Букетик?

       — Ну я тебе сейчас устрою, идиота кусок, — грозно рычит омега, сверкая гневным взглядом на альфу, сидящего за пианино, сжимая в руке свадебный букет. Альфа взрывается смехом, дерзко смотрит на омегу, игриво толкая язык за щеку, и тут же, подобно страусу, резко вскакивает с места и мчится к выходу, зная, что сейчас омега сорвётся и отпиздит его этим самым букетом за то, что он испортил важнейший день в его жизни.

💐💐💐

      Всё началось шесть лет назад. Они познакомились в колледже искусств. Омеге тогда было двадцать три года. Он считался лучшим на курсе, мечтал стать солистом музыкальной группы. Многие ему завидовали, но не из-за высоких оценок. Причиной зависти была красота, которая не портилась даже очками — омега плохо видел, но это лишь подчеркивало его очарование. Тэхён был очаровательным по-своему. Он всегда носил строгие наряды: рубашки, жилетки и брюки одного цвета. Например, сегодня он мог появиться в идеально подобранном темно-синем ансамбле, а завтра — смело сменить его на дерзкий красный комплект. Тэхёну завидовали омеги и гаммы за его идеальное телосложение. Омега был слегка подкаченным, особенно выделялись округлые ягодицы и красивые линии бедер. Талия имела форму песочных часов, руки были мягкими, а пальцы — длинными и утончёнными, украшенными несколькими элегантными кольцами. На лице омеги выделялось несколько небольших родинок, придающих образу особое очарование. Брови имели красивую арку, губы были припухлыми, натурального розоватого оттенка, а улыбка всегда демонстрировала десны из-за мелких зубов. Средняя длина волос, которые Тэхён любил завивать, но никогда не красил, оставаясь верным своему естественному цвету — тёмно-русому, с едва заметным рыжеватым отливом на солнце. Кожа у Тэхёна была бархатной, мягкой и золотистой — мечта любого парня. Со стороны он выглядел как ангел: светлый, мягкий и невероятно милый. Но стоило ему только открыть рот, как образ кардинально менялся. — Чон, какого хрена ты опять творишь? — рявкнул Тэхён, входя в аудиторию. Чонгук ехидно посматривает на омегу, точнее — на его упругие бёдра, которые пружинисто двигаются в разные стороны, пока Тэхён решительно шагает в его направлении, хмуря брови. Чонгук прекрасно понимает, о чём возмущается омега. Альфа специально провоцирует его любыми способами, чтобы наблюдать за его яркими эмоциями и получать удовольствие от этого процесса. Чонгуку приятно видеть Тэхёна, когда тот злится. Ярость омеги вызывает у альфы возбуждение. Чонгук обладает невероятной привлекательностью. Постоянно его преследуют группы омег, стремясь разделить с ним кровать, поддавшись слухам, циркулирующим в учебном заведении от других омег. Некоторые утверждают, что альфа отличается суровостью, доминантностью и грубой страстью в интимной близости. Другие же, напротив, говорят о его чрезмерной нежности, любви к медленным ласкам, чтобы в полной мере насладиться телом партнера. Чтобы оставаться в отличной форме, юноша ежедневно занимается физическими упражнениями. Его мускулатура, отчетливо проступающая даже сквозь одежду, оказывает ошеломляющее воздействие на окружающих, вызывая у них неконтролируемое возбуждение. Порой альфа специально надевает разноцветные майки, поверх которых носит рубашку, чтобы подчеркнуть рельеф мышц, который эффектно выделяется, особенно после занятий спортом, когда Чон обильно потеет. Это приводит Тэхёна в бешенство, и омега мечтает открутить альфе голову, чтобы тот не зазнавался. Порой кажется, что Тэхен ревнует. Тэхён в ярости подлетел к альфе и быстро захлопнул крышку пианино, едва не прихлопнув пальцы Чонгука. Естественно, Чон был в шоке. Ему захотелось как следует накричать на Тэхёна. Этот музыкальный инструмент ему очень дорог, и он готов снести голову любому, кто посмеет даже дотронуться до его любимого пианино. — Я ещё раз повторяю, какого хрена ты творишь, свинья тупая? — более сдержанно произносит Тэхён, учащённо дыша. — А можно подробнее? — издевается Чонгук, широко улыбаясь, демонстрируя белоснежные зубы, способные ослепить кого угодно. — Не изображай из себя дурака, ладно, Чон? — фыркает омега, сдерживая желание дать альфе пощёчину, хотя стоило бы. — Ты прекрасно знаешь, что натворил. Причём в очередной раз. — Нет, не знаю, — притворяется невинной овечкой, а сам внутри кайфует. — Слушай сюда, — глубокий вдох и выдох, омега еще крепче стискивает кулаки, изо всех сил стараясь не сорваться и не дать альфе в челюсть. — Если я еще раз услышу хоть слово от ректора о тебе, я эти клавиши тебе в одно место засуну, а потом ими же тебя там и отымею. Понял, альфа? — И что же я такого сделал, Тэхен-а? — самодовольная усмешка тронула его губы. — Чон Чонгук! — громко заорал омега, перекрывая звуки в тренировочной комнате. — Ты когда-нибудь доведёшь меня до белого каления! Ей-богу! Как же ты достал своими выходками! Вот зачем ты опять полез к омеге, который учится петь, и довёл его до слёз? Вот зачем? А? — А что здесь такого? — часто хлопает ресницами Чонгук. — Разве я не был прав? Он же пел, как лягушка. Противно было слушать, — добавляет саркастично. — Бедные мои ушки! — качает головой, прикладывая ладони к ушам и притворно стеная. — Прекрати разыгрывать эту ужасную сценку, Чон, — рычит омега, ударяя ладонью по крышке пианино. — Из тебя никогда не выйдет хорошего актёра. Слишком плохая твоя игра. — Да ты что? — притворно удивляется альфа. — Значит так, предупреждаю в последний раз, — рявкает Тэхён. — Ещё раз услышу от ректора или преподавателей, что ты опять кого-то довёл, я тебя прибью. С этими словами омега резко разворачивается, дважды топает ногой и уходит в сторону выхода. — Мы ещё посмотрим, — широко улыбается Чонгук, обращаясь в пустоту, когда Тэхён уже вне поля зрения.

💐💐💐

       Тэхён снова бежит, на этот раз в актовый зал, где студенты собрались отметить юбилей колледжа — пятидесятилетие со дня основания. Поправив чёлку, омега входит в актовый зал и направляется в нужном направлении. Взяв папку со стола, он ещё раз внимательно просматривает сценарий. Затем общается с артистами, актёрами и танцорами, которые выступают сегодня на празднике. Спустя пять минут премьера началась: студенты и преподаватели удобно разместились на своих местах. Тэхён немного нервничал, боясь, что что-то пойдет не так. Но, к счастью, всё шло гладко и идеально, как и предполагалось. Однако его взгляд мгновенно мрачнеет, как только на сцену выходит ненавистный альфа, который доводит его до скрипа зубов. Чонгук вальяжно направляется к своему любимому музыкальному инструменту, бросая быстрый взгляд на омегу и подмигивая ему правым глазом. Тэхён лишь закатывает глаза в ответ. Выступление Чонгука проходит идеально, даже слишком идеально. Мелодия, исполненная альфой, настолько трогательна, что у зрителей на глазах появляются слёзы. Мини-концерт подошел к концу, но Чонгук не спешил покидать сцену. Он дождался, пока Тэхён закончит свою речь, заставив омегу напрячься всем телом и подозрительно коситься в его сторону. Тэхён не зря подозревал, что альфа что-то задумал. Прищурившись, он завершил свою речь словами благодарности, поправил очки и волосы, и поспешил к выходу. Но Чонгук, едва Тэхён отвернулся, начал исполнять странную мелодию, вызвавшую у слушателей приступы смеха, а у омеги — вспышку ярости. Чонгук исполнил для омеги похоронный марш. Тэхён резко развернулся к альфе, сжав губы до боли, отчего появилась белая полоса. Ему хотелось сорваться и убить Чонгука прямо на публике. Но он лишь гордо поднял голову, картинно поведя бёдрами, и вышел из зала. Чонгук так развеселился от поведения омеги, что на глазах выступили слёзы, а живот заболел от смеха.

💐💐💐

       Игры в «кошки-мышки» продлились недолго. Первый сбой произошёл по вине самого Чонгука. Альфа сам удивился, когда понял, что начал ревновать своего персонального «Цинцинната». Его челюсти сжимались, а скулы ходили ходуном, когда он замечал, как Тэхён слишком мило общается с другими альфами. Иногда Чонгук подозревал, что омега не просто разговаривает, а откровенно строит глазки и кокетничает. Тэхён не имел права так улыбаться посторонним. Право улыбаться подобным образом имел только Чонгук. Только альфа мог вести себя с омегой, как ему вздумается. И только Чон мог выводить Тэхёна из душевного равновесия и вызывать улыбку на его лице. Но не эти бездарные альфы. Чонгук окончательно вышел из себя, когда снова застал омегу, занятого милой беседой с другим альфой. Не выдержав, парень стремительно подошёл к ним и, подняв Тэхёна за талию, забросил его на своё мускулистое плечо, унося в тренажёрный зал. — Ты что творишь? — ошарашено смотрит на альфу Тэхён, когда его сажают на стеклянный стол. — Кто тебе позволил меня трогать? Как ты посмел меня унести, когда я разговаривал? — Заткнись! — рычит альфа, пристально глядя в глаза омеги, не моргая, и выдыхая горячий воздух прямо на его губы. Тэхён не двигается. Он застыл, изо всех сил борясь с желанием пошевелиться. Омега пребывает в полном шоке. Действия Чонгука кажутся ему грубыми, но одновременно вызывают странное возбуждение, создающее мурашки и бабочек в животе. Тэхён так и хочется наброситься на массивное тело альфы, но он сдерживает себя, сохраняя контроль над эмоциями. Нельзя быть инициатором, нельзя терять бдительность и уверенность в себе, иначе он рискует утратить самоконтроль, словно размазанная лужица. — Чонгук, — тихо произносит омега, обращаясь к альфе. — Ты мой! Ясно? — утробно рычит Чонгук, сжимая руками упругие бёдра омеги. — Ты мой личный Цинциннат! Ты моя собственность, омега! — Что? — глаза Тэхёна становятся вдвое шире, а брови ползут вверх, к самому лбу. — Мой, мой, мой, — повторяет Чонгук, словно мантру. — Мой, только мой, — чеканит более спокойным тоном, почти на грани слышимости. Наконец-то, первый коснулся долгожданных губ юноши. Чонгук отдавался страстному поцелую с Тэхёном. Он мял его губы, наслаждаясь нежностью и вкусом, иногда прикусывая до крови и нежно оттягивая нижнюю губу до предела. Его руки продолжали крепко сжимать и массировать упругие, но в то же время мягкие бедра омеги, вызывая стон и ощущение блаженной невесомости у Тэхёна. Он почувствовал себя в райском месте, словно вкусил самые восхитительные сладости в мире. Альфа жаждал большего, нежели было. Ему отчаянно хотелось сорвать с омеги всякое подобие одежды, а в идеале — уничтожить ее, чтобы тот не стоял на пути. Он мечтал увидеть обнажённого омегу, желал коснуться его кожи цвета солнца, прильнуть губами к его восхитительному телу. Он хотел… Он желал обладать Тэхёном целиком и полностью. Однако их планы были сорваны в самый неподходящий момент, когда пальцы Чонгука уже почти достигли груди Тэхёна под его рубашкой. — Эй, хватит там трахаться! — прокричал Чимин из-за двери, яростно дергая за ручку. — Чонгук, я тебе все кишки вырву! Открывай живо. Я знаю, что вы там. — Да чтоб тебя! — проворчал альфа, крайне недовольный тем, что их так бесцеремонно отвлекли от столь увлекательного занятия. — Вот же гадёныш, вечно он появляется в самый неподходящий момент. Достанет ведь когда-нибудь. — Тише, не ругайся и не превращай никому мозги в кашу, — нежно лепечет Тэхён, слегка успокаивая нервы альфы.

💐💐💐

       Спустя два месяца колледж был полон новостей: Тэхён и Чонгук официально встречались. Многие были в шоке, другие в недоумении, ведь раньше они только и делали, что ссорились и дрались по любому поводу. Небольшая часть коллектива была охвачена завистью, как к омеге, так и к альфе. Однако их общие друзья искренне радовались за них, утверждая, что они идеально подходят друг другу, несмотря на сложный характер и постоянные конфликты. Судьба распорядилась так, и их упрямство сыграло ключевую роль. Рано или поздно они всё равно бы сошлись, потому что они слишком похожи друг на друга. Никак иначе. Как говорится, путь к хорошим отношениям нередко начинается с огромной ненависти. Шли месяцы, и их отношения только укреплялись. Чонгук рядом с омегой становился удивительно мягким, что друзьям казалось, будто его подменили. Казалось, это не тот самый Чон Чонгук, а его двойник из параллельной вселенной. Но Чонгук не обращал внимания на эти шуточки и подколы друзей. Альфа плевать хотел на мнение окружающих. Ему было хорошо рядом с Тэхёном, и он менялся ради своего счастья, которое лелеял от всей души. Чонгук не жалел средств. Практически каждый день он дарил Тэхёну различные подарки, за что омега ругал его, говоря, что тот тратит деньги на ветер. Но, несмотря на ворчание, Тэхён принимал подарки, а дома тихо визжал от радости и счастья. Тэхён не особо стремился демонстрировать свою слабость. Ему очень нравилось получать подарки, особенно от любимого человека — Чонгука. Получение подарков было для омеги настоящим фетишем. Неожиданно наступил важный день: Чонгук решил познакомить Тэхёна со своими родителями. Омега был на нервах, кусал пальцы и губы, дрожал всем телом, боясь, что его отвергнут и возненавидят за то, что он увёл из семьи сына. Но всё резко поменялось, когда из дома выбежал приятный омега с широкой улыбкой и начал целовать щёки Тэхёна, заливисто смеясь. Сам Ким застыл на месте, боясь пошевелиться, и медленно краснел, превращаясь в помидор. Казалось, всё шло идеально. Папа Чонгука тепло принял омегу и искренне радовался, что его сын нашёл достойную пару в лице Тэхёна. Родитель немного беспокоился, что Чонгук может остаться одиноким на всю жизнь, но сын приятно удивил его выбором. Папа альфы поднялся из-за стола и отправился на кухню, чтобы принести дополнительную еду и домашние печенья, приготовленные им лично. Чонгук, проявляя качества истинного джентльмена, решил помочь папе, чтобы облегчить его задачу. Помимо этого, он хотел продемонстрировать омеге, каким мужем и помощником он может быть в семейной жизни. Тэхён сидел, гордо улыбаясь и сверкая глазами от счастья. Как только муж и сын скрылись в кухне, отец альфы бросил на омегу острый, полный скрытой ярости взгляд, выражая недовольство одними глазами. Улыбка Тэхёна мгновенно спала, как только он повернул голову и поймал этот тяжелый взгляд. — Слушай внимательно, — гневно начал разговор альфа. — Ты не подходишь моему сыну. Ему сейчас не стоит начинать отношения. У Чонгука большое будущее, он должен стать выдающимся пианистом. Так что ты должен его бросить. Я ясно выразил свою мысль? — Что вы такое говорите, господин Чон? — ошеломлённо смотрит на альфу Тэхён. — Я ни за что не брошу Чонгука. Я его люблю. — Заткнись, шлюха, — тихо рычит мужчина, чтобы его супруг и сын не услышали и не появились снова. — Ты ему никто и никогда не станешь кем-то важным. Он заслуживает лучшего кандидата. Но сейчас самое важное для него — карьера. Подобных тебе он ещё встретит немало. Тэхён горько усмехнулся и вытер слёзы с лица. Ему было больно слышать слова отца Чонгука. Он не представлял, что такие люди, как этот мужчина, ещё существуют в современном мире. Омега поднимается со стула и тихо уходит, не оглядываясь. Ему хочется кричать, рыдать, выплеснуть всю боль наружу, но он терпит. Нельзя показывать свою слабость перед эгоистичным и жестоким человеком. Выйдя из двухэтажного коттеджа, омега побежал, не видя дороги из-за слёз. Но, к удивлению, он добрался до своей квартиры, где наконец дал волю эмоциям, выплеснув их наружу. Чонгук и его отец вернулись с кухни и замерли, не обнаружив Тэхёна за столом. — Где Тэхён? — строго спросил омега своего супруга. — Ушёл, — спокойно отвечает мужчина, словно ничего не произошло несколько минут назад. — Ты опять за своё, отец?! — громко произносит Чонгук. — Сколько раз тебе говорил: никаких отношений, пока не построишь карьеру! — хлопает ладонью по столу старший альфа. — Мне на хрен не нужна эта чёртова карьера! Понятно? — грубо кричит Чон. — Я не собираюсь себя мучить, как эти несчастные артисты. — Чонгук! — С меня хватит, отец, — взрывается альфа. — Ты меня достал постоянными упреками и сравнениями с чужими детьми. Устал каждый раз слышать, как ты восхваляешь детей своих партнёров. Довольно! — срывается Чонгук. — Я живой человек, а не робот и не раб для исполнения твоих планов. — Сжимает челюсти так, что слышится хруст. — Ах да, я же для тебя всего лишь игрушка, которой можно манипулировать и делать всё, что взбредёт в голову. Так ведь? Отец резко поднялся из-за стола и подошёл вплотную к сыну, пристально посмотрев на него несколько секунд, после чего резко ударил Чонгука по щеке. Альфа молча принял удар, горько усмехнувшись. — Замолчи, щенок, — произносит отец. — Ты слишком молод и ничего не соображаешь. Я стараюсь для тебя, чтобы ты жил достойно, а не влачил жалкое существование. Более того, этот омега тебя не достоин. — Я его люблю, а он меня, — твёрдо отвечает Чонгук. — Ясно? — Оба замолчали! — рявкнул омега на своих мужчин. — Послушайте, — повернулся к мужу омега. — Я устал терпеть твои выходки. Завтра же подаю документы на развод. Ты портишь жизнь нашему ребёнку, делая из него жертву шоу-бизнеса. Я всего лишь хотел, чтобы Чонгук был счастлив. Но даже это элементарное счастье ты отобрал у него, как и у меня. — Что? — изумлённо произносит альфа. — Что слышал, — вспыхивает ярким красным цветом омега от ярости. — Ты думал, я ничего не знаю? Какой же ты наивный идиот и тщеславный эгоист. Как я только вышел за тебя замуж. Омега фыркает и уходит в свою комнату, чтобы собрать вещи. Он не намерен больше оставаться здесь. Противно находиться в одном помещении с таким омерзительным человеком, которого когда-то любил. Но сегодня всё изменилось.

💐💐💐

       Две недели Чонгук пытался связаться с Тэхёном: звонил, искал, расспрашивал, но всё бесполезно. Омега словно испарился, исчезнув неизвестно куда. Позже альфа узнал, что Тэхён забрал документы из колледжа. В квартире, где они часто проводили время, его не оказалось, а соседи сообщили, что омега переехал, но куда именно — никто не знал. Чонгук целые дни ходил бледным, почти ничего не ел, на занятиях думал и скучал по Тэхёну. Ему хотелось хотя бы увидеться и поговорить нормально. Но неожиданно Тэхён напомнил о себе коротким сообщением: «Прости, что так всё вышло. Ты не виноват. И не грусти, хорошо? Твой отец действительно прав: я тебе не подхожу. Удачи с карьерой, Гуки.» Чонгук был рад даже такому сообщению и тут же позвонил Тэхёну, но номер снова оказался вне зоны доступа. Альфа вновь погрузился в уныние.

💐💐💐

Прошёл ровно год.

       Чонгук не стал продвигаться по карьерной лестнице. Он не хотел быть публичным артистом, мечтая о спокойствии и счастье. Его папа успешно развелся с отцом, теперь они жили отдельно от этого эгоиста. Омега не жалел о решении. Гордость не позволяла ему сделать шаг назад и отказаться от развода. Чонгук устроился работать в ЗАГС, чтобы хотя бы иногда играть на пианино. Пусть это будут простые свадебные мелодии, но альфа хотел радовать людей своей игрой. Пришедший на работу, Чонгук хотел зайти в кабинет начальства, чтобы поздороваться, но остановился. Остановился, услышав до боли знакомый голос. Сердце сжалось, в груди защемило знакомой болью. Это был Тэхён. Его любовь. Его душа. Его омега. Чонгук не решился входить. Он отступил, заняв позицию, где его не заметят. Ему хотелось увидеть, как изменился Тэхён, узнать причину его визита. Прошло несколько минут, и из кабинета вышли сначала какой-то альфа, а затем Тэхён, одетый непривычным для Чонгука образом: белоснежная блузка сверху и широкие брюки того же цвета. Парочка активно обсуждала что-то с начальником, улыбаясь и смеясь. Тэхён еле сдерживал смех, бегая глазами по кабинету, и на пару секунд встретился взглядом с парой чёрных глаз, которые были ему до боли знакомы. Омега подумал и даже внутренне поверил, что только что видел Чонгука. Но решил списать это на иллюзию, несколько раз повертев головой, чтобы убедиться. Посмотрев вновь на то место, где только что стоял Чонгук, он обнаружил, что альфы уже нет. След исчез. — Тэхён? Ты как? Всё в порядке? — поинтересовался альфа, заметив бледность омеги. — Да, да, всё хорошо, — фальшиво улыбается Тэхён. — Не переживай. Ты всё обсудил, Гонсу? — Да, можешь возвращаться домой, — кладёт руку на поясницу омеги альфа. — Не могу поверить, что через три дня ты станешь моим мужем. — И я тоже, — улыбается Тэхён. Но омега нервничает. Он отчётливо ощущает взгляд Чонгука, готовый в любой момент взорваться и кинуться на них. Но ничего подобного не происходит. Пара спокойно выходит из здания и садится в автомобиль, уезжая домой, где продолжат подготовку к свадьбе. — Через три дня, значит? — хмыкает Чонгук, появляясь на крыльце и ухмыляясь. — Что ж, тебя ждёт сюрприз, Ким Тэхён.

💐💐💐

       Три дня пролетели слишком быстро и для Тэхёна, и для Чонгука. Свадебный зал в ЗАГСе был полностью подготовлен, как пожелал Тэхён: множество белых цветов, разнообразные украшения, стулья расставлены симметрично с обеих сторон. Чонгук попросил сотрудников ЗАГСа установить пианино так, чтобы его было едва заметно. Альфа разработал хитрый план, чтобы достойно отомстить омеге за то, что тот бросил его год назад. До начала церемонии оставалось меньше получаса. Тэхён почти завершил подготовку: оставалось надеть белые туфли, украшения и взять эксклюзивно созданный им букет. В комнату вошёл дядя Тэхёна, прилетевший специально из Америки на торжество. Родители омеги отказались присутствовать на свадьбе, не одобряя брак, но Тэхён лишь хмыкнул и оставил их выбор без внимания. Он не собирался просить их пересмотреть решение. Омега взял дядю под локоть и приготовился выйти к алтарю, дожидаясь объявления ведущего. Спустя полторы минуты ведущий провозгласил: — Наступил долгожданный и волнующий момент. Встречаем нашего прекрасного жениха! Огромные двери распахнулись, и Тэхён, держа дядю под руку, сделал первый шаг. Но внезапно вместо традиционного свадебного марша раздались аккорды похоронного марша, исполняемые на пианино. Тэхён замер. Эту мелодию он уже слышал раньше. Он всматривается в исполнителя и находит его: за инструментом сидит Чонгук, ухмыляясь и глядя прямо в глаза омеге, а затем подмигивает. — Козёл, — тихо рычит Тэхён, чтобы гости не услышали, крепко сжимая свадебный букет. — Тэхён? Всё в порядке? — интересуется альфа. — Нет, — сухо отвечает омега, гневно сверкая глазами. — Я его убью! — Кого? Но Тэхён не ответил. Омега направился к Чонгуку, намереваясь наказать альфу, который испоганил его праздничный день. Чонгук специально это устроил? Тэхён непременно выяснит правду у этого наглого мужчины. — Тэхён? Ты куда? — вскрикивает Гонсу, удивлённо глядя на омегу. — Убивать! — Что? Убивать? — Именно! Чонгук прекращает играть на пианино. Он видит, как омега приближается к нему, словно цунами, с бушующими эмоциями. В глазах Тэхёна горит огонь гнева, а букет автоматически поднимается, готовясь нанести удар по самодовольной физиономии альфы. Но не успевает. Чонгук усмехается и уходит в другую сторону, чтобы не попасть под горячую руку бывшего парня. Тэхён не сдаётся и продолжает преследовать альфу, выкрикивая отборный мат. Чонгук смеётся, убегая и уворачиваясь от разъярённого омеги. Они отдаляются от гостей и жениха Тэхёна. Вдруг они оказываются в другой части здания, и Чонгук быстро скрывается в рабочем кабинете, а Тэхён следует за ним. Но внутри альфы нет. Омега лихорадочно ищет его глазами. — Где ты, скотина? Выходи! — кричит Тэхён. — Выходи сюда! Я так хочу тебя убить за то, что ты посмел испортить мою свадьбу, морда квашеная! Спустя несколько секунд Тэхён слышит, как дверь щелкает замком, а ключ скрипит в скважине. Омега резко разворачивается и наконец видит источник всех сегодняшних бед. — Вот ты где, общипанный петух, — по-дьявольски улыбается Тэхён, но улыбка быстро сползает, когда он осознаёт, что альфа их запер в кабинете. — Ты нас только что запер? — Да, — лаконично и с довольным видом отвечает Чонгук. — Немедленно открой! — топает ножками, словно капризный ребёнок. — У меня там свадьба! Там меня ждёт жених! — Нет, — резко и грубо произносит альфа. — Что? — вытягивается Тэхён. — Ты совсем офигел, Чон Чонгук?! — Сначала ты ответишь на мои вопросы. И первый: какого хрена ты бросил меня год назад? Тэхён молчит. Он не хочет вспоминать тот болезненный день. Как же он до сих пор ненавидит себя за то, что тогда ушёл так легко. Ненавидит себя за то, что поступил с Чонгуком так жёстко, быстро отпустил его и уехал за границу, пытаясь начать жизнь заново и освободиться от душевной боли. — Почему ты молчишь? — строго спрашивает Чонгук, лицо которого утратило улыбку. — Ответь, Тэхён. — Я не хочу об этом говорить, Чонгук, — тихо произносит омега, отводя взгляд. — Всё это уже в прошлом. — Если всё в прошлом, зачем ты тогда смотришь на меня? Зачем искал меня глазами? Зачем тратил на меня своё время? Зачем? Тэхён лишь поджимает губы, а тело начинает мелко дрожать, словно его прошибло током. Ему больно. Слишком больно. — Давай поговорим потом? Хорошо? Я обещаю. Только дай мне отсюда уйти, пожалуйста. — Нет, — твердо отвечает альфа. — Ты отсюда не выйдешь и замуж за него ты не пойдёшь. — Это не тебе решать, Чонгук, — решительно возражает омега. — Мне. Только мне, — делает три шага, оказываясь рядом с Тэхёном. — Ты забыл, что я тебе говорил? Напомню: ты мой. Только мой. И плевать я хотел, что у тебя произойдёт. И да, свадьбе этой не быть. — Чонгук… — Что, Чонгук? Что? — более свирепо произносит альфа. — Я давно дал тебе понять свои намерения. Ты мой, Тэхён, и свадьбе не быть. Точка! — Кто ты такой, чтобы решать за меня? — кричит омега. — Ты мне никто! Запомни это. И никогда не будешь кем-то. — Даже так, — ухмыляется альфа, наклоняясь к лицу омеги. — Ты так уверен в этом, пташечка? — Да! — грозно произносит Тэхён, выдыхая теплый воздух прямо в губы альфы. — Я уверен в себе. Чонгук широко улыбается, в его глазах появляется озорной огонёк. Альфа явно что-то задумал, и это не нравится омеге. Тэхён чувствует кожей, что сейчас произойдёт что-то неожиданное, как в старые студенческие времена. Прищурившись, Чонгук спускает взгляд с глаз омеги на его соблазнительные губы, которые так и хочется кусать, вылизывать и удерживать как можно дольше. Глаза Тэхёна расширяются, когда он замечает, что альфа собирается его… Поцеловать? Что? Ким не позволит ему этого сделать. Он практически женат. Нужно спешить к алтарю, где его ждёт Гонсу. Омега пытается соскочить со стеклянного стола и оттолкнуть Чонгука, но усилия тщетны. Чонгук лишь крепче сжимает его, особенно в области поясницы, прижимая бёдра омеги к своему паху. Давление усиливается, становится мощнее и увереннее, так что Тэхён от резких движений альфы вздрагивает, то ли от страха, то ли от пробуждающегося возбуждения. Омега сам не понимает происходящее, ведь его разум начинает отключаться. Страсть нарастает, температура в комнате повышается, воздух становится спертым от их запахов, которые усиливаются с каждой секундой. — Чонгук… не надо… — Тэхён кладёт руки на мощную грудь альфы, которая стала значительно шире с тех пор, как он видел Чонгука в последний раз. — Что не надо? — делает вид, что не понимает омегу, продолжая оглядывать его изящное тело с коварной и похотливой улыбкой. — Нам не стоит так далеко заходить, — дрожащим голосом шепчет Тэхён, боясь услышать, что альфа занят. Он боится принять этот удар в сердце. — Я никем не занят, — произносит Чонгук. — У меня нет омеги. Всё это время я искал только тебя. Ты был мне нужен, никто другой. Другие омеги не смогли заменить тебя, Тэхён. Не смогли… У омеги душа уходит в пятки. Он рад и счастлив услышать эти слова от альфы. Он не занят… А я занят… Чонгук отодвигается от Тэхёна, но не отводит взгляд от любимого тела. Омега смотрит на парня с недоумением, пытаясь рассмотреть в его чёрных, как омут, глазах какой-нибудь подвох. Омегу резко хватают за коленки и дерзко забрасывают на плечо. Тэхён успевает лишь пискнуть, как мышонок. Он ошарашен от таких решительных действий. Чонгук настроен серьёзно относительно этого омеги. Тэхён — только его омега. И ничей больше. Чонгук широко улыбается, довольный собой, и выходит из кабинета ЗАГСа, неся Тэхёна на плече. Он решил унести омегу прочь, забрать его в свою квартиру, сделать частью своей жизни навсегда. Альфа не хочет делить своё сокровище с кем-либо. Если кто-то посмеет даже взглянуть на Тэхёна дольше двух секунд, Чонгук готов вырвать ему глаза и переломать кости. Шагая по коридору ЗАГСа, Чонгук почти достигает выхода, когда из-за угла появляется тот самый будущий жених, которого он невзлюбил с первой секунды, увидев его возле кабинета перед церемонией. — Что ты делаешь с моим будущим мужем? — громко, но спокойно спрашивает Гонсу. — Немедленно отпусти Тэхёна. — Только в твоих мечтах, — издевается Чонгук, ухмыляясь. — Тэхён был моим, есть моим и останется моим навсегда. А ты всего лишь жалкое недоразумение в его жизни. Но могу поблагодарить тебя за одно, — ловит взгляд озадаченного мужчины. — Спасибо, что все эти годы берег моего омегу. Но теперь пришла моя очередь. Пора исправить ошибку, допущенную в студенческие годы. Хорошие были времена, не так ли, Цинциннат? — Чонгук, — жалобно пищит Тэхён, сгорая от стыда. – Ciao, bambino, I'm sorry, but no! — Чонгук шлепает омегу по аппетитной ягодице, вызывая у того вскрик от лёгкой боли. Парочка удаляется, оставляя Гонсу в одиночестве, в тишине и недоумении. Альфа пытается понять, что только что произошло. У него только что с легкостью и хитростью отобрали омегу. Отобрали Тэхёна.

💐💐💐

       Чонгук привез Тэхёна в отель, быстро зарегистрировал номер на двоих, взял ключ и точно так же, как в ЗАГСе, понёс омегу на нужный этаж. Закрыв дверь на ключ, Чонгук ставит Тэхёна на пол, и тот злобно смотрит на парня из-под лба. — Чонгук, зачем ты меня похитил оттуда? Зачем? — Потому что ты мой омега, мой парень и, возможно, будущий муж, — обыденно отчеканивает Чонгук, пожимая плечами. — Что? — изумляется Тэхён. — Букетик? — перебивает Чонгук, протягивая цветы, которые достал из вазы, стоящей на столе. — Букетик, значит? — переспросил омега, выхватывая цветы из рук Чонгука и обрушивая их на альфу с гневом. Чонгук, хохоча, уклонялся от ударов, пока Тэхён гонялся за ним по комнате. — Я тебе покажу цветочки, мерзавец! Погоня длилась пару минут, пока букет окончательно не превратился в жалкие обрубки. Тэхён хотел схватить что-нибудь потяжелее, чтобы Чонгук наконец понял всю серьёзность его намерений. Но Чонгук опередил его, резко притянув омегу за талию к себе, прижал как можно крепче. В мгновение ока нос альфы уткнулся в шею Тэхёна, вдыхая любимый аромат. Чонгук принялся вылизывать запаховую железу, отчего у Тэхёна подкосились ноги, а глаза закатились от наслаждения. Пока Чонгук вылизывал, кусал, его эрогенную зону. Омега окончательно потерял голову. — Чонгук, — прошептал Тэхён едва слышно, обхватывая плечи альфы руками. — Хочу тебя, — прорычал Чонгук, отстранившись на мгновение. — Безумно хочу. Прямо здесь и сейчас. Терпение Тэхёна лопнуло. Чонгук, хоть и неохотно, отступил на шаг, а его руки сами потянулись к белоснежной одежде омеги, разрывая её в клочья и разбрасывая обрывки ткани по номеру. — Тэ, один вопрос, — облизнулся Чон, смотря на голого омегу перед собой. Грудь Тэхена вздымалась от возбуждения, кожа блестела от пота. Кабинет утонул в изобилии их феромонов. Чонгук рыкнул, обнажая клыки. — Ты девственник? — Да. Тихий шепот в тишине, прозвучал как выстрел. Рычание разнеслось по помещению, пытаясь себя контролировать, альфа провел языком по груди омеги, лаская, покусывая, ставя метки на золотистой коже. Альфа до легкой боли сжимает в пальцах нежный сосок омеги, вызывая у Тэхена протяжный стон. Страсть, желание, влажные и пылающие тела, обильное слюноотделение, скользящие руки, обжигающая близость. Омега издает стоны. Альфа довольно рычит. Терпит. Ждет. Сдерживается. И все же освобождает омегу от последней одежды. Идеален, роскошен, манящий, грациозен, прекрасен. Больше ничего не нужно. — Раздевайся Чон, — требует омега. — Я хочу чувствовать тебя. Хочу быть ближе к тебе. Кто он такой, чтобы отказаться. Чонгук вновь припадает к любимому телу, но прежде быстро освобождается от одежды, бросая ее к ногам. Позволив омеге насладиться мгновением близости, он снова целует, кусает, оставляет следы там, где еще не касался, зализывая свои же укусы. Тэхён стонет громко, заставляя стены дрожать. Омега даже не заметил, как они вошли в комнату, где потолок был зеркальным, и теперь он видит в отражении свой голодный взгляд, следы страсти на своем теле. В зеркальном отражении он видит широкую, мускулистую спину альфы, татуировки, тянущиеся от плеча до кисти правой руки Чона, и едва заметную татуировку на затылке, скрытую волосами. Чонгук медленно опускается поцелуями от шеи до бедер, кружит, дразнит, но не входит. Первый раз должен быть запоминающимся. Он подтягивает омегу за бедра на себя, и зарывается между ягодиц. Языком проводит по дырочке, раздвигает эластичные стеночки. Тэхен стонет, выгибается навстречу ласкам, впиваясь пальцами в плечи альфы. Дыхание сбивается, сердце колотится как бешеное. Он весь горит, плавится под умелыми движениями. Чонгук знает, как довести его до предела, как вытянуть из него самые сладкие звуки. Он поднимается выше, оставляя мокрый след на коже. Захватывает в рот сосок, покусывает, дразнит, пока Тэхен не начинает скулить от нетерпения. Руки альфы скользят по телу, изучая каждый изгиб, каждую впадинку. Он словно лепит из него произведение искусства, готовя к самому главному. Наконец, Чонгук отстраняется и смотрит в глаза омеге. В них плещется желание, смешанное со страхом. Он целует его нежно, долго, передавая всю свою любовь и нежность. Затем, Чонгук вставляет один палец внутрь любимого. Тэхен издает тихий стон, вцепляясь пальцами в простынь. Альфа двигается медленно, осторожно, давая омеге привыкнуть к ощущениям. Он наблюдает за его реакцией, ловит каждый вздох, каждый взгляд. Он добавляет второй палец, растягивая податливое тело. Тэхен кусает губу, стараясь сдержать громкие стоны. Ему одновременно больно и приятно. Чонгук целует его в шею, шепчет успокаивающие слова, убаюкивая и возбуждая одновременно. Он чувствует, как Тэхен расслабляется, отдаваясь ему полностью. Тогда Чонгук углубляет пальцы, находя ту самую точку. Тэхен выгибается в спине, издавая протяжный стон, который эхом разносится по комнате. Чонгук продолжает ласкать его, пока Тэхен не достигает пика. Он судорожно хватает воздух, сжимая пальцы альфы. Когда волна удовольствия проходит, он обессиленно падает на подушку, тяжело дыша. — Ты как? — шепчет Чон в плечо, тут же целуя его. — Ещё хочу. — Тэхен ещё не отошёл от оргазма, и ему мало. Чонгук медленно входит в него, заполняя собой до краев. Тэхен вздрагивает, но тут же расслабляется, обвивая ногами его талию. Горячее дыхание обжигает шею, Чонгук оставляет там короткий, влажный поцелуй, прежде чем продолжить движение. Комната наполняется тихими стонами, смешанными с глухими ударами тел. Каждый толчок — как обещание, как клятва в вечной принадлежности. Сознание Тэхена плывет, он цепляется за плечи Чонгука, чувствуя, как волна удовольствия накрывает его с головой. Мир сужается до ощущения сильных рук, крепко держащих его, до жгучего тепла внутри и до шепота слов любви, сорвавшихся с губ Чонгука. Кажется, будто время остановилось, оставив их наедине в этом маленьком, но бесконечном раю. — Больше не выдержу… Предел, — прохрипел омега, изнемогая. Без предупреждения перевернув его на живот, Чонгук вошёл в омегу до конца, сразу же срываясь на бешеный ритм. Он пристально следил, как его плоть исчезает в жаркой утробе, ощущая, как податливые стенки обхватывают его, принимая в себя. Тэхён издал оглушительный крик, сорвав голос. Слёзы брызнули из глаз. — Сильнее, Чон! — хрипло прошептал омега, покачивая бёдрами навстречу. Вместо ответа Чонгук прикусил его за плечо, оставляя яркий след на бледной коже. Он чувствовал, как каждая клетка его тела горит от желания, как Тэхён плавится под ним, извиваясь в этом сладостном плену. Альфа начал буквально вбивать омегу в матрас, каждый жёсткий толчок, отдавался эхом в комнате. Тэхен цеплялся за простыни, словно тонущий за соломинку. Его тело сотрясалось от наслаждения. Чонгук не давал ему передышки, при каждом толчке, надавливая на припухлую простату. Альфа вел его к вершине, к той самой точке не возврата, где боль и удовольствие сливаются в одно целое. Громкий, ощутимый шлепок прошёлся по ягодице, оставивший на коже пылающий след. От этих ударов омега ещё больше распалялся, его возбуждение достигало предела. Он находил удовольствие в подобном мазохизме — тайном фетише, известном лишь Чонгуку. Альфа двигался беспорядочно, с напором, постепенно переходя к глубоким, жёстким толчкам и наоборот к медленным нежным. Их тела соприкасались со звонким шлепком, создавая собственный ритм. Кожа горела, каждое прикосновение вызывало волну мурашек, поднимающихся от копчика до затылка. Влажные стоны, сорвавшиеся с губ омеги, только подстегивали его. Чонгук издавал утробные звуки, рыча, сжимая влажную талию омеги, не давая ему упасть на дрожащих ногах. Он продолжал вбиваться в него, терзая простату, заставляя Тэхёна кричать всё громче и надрывнее. Завтра горло будет болеть невыносимо. Пот струился по спине, смешиваясь с чужой смазкой, скользил между напряжёнными мышцами. Каждый толчок отдавался острой болью, переходящей в мучительное наслаждение. Тэхён цеплялся за его простыни, ногти впивались в несчастную ткань. В голове пульсировала только одна мысль — ещё, ещё, ещё. Чонгук чувствовал, как его собственное тело горит, как похоть пожирает его изнутри. Он не мог остановиться, не мог насытиться этим омегой, этой близостью. Его движения становились всё более яростными, неистовыми. Крик сорвался с губ Тэхёна, словно птица, выпущенная на волю. И в этот же момент Чонгук почувствовал, как его накрывает волна оргазма. Не отрывая глаз от омежьей шеи, альфа обнажив клыки, кончил глубоко внутрь, сотрясаясь всем телом, тут же втыкая клыки в железу, смешивая их ароматы. Тэхён сбился со счета оргазмов, крик вырвался из его груди от нестерпимой боли. Острые зубы вонзились в податливую кожу, и алая кровь потекла из свежих ранок. Оба обессиленно рухнули на кровать. Дыхание было прерывистым, учащённым. В воздухе витал терпкий запах возбуждения и пота. Тишина. Только стук их сердец, бьющихся в унисон, нарушал её. Чонгук приподнялся на локте, глядя на Тэхёна. Его лицо было красным, волосы растрепаны, губы припухшие. Он был прекрасен. — Прости, — прошептал Чонгук, касаясь губами его лба. — Я не хотел причинить тебе боль. Все ещё плавая в наслаждении, Тэхен краем сознание понял что сделал Чонгук. Чонгук поставил ему метку. Альфа безоговорочно заявил права на омегу, сделав его своим. — Чонгук, — прошептал Тэхён, произнося имя альфы с трудом. — Ты… — Да, я поставил на тебе метку, — оборвал его Чонгук. — Потому что ты принадлежишь мне. Если это не поможет, в следующий раз я поставлю её прямо здесь, на твоём лбу. На лице Тэхёна расцвела широкая улыбка. Он был невероятно доволен и счастлив. Он вновь всецело принадлежал Чонгуку, как и прежде. Тело все ещё пылало после близости, пылало страстью, пылало от наслаждения, пылало от всепоглощающего удовлетворения и легкой боли. От приятной боли. Тэхён чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Теперь он никогда не откажется от этого альфы и не позволит ему уйти. Как и Чонгук — от него.