Бутылочка

      Каникулы пахли пакетами чипс, сладкими напитками и весельем. Именно так, ни утренним солнцем, ни свежестью июля. Уютным, как старый мультик, к которому возвращаешься без повода.       Йере открыл дверь ногой в приподнятом настроении, с взъерошенными волосами, в руках неся несколько пледов и вещи некоторых друзей. Он был в широких спортивных штанах и обтягивающей чёрной майке. Его зелёные носки выглядывали из тапок. Парень на автомате пнул в сторону пару ботинок в прихожей, освобождая место друзьям. — Добро пожаловать в царство беспорядка, друзья, — заявил он и сделал приглашающий жест, будто открывал сцену, а не обычную двухкомнатную квартиру.       Квартира Йере дышала жизнью. Это была не просто жилплощадь, а настоящий подростковый заповедник. На входе стойкий запах. В прихожей висела старая джинсовка с заклёпками и чужая сумка, из которой торчали проводные наушники. На полу в прихожей немного песка, Йере не до конца вытер ноги, когда возвращался из магазина. Пахло сладким и аппетитным, то ли новой пиццей, то ли воздухом из духовки после готовки родителей перед отъездом, чтобы сын не голодал. Свет в коридоре был приглушённый.       Марко зашёл вторым. На нём было старое худи, чуть слишком большое, рукава свисали почти до пальцев. Волосы растрёпаны после уличного ветерка. После зашли Томас и Йост одновременно. "Сладкая парочка" их назвали, потому они всегда вместе. В руке у Йоста пакет, в котором звенели баночки с напитками. А дальше уже зашли Бэмби, Немо, Александр(Бибинос) и Томи(Хаарья).       В гостиной уютный бардак. На полу разложены подушки: цветные, не сочетающиеся между собой, зато мягкие. На старом журнальном столике уже стояла миска с печеньем. На диване куча пледов, один с сердечками, другой с чёрными котами, третий с машинками. Ещё один остался в другой комнате и четыре в руках Йере. — Родаков точно нет? — спросил Йост, снимая кроссовки с разноцветными шнурками и доставят вейп. — Абсолютно, — гордо ответил Йере, — уехали до воскресенья. Вся квартира наша. — Йееееррреее, у тебя ванная работает? Я займу. — прокричала Бэмби, уже шарясь по коридору. — Ага, без проблем, — отозвался он.       Со временем всем стало уютно. Немо сидели, обнимая подушку. Бэмби сидели рядом и разговаривала с ними.       На кухне Санёк уже ставил пластмассовые стаканчики в ряд. Йост сидел с Томми и искал песни для колонки. Марко один стоял у стены, иногда покуривая вейп и смотрел в телефон, пока Йере шастал по квартире. Но на самом деле парень полез в шкаф под раковиной и вытащил бутылку шампанского. Настоящего. — Ребят, у нас тут шампанское.       Пёухёнен пришёл с двумя родительскими бутылкамм, одаривая всех тем своим полубезумным, полусонным взглядом. — Мамина, праздничная. Не тронутая до этого момента.       Компания была рада и каждому по немного налили.       В какой-то момент Йере оказался рядом с Марко, слишком близко, чтобы это было случайно. — Что встал? Смотри, сколько подушек на полу. Можешь выбрать себе трон. Или лечь на пол.       Марко усмехнулся, но не сдвинулся с места. — Тогда ты сегодня будешь табуреткой рядом со мной. Мне нужен кто-то устойчивый, — ответил Йере и подмигнул, на что Марко лишь усмехнулся и отвёл взгляд.       Время шло. Марко сидел у стены. Его лицо было почти спокойным... почти. Но взгляд всё чаще останавливался на Йере, который уже умудрился с Бибиносом наперегонки съесть кусок пиццы.       Томи молчал и бездельничал, лёжа на диване, что его почти не замечают. Кажется, он наслаждается даже так.       Марко сел ближе к дивану, взял стакан с шампанским. Он не фанат алкоголя и быстро опьянеет, но сейчас он не откажется в компании. Парень делает глоток... тёпло и кисло, язык немного защипало. Выпил стакан. Не из любопытства, а скорее, чтобы не выделяться. ...       Кигуруми были интересными: у Немо светлый единорожка, а у Бэмби тёмный, у Би волк, у Йоста собака. У Марко котик. У Томаса белка. У Хаарьи Тигр. У Йере попугай.       Вечеринка продолжалась. Песни на колонке стали тише. Гостиная продолжала мигать светом от гирлянды, все веселились. — Ребят, — сказали Немо, держа бокал из-под почти допитого шампанского. — А давайте сыграем в бутылочку. — Согласен, — сказал Александр, зевая. — Только если без поцелуев с Томми, — вставил Йост. — Он использует язык, даже если нельзя. — Я не использую. Я выражаю, — парировал Таммеметс с весёлым видом.       Бутылку взяли из под шампанского. Они расстелили подушки. Круг собирался, как стая котов на звук пакета. Все шли, делали вид, что это шутка, но каждый чувствовал лёгкое волнение.       Марко сидел, согнув колени и разглядывая бутылочку. Йере сел напротив и сказал: — Ну что, начнём с самого загадочного. Крути, Марко.       Тот кивнул и медленно потянулся к бутылке. Пальцы скользнули по стеклу. Все следили. Никто не говорил. Марко крутнул.       И бутылка завертелась. Один круг. Второй. Медленно.       И остановилась... Указала. Чётко. На Йере.       Йере уже расплывался в хитрой улыбке, казалось, ожидал этого. Марко не сразу понял, что все уже смотрят на него. — Ну давай, не тормози, — подбросили Бэмби. — Не бойся, он не кусается. Почти, — добавил Томми, ухмыляясь. — Давайте, быстрее, — сказал Бибинос, уже нацеливая камеру.       Марко чувствовал, как у него чуть пылают уши и щёки. В груди что-то защекотало. Как будто он вдыхал воздух и он стал слишком сладким от чужого внимания...а может, он просто вспомнил вкус своего вейпа.       Йере медленно наклонился ближе, держа глаза на Марко, не дерзко, не вызывающе, а спокойно, даже немного мягко, останавливаясь в паре сантиметров. — Всё окей, если не хочешь, — прошептал он, почти неслышно, но Марко уловил. Сердце застучало чуть быстрее. Он кивнул. Почти незаметно. Йере склонился ближе. Поцелуй был коротким.       Мягкий. Сухой. Быстрый. Только губы к губам. Одна секунда.Одна вспышка.       И всё.       Йере тут же отпрянул и театрально упал на подушку: — Всё. Теперь мы замужем.       Смех пронёсся волной. Йост громко смеется, Бэмби громко хлопнула руками, Томми крикнул: — Оценка — 7 из 10! Минус за то, что без языка!       Йост уже хватал бутылку, следующий круг закручивался, смех перекрывал музыку. Как будто всё вокруг стало чуть быстрее. А Марко…       Марко всё ещё сидел, будто бы в паузе.       Он чувствовал тепло на губах. Очень лёгкое, но отчётливо. Как будто этот поцелуй… оставил что-то. Глупо. Он знал. Это просто бутылочка. Просто игра. Но внутри него осталось. Все чувства, что он отрицает некоторое время выходят наружу.       Марко слышал голоса, кто-то крикнул его имя, но он будто не здесь.       Пуришич чувствовал, как сердце колотится в груди и в голове крутилась только одна сцена: приближающееся лицо, этот полушёпот «всё окей», глаза Йере и… тёплые губы. Очень близко.       Марко поднял глаза и случайно или нет посмотрел на Йере. Йере уже смеялся с Би, который поцеловался с Томми. Но на одну долю секунды Йере поймал его взгляд. И, кажется…Подмигнул.       Марко тут же отвёл глаза, уставившись в ковёр с красным лицом.       Бутылочка крутилась.       И каждый раз как вспышка. Поцелуи лёгкие, неловкие, пьяные. У Бибиноса даже упал телефон, когда пытался снять. Томми чмокнул Йоста, а Бэмби поцеловала Немо в губы резко, со смехом. Томи не был с ними, он уже лежал в ванне и спал. У него свой вайб.       Марко всё ещё сидел, но уже молча. Пальцы сжаты в кулак, взгляд блуждает от гирлянды к стакану, от лица к лицу. Но всё время… возвращается к Йере.       Пёухёнен сидел напротив, развалившись на пледе. Его щёки были немного румяными, волосы растрепаны, в голосе лёгкая хрипотца. — Моя очередь, — сказал он, немного напевая, и резко крутанул.       Бутылка завертелась, и Марко сам не замечая чуть подался вперёд. Вдох. Выдох. И... Йост. — Да вы издеваетесь, — выдохнул Йост, поднимая бровь. — Видимо, судьба, — хмыкнул Йере и медленно подполз ближе.       И они поцеловались. Быстро. Но не как с Марко. Йост притянул Йере за футболку и тот слегка усмехнулся в поцелуй. И когда они отстранились, Кляйн облизывал свои губы. — Офигенно. Лучше, чем с моей бывшей, — сказал блондин, хлопая по плечу и возвращаясь на место. — Я просто хорош, — добавил Пёухёнен, всё ещё усмехаясь.       А Марко…Марко в этот момент отвёл взгляд, будто бы не хотел видеть это, но не мог не замечать. И как бы он ни убеждал себя, что это просто игра… внутри что-то сжалось. Он не ревновал, но всё равно…       Пуришич посмотрел на Йере, тот уже общался с Немо, снова смеялся, откидывался на подушки, делал глоток из чужого стакана. Беззаботный, свободный, флиртующий со всеми.       А Марко вдруг почувствовал себя немного… лишним. Как будто он только зритель. Как будто тот поцелуй ничего не значил, хотя он помнил его до сих пор. — Всё, давайте заканчивать. Я уже засыпаю, — проговорили Бэмби, натягивая на себя плед.       Некоторые согласились и стали укрываться пледами. Музыка затихла.       Йере поднялся и протянул руку Томми: — Пошли, найдём второй плед, а то ты замёрзнешь и сдохнешь. — Ты такой заботливый, — проворчал тот, вставая. Они ушли в коридор, шутливо толкаясь.       А Марко остался на месте. Сидел, опустив глаза. Шум стал глуше. Смех ушёл в фон, а в мыслях только: "Это ведь просто вечер. Просто игра. Только почему мне так хреново?"       Он легонько стукнул пальцами по полу, чтобы отвлечься. Но всё, чего он хотел сейчас, что бы Йере снова сел рядом и смотрел только на него. ...       Первым заснул Немо, обняв подушку. Бэмби тоже быстро уснули. В углу слышался тихое сопение Йоста, который лежал рядом с Томасом. Саша спал у ног парней. А Йере сначала лёг недалеко от Марко, потом свернул плед. В тишине слышался ровный ритм его дыхания.       Марко лежал. Глаза не закрывались, мысли не отпускали. “Почему я не могу уснуть? Почему я все думаю о поцелуе? Почему сердце не может успокоиться?”       Он тихонько приподнялся с подушки. Темно, но гирлянда нежно светится на стене, создавая мягкий полумрак. Пуришич достал из кармана вейп и проверил заряд, заходя на кухню.       Прошёл мимо кухни, где на столе стояла коробка из-под пиццы, пустой стаканчик, и остатки чипсов. В углу пустая банка от энергетика. На подоконнике — свечка, которую снова никто не зажёг. Луна мягко скользила по стеклу. Он втянул ещё один вдох, и задумался.       Он вспомнил бутылочку, музыку, смех, поцелуй с Йере. Что-то мягкое. Что-то неясное, но цепкое. Что-то, что он чувствовал как магнит, притягивающий его внутрь его же кожи.       Тихие шаги. Вдруг за спиной раздался тихий звук. — Марко?       Он не вздрогнул, но обернулся — Йере? — Ты не спишь, — сказал тот негромко, подходя ближе.       Марко закашлялся дымом, но негромко. Йере встал рядом. — Всё окей? — Не очень, — признался тот. — Это…… нормально было? Тот поцелуй с... тобой... — Конечно, нормально. Ты первый, кто крутанул на меня бутылку. Это была твоя очередь.       Марко вздохнул. Он пытался подобрать слова. — Казалось... что всё иначе.       Йере оборачивается к нему. Его глаза мягкие, честные. Он улыбается, будто понимает друга. — Ты ведь всё это время... что-то чувствовал? Марко неуверенно кивает. — Я не хотел портить дружбу.       Йере тихо усмехается и тянется к нему. — Это взаимно — тихой шёпот.       Марко закрыл глаза и они обнялись . Тело Йере очень мягкое. Пуришич вдохнул: запах шампанского, парфюма, который ему очень нравится. Отстранившись, ещё одно облако пара вышло из легких. — Ладно, идём. Спим вместе? — Да.       Он взял руку Марко и помог встать.       Они вернулись в комнату. Марко сел на край, замешкавшись. Йере обнял его сзади. Марко повернулся у нему лицом и шепчет. — Ты уверен, что всё хорошо? — Абсолютно.       Они прижались, тихо деля друг другу спокойной ночи. Так они уснули. Не как друзья, а вместе.