Ошибатся может каждый

В комнате возле большого и белого шкафа стояла женщина, которая собирала чемодан маленького размера. Её взгляд был опустошен и растерян, в спальне также находилась девочка – это была Феона. Она, сидя на маленьком и уютном диване, перебрала свои волосы. На ней было одето простое голубое платье и жёлтые носки. Спустя несколько минут, когда мать закончила заборы в скромный чемодан, Элизабет взяла Феону за руку и повела на выход из поместья, напоминающего о прошлом и о любимом. Да, она не должна была жить прошлым, но это было слишком тяжёлое бремя для неё. Жить там, где раньше был человек, ради которого она жила, стало невыносимо. Воспоминания въелись в её память, как яд, медленно и мучительно распространяясь, задевая всё, что только можно и нельзя. С колотящимся сердцем и наступающими слезами Элизабет вышла из дома и направилась к уже готовой карете. Сев в неё, женщина прижала губы к макушке рыжих волос её дочери, нашептывая неразборчивые молитвы. Феона сидела тихо и сжимала подол платья, не пролив горсти соляной и горькой слезы. Дождь постукивал по крыше кареты, гром гремел будто в последний раз. Некогда летний и дождливый пейзаж начал уступать елкам, ночи и снегу. Снег начал заметать следы за лошадьми и каретой. Одежда Элизабет и Феоны явно не подходила к здешним местам. Вдали начал проявляться дым и свет от домов. Где-то в долеке начали разноситься редкие голоса людей – местных. Девочка чуть отстранившись от любящей матери, посмотрела в окно, восхищаясь здешней красотой и культурой. Спустя ещё два часа они прибыли в поместье Генриха IV. Это было довольно старинное и фамильное здание. Элизабет понимала, что ей здесь явно не рады, зато что она выбрала любовь, а не власть. Её семья давно воюет с дейвисанами за власть. Элизабет не хотела втягиваться в политические дела семей, также она думала, что и маркиз не хочет, но нет, всё оказалось не так, как она думала. Женщина поняла только когда родила Феону, насколько Маркис был двуличным и высокомерным. Он пообещал, что не будет влезать в ссору и борьбу их семей, но он взял и растоптал их обещание и выкинул как ненужную вещь в огонь лжи и презрения. Оказалось, что маркиз неоднократно был задействован в политических вопросах. И когда это вскрылось, вся семья Элизабет отвернулась от неё, но так как женщине ещё и на руках, которой был ребенок, не могла пойти некуда, да и любила она его больше жизни, так же как и ребенка.