все больше напоминает вхождение в пропасть. Однако настигающая меня темнота оказывается недолговечной и стоит свернуть за угол, положить руку на ручку двери, как за слабым скрипом следует скучный и приевшийся вид кабинета. И бумаг… Кучи бумаг, лежащие на столе. Как же я устал за шесть лет со всеми ними возиться…       Ранее казавшееся таким величественным и массивным отцовское кресло теперь не выглядит столь сильным и прекрасным: для меня сия вещь стала частью реальности, невызывающей волн гордости и высокомерия, как это было раньше. Сев в сооружение из красного дерева, устало устремляю взор к висящим на стене часам, большая черная стрелка которых указывает на девять часов. Как же я не люблю утро…       – Доброе утро, Сиэль)       За версту узнаю этот голос.       – Здравствуй, – спокойно отвечаю я на приветствие только что вошедшего в кабинет с чашкой чая в руке дворецкого.       Не свожу с него глаз. Шесть лет…а контракт так и не подошел к концу. Вообще за это время много чего произошло. Так много, что, кажется, всех событий мне до конца жизни хватит, проживи я еще лет пятьдесят, если не больше.       Он более ничего не говорит, лишь ставит чашку, порождающую приятный аромат цветущего жасмина в связке с чабрецом, передо мной. И вновь я ощущаю тепло. Но на сей раз не в сердце…а на губах. Это происходит каждый день, каждое утро и каждый раз, стоит мне покорить отцовское кресло, а ему пройти в кабинет. По привычке отвечаю на, как обычно, нежный и легкий утренний поцелуй, правда, который единожды зашел слишком далеко…но об этом позже. Несколько неторопливых движений губами в ответ, и прерывается встреча уст. Себастьян по своей наглой привычке смотрит на меня то ли хитрым, то ли довольным, то ли возносящим к небесам, а то и все вместе, взглядом. Стоит, смотрит и ждет. А я…       – Я должен работать, – вздохнул я, всецело отдавая взор лежащим передо мной бумагам.       – Как скажешь) – слышу в ответ.       Он по дворецкой привычке отдает очередной поклон и исчезает из комнаты, оставляя меня вновь совершенно одного. Именно в такие минуты я проклинаю все эти бумаги и то, что не могу быть сейчас именно с ним…       А теперь самое вкусное. Что вообще сейчас происходит? Мой ответ: ничего особенного. Особенное завершилось несколько лет назад, и с тех пор мы живем простой, как говорит Себастьян, скучной земной жизнью. Хотя я лучше буду жить так, вероятно, чем вновь претерпеть все то, что я охватил в первые шестнадцать лет своей жизни.       В общем, с Себастьяном мы…как бы это сказать… Сразу чувствую смятение в груди и легкий жар, пламенем обдающий щеки. И это после стольких-то лет? Мы…пара! Одна из причин, по которой он называет меня по имени, а не, как раньше «милорд», «господин» и т.д. Хоть самому себе смог признаться в очевидном… Как так вышло? Клюнул я на некие его демонические уловки или что-то вроде того? Увы, но нет. Все вышло резко, быстро и совершенно неожиданно для нас обоих. Все началось с Элизабет…       – Сиэль! Сиэль, ты же помнишь про грядущее Рождество!)       Вечно радостное и серьезное создание женского пола ворвалось снова в мой особняк. Буквально минута и меня уже душат в объятиях.       – Ну, же! Не молчи! – требует Лиззи.       – Даааа… – сухо и отчасти с нотами самоубийства отвечаю я. – Я прекрасно помню про приближающееся Рождество.       – Кстати, я надела золотое платье! Именно его я надену на праздник) Нравится?)       – Нравится… – а про себя молю «Господи, смилуйся, и выгони Лиззи…».       Нет, я уважаю Элизу, но для дамы она через чур импульсивна и не сдержана, а я предпочитаю тишину и покой. Совсем как Себастьян…       – Сиэль! – я заметил надутые щеки и злобный взгляд. Вот так быстро может смениться настроение Лизы… – Я давно хотела сказать тебе, что ты ведешь себя, как сухарь! Неужели ты не можешь быть чуточку радостнее и…благодарнее???       – Я благодарный, – спокойно отозвался я, смотря на кипящую чайником Элизу.       – Не согласна! – крикнула она. – Ты не оценил мое платье! Даже не поздоровался! Я все же твоя будущая невеста, а ты не можешь сделать самого простого – комплимента своей даме! К тому же я прислала тебе недавно вручную связанный шарф и даже ответа со словами «спасибо» от тебя не получила! Ты мог бы хоть конверт отправить, а еще и говоришь, что благодарный!       – Элиза… – начинаю сам раздражаться.       – Себастьян, когда в последний раз Сиэль благодарил тебя за работу дворецкого?       И вот тут выпали мы оба. Я напрягся, но разворачиваться, дабы посмотреть на демона, не стал. Какой-то странный ступор, граничащий с раздражением. А он и молчит, небось снова прикидываясь идиотом.       – Давно, не так ли? – возмутилась Элиза. – Значит, давно! Сиэль, у тебя манеры ужасные! Комплимент лишний раз не сделаешь и благодарить вообще не умеешь! Совсем уже зазнался! Спустись на землю! И искренне надеюсь, что Рождество мы проведем в более благоприятной обстановке!       Тогда дверь в особняк с грохотом захлопнулась. И ведь то было начало…лишь первый шаг ко всему…       После сего «скандала» со стороны Элизабет я решил вернуться в кабинет и продолжить работу с бумагами. Сосредоточиться почему-то не получалось, а слова Элизабет о неблагодарности и манерах и вовсе назойливым роем вертелись в голове, не позволяя сосредоточиться и выполнить работу. Я взялся за голову и повертел, надеясь столь глупым способом прогнать надоедливые мысли. Но это не помогло… Все произошедшее будто вертится перед глазами, навязчиво и с сарказмом.       – ПОШЛИ ПРОЧЬ!       В бешенстве я схватил попавшую под руку кружку с чаем и швырнул ее куда-то в сторону двери в кабинет. Бесит! Терпеть не могу, когда кто-то или что-то мне мешают!       – Вам бы действительно не помешало спокойно мыслить и не отвлекаться…       Открыв зажмуренные глаза, я обнаружил стоящего в арке дверей мокрого Себастьяна. Похоже кружка с чаем влетела именно в него… На лице дворецкого читалось явное недовольство, хоть он, по привычке, и слова не сказал за то, что я его в гневе облил пусть и случайно. Обрадовался я одному: кружка была негорячая.       – Я вполне нормальный и благодарный!       – Прошу прощения, мой лорд, но в чем-то Элизабет была права.       – Это ж в чем?       Я сверкнул глазом, со злостью смотря на дворецкого. Он защищаешь Элизу? Или меня выгородить пытается?       – От Вас действительно не услышишь слов благодарности. Вам ведь ничего не стоит сказать другим «спасибо» за проделанную работу.       – На себя намекаешь? – съязвил я, закидывая за голову руки и откидываясь на кресло. – С тобой нас связал контракт, заключенный много лет назад. Стал бы ты мне помогать и что-то для меня делать, не будь этого самого контракта? Не думаю.       Повисло напряженное молчание. Я соизволил перевести взор на дворецкого. Он стоит и, нахмурившись, смотрит на меня полным недовольства взглядом – гляди и взорвется.       – Вот видишь) – усмехнулся я. – Я же прав был: дело лишь в договоре. Я для тебя лишь вкусный пир, как и ты для меня лишь мой дворецкий.       Могу представить, насколько обидно и неприятно слышать подобное после стольких лет, но признавать этого вслух не хочу. Я не хочу чтобы меня в чем-то упрекали, не хочу выглядеть слабым и жалким ни в глазах Элизы, ни в глазах слуг, ни в глазах Себастьяна. А любая мягкость – признак истинной слабости.       – И все же, лорд, – процедил Себастьян. – Манерам и благодарности Вам еще учиться и учиться.       – Что демон может знать о благодарности? – огрызнулся я. – Сам-то ты кому-то хоть раз в жизни «спасибо» сказал? Люди для тебя всего лишь очередная порция мяса и только. Ты не воспринимаешь их всерьез!       Нокаут. Себастьян резко сжал пальцы на обоих подлокотниках моего кресла, приблизившись ко мне и злобно смотря на меня горящими красными глазами. Всю обиду, злость и недовольство я тогда разом прочел в этих самых глазах.       – Я знаю, что такое быть благодарным, – прорычал он, не спуская с меня горящих глаз: стало действительно жутко и страшно. – Да, быть может я и демон и нас связывает контракт, но не думали ли Вы, что нас может связывать и большее, чем печать на моей руке и Вашем глазе? Вы ведете себя настолько высокомерно, подло и порой мерзко, что ни один демон не стоял в этом рядом в сравнении с Вами.       На этом мы тогда и завершили. Шокированный отчасти я лишь наблюдал за удаляющимся дворецким и тем, с каким гневом хлопает деревянная дверь, кажется, которая злится на меня не меньше Элизабет и Себастьяна. Я вздохнул, опустил взгляд. Злые их лица снова мелькают перед глазами… Может, они правы… И я действительно такая неблагодарная сволочь, которой только что меня выставили две души?..       В тот день я повесил на дверях своей комнаты вывеску «Не входить и не тревожить. Это приказ!». Последующие три дня я провел в собственной комнате. Точнее почти три дня. Еда ждала меня с питьем у двери, и иногда, заслышав стук с последующими словами о завтраке, обеде и ужине, я выходил, но тогда, когда в коридоре было пусто. А затем вновь возвращался в свою комнату, ел, валялся в кровати и много думал. А то и не думал совсем… После того события внутри стало пусто и одиноко. Я пролистал почти всю свою жизнь, пытаясь найти опровержение словам Элизабет и Себастьяна, но, увы, я так этого и не нашел. Демона мне довелось похвалить всего один раз, а Лизе чаще делал комплименты именно он от моего имени, нежели я сам. Осознание отсутствия подобного качества будто унизило меня, опустило на землю и дало понять, что я все тот же жалкий Сиэль, который попал когда-то в плен к демонопоклонникам.       – Лорд? Вы в порядке?       Дверь скрипнула – я понял, что Себастьян нарушил приказ, висевший на двери. Уйдя в недра одеяла с головой, я задался про себя вопросом: «За еду беспокоишься или я действительно для тебя что-то значу?». Но, увы… Мне так и не хватило смелости произнести вслух эти слова.       Я ощутил, как Себастьян сел на край кровати и попытался отодвинуть одеяло – я потянул то на себя, не желая вылезать из своего бункера из ткани.       – Граф, Вы уже три дня не работали, не выходили на улицу… Что произошло? Это тот разговор так на Вас повлиял?       – Возможно, – не соврал я, все еще сидя в своей «баррикаде».       – И что же Вы решили?       – Решил, что мне есть, чему поучиться, – не соврал я. И все же меня колит, терзает и рвет на части вопрос, так хочется который задать Себастьяну. – Почему ты здесь? Дело в контракте, да?       Молчание дворецкого длилось недолго. Создалось впечатление, что он устремил взор куда-то сквозь окно, а после я услышал знакомый, почти тихий голос.       – Не только в контракте.       В этот момент голова решила выйти на свободу, и я узрел напряженно куда-то смотрящего Себастьяна. Я могу приказать, узнать все, что он чувствует и думает, но от чего-то я сейчас не хочу этого делать. Возможно, он и опасается сейчас подобных вопросов. И я…что-то останавливает меня, будто не пришло время узнавать такие ответы.       Надо смелее…быть смелее! Я скинул одеяло и облокотился об изголовье кровати, обнимая руками колени и мутно смотря куда-то сквозь просторное сооружение для плена Морфея. Надо…сказать! Я оскалился и попытался из себя что-то выдавить – не получилось. Что за бред?! У меня язык пока что еще на месте! Сиэль, соберись! Прекрати быть слабаком и тряпкой! Это же элементарно!       – Себастьян… – подал голос я.       – Да, мой лорд?       Я сглотнул, понимая, насколько мне сейчас трудно. Не привык… Ужасно непривычно и…жутко? Или просто играет смущение? Я не знаю… Знаю лишь, что делать подобное, когда ты в жизни с таким не был знаком, очень тяжело… Но необходимо перебарывать собственные страхи и идти дальше.       – Спасибо тебе…за все…       Я улыбаюсь, вспоминая довольную и облегченную улыбку Себастьяна в тот день. Он и меня тогда поблагодарил в ответ, хоть я так и не понял – почему и за что. И все же в тот момент словно гора спала с плеч. Я такое почувствовал облегчение от четырёх простых слов, которое не доводилось ощущать с момента встречи этого самого демона.       – Сиэль?       Я так задумался о своем, что вновь не заметил, как мой дворецкий вернулся в мой же кабинет.       – Уже соскучился?) – улыбнулся ему я.       – Есть немного) Быть может, прогуляемся по прекрасному саду?) Или лесу? А бумажная волокита останется на потом?       Будучи демоном и лишенным настоящей любви, не было которой в его жизни, теперь Себастьяну требуется ее куда больше, а где есть любовь – там и время, и внимание. Вот и ломаю теперь голову между тем, как распланировать дела, как отдохнуть, и каким образом и когда провести свое время вместе с ним. Вот и сейчас он стоит в арке дверей, смотрит на меня и улыбается. Я представил себя на его месте. Как же ужасно вечно чего-то ждать… Как мучительно и едко, словно укус змеи – ожидания. По комнате разносится тяжкий и смиренный вздох, а за ним следует и звук откатывающегося назад кресла.       – Убедил)